Чтение онлайн

Пыхтя от негодования и безуспешно пытаясь отдышаться, я подъехала к входной двери с огромным выступом из дерева и камня сверху и бросила велосипед на подъездной дорожке. Испытывая сильную боль, я споткнулась; легкие горели сильнее, чем квадрицепсы. Схватив камень среднего размера, я пару раз подкинула его на ладони и решила, что его веса хватит, чтобы нанести имуществу моего засранца-мужа серьезный ущерб. Затем я изо всех сил швырнула его в одно из панорамных окон, вскрикнув от удовлетворения. Камень попал точно в центр, но издал глухой звук и упал обратно на землю, не оставив даже царапины. От разочарования мне снова захотелось закричать.

Адреналин и жажда справедливости заставили ноги двигаться. Поднявшись по лестнице к входной двери, я нажала большим пальцем на кнопку звонка и не отпускала ее до тех пор, пока с другой стороны не послышался женский голос.

– Да иду я, черт возьми!

Если это клоун, я точно надеру ему задницу.

Входная дверь распахнулась, на пороге появилась отнюдь не стройная модель, но, тем не менее, очень высокая женщина. Она, однако, была бы в конце «списка идеальных» по Рубенсу [13] . Это была женщина средних лет с короткими рыжими волосами, широкими плечами и глазами необычного голубого оттенка. Собаки проскочили мимо меня в дом, как будто делали это миллион раз, и давление у меня подскочило до небес.

Женщина заметила мой потрепанный вид – взъерошенные волосы, румянец, появившийся на щеках от перенапряжения, безумный взгляд, – и ее губы, покрытые розовым блеском, изогнулись в ухмылке.

– Кто вы? – сердито спросила я, потому что… Неужели в этой ситуации нашлось бы место хорошим манерам? Нет уж, они остались в хижине.

– Это ты кто, черт возьми, такая, милочка? – ответила высокая женщина.

Она весело улыбнулась и произнесла это более ласковым тоном, чем я. Очевидно, она не страдала от холодного душа и перепадов настроения одного недозрелого мужчины.

– Жена Скотта. – Я безуспешно пыталась разглядеть убранство дома, мельком заглядывая высокой женщине за спину. Она продолжала преграждать мне путь. – Где этот двуличный сукин сын?

– Ах да, новая жена. – Она протянула мне руку, я отметила ее идеальный маникюр. – Приятно познакомиться. Я Джен, домработница Скотта.

Сколько бы очков кармы Скотт ни заработал, наняв трансгендерную женщину, их количество казалось ничтожным по сравнению с теми баллами, которые по праву присуждались мне за все дерьмо, через которое он заставил меня пройти.

После короткого рукопожатия я подошла ближе:

– Приятно познакомиться. Мне сейчас же нужно его увидеть. – Когда Джен не сдвинулась с места, я пошла ва-банк. – Джен, верно? Я три недели жила без горячей воды и отопления, потому что Скотт солгал мне. Он заставил меня поверить, что его домом была хижина, а не… – я указала на особняк, на пороге которого мы стояли, – …вот это.

Джен моргнула. В ее ярко-голубых глазах отразилось сочувствие.

– Он в главной спальне. Пройдите вперед по коридору и поверните направо. Только снимите ботинки. И, пожалуйста, не испачкайте кровью ковры. Они тибетские.

Затем Джен отошла в сторону.

Мы с ней прекрасно поладим.

Сбросив заляпанные грязью ботинки, я направилась прямиком в спальню Скотта и ворвалась в нее без стука. Там я не обнаружила ничего, кроме дорогой дизайнерской мебели. Строгость темного дерева смягчалась натуральными тканями в серых и бежевых тонах. Огромная кровать была застелена импортным постельным бельем бренда Frette и одеялом из гусиного пуха Scandia.

Давайте не будем забывать о печально известном матрасе Hastens, о котором я так много слышала, – вот он, одним своим видом насмехается надо мной. Все эти холодные ночи, когда я лежала на кривом надувном матрасе, свернувшись калачиком рядом с собаками, чтобы согреться… Все это время, когда мне приходилось принимать ледяной душ…

По иронии судьбы, именно звук льющейся воды прервал мои размышления. Я пересекла комнату, распахнула настежь дверь… и тут же пожалела об этом.

В противоположном конце очень большой ванной комнаты с каменным полом с подогревом (с подогревом!) под душем, смывая шампунь с головы, стоял Скотт. Вода, смешанная с пеной, стекала по его мышцам. На его теле не было ни сантиметра лишнего жира. Стыдно признаться, но мое внимание сразу же переключилось на то самое место. Его толстый и длинный член покоился среди аккуратно подстриженных темных волос, пока не начал твердеть под моим пристальным взглядом.

– Хорошо все рассмотрела? – излишне саркастично поинтересовался Скотт.

Мой пристальный взгляд скользил по его телу, поднимаясь выше и выше, пока не достиг прищуренных глаз цвета индиго. Губы Скотта сложились в самодовольную улыбку.

– Если бы я была парнем, выбила бы тебе зубы!

Он выключил воду и вышел из душа. Не задумываясь, я бросилась на него, замахнувшись для удара. Плохая идея. Почти сразу мне пришлось отступить, чтобы не оказаться прижатой к его мокрой груди. Что было бы не так уж и плохо, если бы я не была так взбешена.

Шагнув вперед ко мне, он потянулся за полотенцем, висевшим на крючке всего в нескольких дюймах от нас. На его ресницах блестели капли воды, губы были влажными, а взгляд… не предвещал ничего хорошего.

– Если бы ты была парнем, ты бы все равно мне понравилась.

Скотт ухмыльнулся, глаза заблестели от вожделения, когда он увидел мое раскрасневшееся лицо и очертания затвердевших сосков, которые почти не скрывал свитер. Я автоматически скрестила руки на груди.

– Если бы это было так!

– Но ты не парень, поэтому я не могу сдержаться от соблазна сделать это…

Отбросив полотенце, он обхватил мое лицо ладонями, нежно, но настойчиво, и поцеловал меня.

Поцеловал так, словно я ему нравилась. Поцеловал так, словно я принадлежала ему.

Меня словно парализовало. Я была слишком потрясена, чтобы оттолкнуть его. Гнев был нейтрализован, ну, в общем, целым спектром различных эмоций – ни одной из них я не гордилась.

Абсолютно мокрый, Скотт прижался ко мне всем телом, его бедра придавили меня к краю стойки с раковиной, и я растаяла в его объятиях, позволила ему раздвинуть мои губы и скользнуть языком в рот. Поцелуй оказался настолько долгожданным, что хотелось плакать от радости. Все было так же идеально, как я помнила. На самом деле даже лучше. Мне и в голову не пришло сопротивляться.

Не в силах больше сдерживаться, я медленно подняла руки, пытаясь найти, куда бы их положить. Они соскользнули с горячей влажной кожи его ключиц на изгиб мощных плеч и, наконец, остановились на бицепсах. Его возбужденный член, зажатый между нами, теперь уперся во внутреннюю сторону моего бедра. Рука Скотта скользнула под подол свитера. Кончики пальцев принялись поглаживать мои твердые соски поверх кружева. Сгорая от ощущений, я приподнялась на цыпочки, практически умоляя о большем.

Если бы я чуть-чуть сдвинулась влево…