Чтение онлайн

Конечно, разграничение юмора и сатиры не безусловно. Очень часто они сплетаются воедино, дополняя друг друга и поддерживая ироническую окраску изображаемого. Так, например, когда, говоря о Манилове, Н.В. Гоголь обращает внимание на нелепое положение его дома, чудные имена его детишек (Алкид и Фемистоклюс), приторно вежливую форму его общения с женой и гостем, это вызывает беззлобную улыбку читателей. Но когда сообщается, что ни Манилов, ни его управляющий не знают, сколько в имении умерло крестьян, или как тот же Манилов, поражаясь затее Чичикова, все же соглашается вступить в сделку и продать «мертвых», улыбка перестает быть добродушной: юмор перерастает в сатиру.

Стремление к осмыслению недостатков и несуразностей жизни не всегда приводит к созданию больших литературно-художественных произведений, оно может находить выражение и в иных формах, например в очень распространенных в настоящее время сатирических миниатюрах, звучащих с эстрады, примером которых могут служить выступления М. Жванецкого, М. Задорного и некоторых других авторов. Зрители активно реагируют на юмористический и сатирический смысл их выступлений, ибо узнают в их персонажах и ситуациях нелепые, подчас уродливые и потому комические особенности нашей повседневной жизни.

Сатирические произведения могут включать в себя элементы фантастики, то есть неправдоподобия в изображении мира. С фантастическими героями и ситуациями мы встречаемся не только в сказках. Фантастическое начало присутствует, например, в знаменитом романе английского писателя Д. Свифта «Путешествия Гулливера» и даже комедии Н.В. Гоголя «Ревизор»: ведь трудно поверить, что все до одного чиновники обманулись и поверили в Хлестакова как ревизора. В литературе и в искусстве в целом та особая форма фантастики, где особенно сильно нарушены жизненные пропорции, а изображение основано на резких контрастах и преувеличениях, называется гротеском. Примером гротеска в живописи могут служить полотна испанского художника Гойи, многие картины современного авангарда, в литературе – произведения М.Е. Салтыкова-Щедрина и в частности «История одного города».

Рассмотренные выше понятия – драматизм, трагизм, героика, романтика, юмор, сатира – не покрывают всех вариаций проблемно-эмоциональной направленности литературных произведений. Кроме того, многие виды эмоциональной направленности могут сплетаться, накладываться одна на другую, образуя своеобразный сплав. В результате проблематика произведения нередко бывает очень богатой и многоплановой.

А теперь обратимся к рассмотрению того, что составляет форму, то есть изобразительно-выразительную сторону произведения. Учитывая определенную близость эпического и драматического произведений, которую можно было почувствовать при анализе содержания, не будем и в данном случае разделять их принципиально, хотя покажем и различия в их художественной организации.

В этом параграфе читатель познакомится с понятиями: портрет, интерьер, сюжет, пейзаж, лирические отступления, композиция, завязка, развязка, кульминация, эпизод, сцена, диалог, монолог.

Герои, участвующие в эпическом произведении, обычно предстают как-то обрисованными. Описание их внешнего облика, в том числе одежды, манер, поз, жестов, мимики, даваемое рассказчиком или самими героями, составляет портрет. Так, например, в романе М.Ю. Лермонтова «Герой нашего времени» портрет Бэлы дается Максимом Максимычем («И точно она была хороша: высокая, тоненькая, глаза черные, как у горной серны, так и заглядывали вам в душу»), портрет Печорина – словами рассказчика («Он был среднего роста; стройный, тонкий стан его и широкие плечи доказывали крепкое сложение, способное переносить все трудности кочевой жизни и перемены климатов, не побежденное ни развратом столичной жизни, ни бурями душевными…»), а Грушницкого и княжны Мери – Печориным («Грушницкий – юнкер… Он хорошо сложен, смугл и черноволос; ему на вид можно дать лет двадцать пять, хотя ему едва ли двадцать один год…»; «Эта княжна Мери прехорошенькая… У нее такие бархатные глаза… нижние и верхние ресницы так длинны, что лучи солнца не отражаются в ее зрачках»).

Определенное место, большее или меньшее, в зависимости от характера героев и ситуации, занимает интерьер, т. е, описание быта, куда входит облик дома, обстановка, мебель, словом, его убранство. В качестве примера приведем описание кабинета Онегина: «Изображу ль в картине верной // Уединенный кабинет, // Где мод воспитанник примерный // Одет, раздет и вновь одет? // Янтарь на трубках Цареграда, // Фарфор и бронза на столе, // И, чувств изнеженных отрада, // Духи в граненом хрустале; // Гребенки, пилочки стальные, // Прямые ножницы, кривые, //И щетки тридцати родов // И для ногтей, и для зубов».

