Чтение онлайн

Потом я вспомнил, что она слишком много выпила.

Вполне вероятно, утром она бы испытала горькие угрызения совести, а я был не настолько глуп и не настолько похотлив, чтобы так рисковать. Мне не улыбалась перспектива следующие три года жить с обиженной женой. Особенно если это никак не помогало зарабатывать на жизнь.

Отодвинувшись, я выпрямился, мое внимание вернулось к залитому лунным светом пейзажу за окном.

– Иди в дом, Сидни… Уходи, пока я не передумал.

На следующее утро я проснулась с сильной головной болью, желанием выпить двадцать галлонов воды и смутным представлением о том, насколько была близка к тому, чтобы унизить себя. Три порции коктейля «Лонг Айленд» окончательно меня подкосили. Я оказалась в нескольких секундах от того, чтобы наклониться и поцеловать Скотта, когда он откинулся на спинку водительского сиденья и приказал мне идти в дом. Приказал. Как унизительно. Он выбил почву у меня из-под ног своими горячими разговорчиками и долгими взглядами, заставил ощутить желание, нужду в нем, а затем оставил ни с чем. Снова одну. Одну!

Не успела я захлопнуть дверцу «Форда», как двигатель автомобиля завелся, и Скотт умчался в неизвестном направлении. Это беспокоило больше, чем следовало. Меня не должно было волновать, где и с кем он спит, – и все же я волновалась.

Как пела Дженис Джоплин: «If it’s wrong, I don’t wanna be right» [12] .

Я приоткрыла один глаз и обнаружила, что изо рта при выдохе идет пар. В воздухе повисли маленькие белые облачка – свидетельство того, что радиатор снова сломался. Поискав телефон, я обнаружила его под одной из собак, которые вместо того, чтобы спать на освободившемся надувном матрасе, теперь спали со мной на раскладном диване.

На экране высветилось время – шесть тридцать утра, – и, судя по царящей в хижине тишине, Скотт уже давно уехал. Как он ухитрялся выходить из дома так, чтобы не будить меня каждое утро, – загадка. В голову закралось сомнение, что-то больно кольнуло меня в самое сердце. Может быть, он и вовсе не приезжал домой.

Дрожь пробежала по всему моему телу и напомнила о том, как сильно болят ноги. Крайне важно, чтобы отопление вновь заработало. Мысль, что Скотту придется провести рождественские каникулы одному в холодном доме, мне не понравилась. Может, он и был законченным придурком, но я слишком много выстрадала в прошлом, чтобы оставаться в стороне, пока мучается кто-то другой. Я сделала мысленную пометку поговорить об этом с Лорел. К счастью, Дрейк дал мне свой номер, и я отправила ему сообщение.

Я:Радиатор снова сломался. Пожалуйста, помоги. Я замерзаю. (Эмодзи замерзающего лица).

Через пятнадцать минут, после того как я умылась и почистила зубы, раздался стук в дверь. В спешке я натянула черные легинсы и облегающий белый свитер поверх кружевного бюстгальтера, накинула на плечи несколько одеял и направилась к двери. Дрейк стоял на крыльце – такой же неотразимый и сексуальный в ярком утреннем свете, каким он выглядел в мрачном полумраке бара накануне вечера. Еще больше меня обрадовало, что в руке он сжимал большой разводной ключ. Шансы на успешную починку радиатора возросли.

– Спасибо, что так быстро приехал! – Я чуть не взвизгнула, так чертовски рада была его видеть. – У меня есть домашние тыквенные кексы и свежесваренный кофе.

Я испекла кексы вчера, перед той злополучной поездкой на квадроцикле в город. Быстрый взгляд на поднос, находящийся на столе, дал понять, что нескольких штук не хватало. Кое-кто все-таки приходил домой. У меня потеплело в груди.

Дрейк кивнул и жестом показал, что угостится кофе и выпечкой позже. Затем отступил назад, указывая на радиатор и водонагреватель, расположенные в сарае, пристроенном к хижине.

– Дрейк. – Я коснулась его руки, прежде чем он скрылся из виду. Он повернулся ко мне, его нежный взгляд упал на мои губы. – Ты не видел Скотта? Возможно, ты знаешь, где он?

Давайте будем честны: Скотт, по сути, победил. Я не могла продолжать так жить. Я ненавидела то, что он взял надо мной верх, но комфорт был важнее, чем гордость. Моя работа критически важна, и я не могла выполнять ее в таких условиях. Не на долгосрочной перспективе. Определенно не в течение трех лет. Сегодня я уезжала, и нужно было предупредить Скотта, что, когда я вернусь, условия нашего проживания должны измениться. Я даже готова снять какую-нибудь квартирку в городе, чтобы он мог пожить у меня.

Смущенный вопросительный взгляд, которым ответил Дрейк, был просто очарователен. Я, однако, слишком сильно продрогла и страдала от похмелья, поэтому не могла долго им любоваться.

Дрейк достал телефон из заднего кармана джинсов и набрал текст.

«У себя дома».

Я моргнула. Затем еще раз и еще. Информация произвела эффект ядерной бомбы. Я попыталась выровнять дыхание, изо всех сил стараясь контролировать свою реакцию, как делала всегда. Я чертовски гордилась собой, потому что готова была взорваться, как Йеллоустонский гейзер, но сдерживалась. Тем не менее унять жар, который поднимался по шее и заливал лицо, не получалось.

Я мысленно прокрутила в голове снимки Скотта, сделанные много лет назад. Интуиция не подвела. Эта хижина была не в его стиле. Он все это время обманывал меня. Пока я была близка к тому, чтобы заболеть… или совершить убийство. Пока не уверена, что более вероятно. Скорее всего, и то, и другое.

– То-о-очно, – ответила я, задыхаясь.

Мысли находились в беспорядке, отчего даже такое простое слово я произнесла с большим трудом.

– Напомни, пожалуйста, как мне туда попасть? – спросила я.

Он напечатал:

«Поднимитесь по грунтовой дороге на холм, поверните у осин направо и продолжайте подниматься. Вы не пропустите дом».

Я заставила себя улыбнуться.

– Спасибо.

Дрейк вздернул подбородок и обошел хижину. Как только он скрылся из виду, моя улыбка исчезла, и я перешла к активным действиям. Одеяло, накинутое на плечи, полетело на пол, я натянула ботинки. Затем направилась прямиком к сараю, Ромео и Джульетта последовали за мной. Вчера я видела там горный велосипед.

Оседлав его, я взглянула на своих верных лохматых друзей.

– Пришло время выбить из вашего хозяина дерьмо.

Двадцать минут спустя…

Его дом был великолепен. По приблизительным подсчетам, его территория занимала около десяти тысяч квадратных футов. Натуральный камень, стекло и полированное дерево. Он смотрелся органично на фоне потрясающего пейзажа. И все же я не могла по достоинству его оценить. По крайней мере пока. Намного, намного, намного позже я бы сделала это. Однако в тот момент легкие жгло после поездки в гору, икры и ягодицы ныли, а внутри дома все еще находился человек, из которого я могла бы испечь пирог.