Особенно подробно выписывается интерьер Н.В. Гоголем в поэме «Мертвые души»: «Покой был известного рода; ибо гостиница была тоже известного рода, то есть именно такая, как бывают гостиницы в губернских городах, где за два рубля в сутки проезжающие получают покойную комнату с тараканами, выглядывающими, как чернослив, из всех углов, и дверью в соседнее помещение, всегда заставленною комодом, где устраивается сосед, молчаливый и спокойный человек, но чрезвычайно любопытный» или: «Окинувши взглядом комнату, Чичиков кинул вскользь два взгляда: комната была обвешена старенькими полосатыми обоями; между окон старинные маленькие зеркала с темными рамками в виде свернувшихся листьев; за всяким зеркалом заложены были или письмо, или старая колода карт, или чулок; стенные часы с нарисованными часами на циферблате…»; продолжая осмотр внутреннего интерьера дома Коробочки, «Чичиков заметил, что на картинах не все были птицы: между ними висел портрет Кутузова и писанный масляными красками какой-то старик с красивыми обшлагами на мундире, как вышивали при Павле Петровиче».

Что касается пейзажа, то он может выполнять функцию интерьера, места действия, а может быть объектом наблюдения или эмоциональных переживаний героев. Давая картину ночи в начале повести «Тамань» и включая сюда некоторые детали быта, М.Ю. Лермонтов помогает представить обстоятельства, в которых пришлось оказаться Печорину в этом городе: «Полный месяц светил на камышовую крышу и белые стены моего нового жилища;… на дворе, обведенном отрадой из булыжника, стояла избочась другая лачужка, менее и древнее первой. Берег обрывом спускался к морю почти у самых стен ее, и внизу с беспрерывным ропотом плескались темно-синие волны. Луна тихо смотрела на беспокойную, но покорную ей стихию, и я мог различить при свете ее, далеко от берега, два корабля».

И «Княжна Мери» начинается с описания вида, открывавшегося из окна дома Печорина в Пятигорске, давая возможность увидеть обстановку, в которой будет протекать действие: «Вид с трех сторон у меня чудесный. На запад пятиглавый Бешту синеет, как «последняя туча рассеянной бури»; на север поднимается Машу к, как Персидская шапка, и закрывает всю эту часть небосклона; на восток смотреть веселее: внизу передо мною пестреет чистенький, новенький городок, шумят целебные ключи, шумит разноязычная толпа». На страницах той же повести, несколько позже» Печорин (здесь он рассказчик) прибегает к пейзажным моментам для передачи своего состояния: «Возвратясь домой, я сел верхом и поскакал в степь; я люблю скакать на горячей лошади по высокой траве, против пустынного ветра; с жадностью глотаю я благовонный воздух и устремляю взоры в синюю даль… Какая бы горечь ни лежала на сердце, какое бы беспокойство ни томило мысль, все в минуту рассеется; на душе станет легко, усталость тела победит тревогу ума. Нет женского взора, которого бы я не забыл при виде кудрявых гор, озаренных южным солнцем, при виде голубого неба или внимая шуму потока, падающего с утеса на утес».

В драматическом произведении портретные детали, интерьер или пейзаж намечаются в ремарках автора, которые предваряют начало действия, или репликах героев, а реализуются актерами, гримерами, художниками-декораторами, режиссерами. При этом о внешности героев можно узнать из реплик других героев или их самих.

Необходимым принципом изображения героев в эпическом и драматическом произведениях является воспроизведение событий, которые складываются из поступков персонажей, что составляет сюжет. Сюжет складывается из событий, а события – из поступков персонажей.

Понятие поступка включает в себя и внешне ощутимые действия, передаваемые, в частности, глаголами (приехал, вошел, сел, встретил, заговорил, направился), и внутренние намерения, раздумья, переживания. Именно из действий отдельных людей или групп вырастают события личного или исторического планов. Так, воссозданная Л.Н. Толстым война 1812 года представляет собой событие, складывающееся из тысячи поступков и, соответственно, микродействий ее участников – солдат, генералов, маршалов, мирных жителей. Совокупность действий в их движении и развитии образует цепочку эпизодов, или сюжет, литературного произведения.