Чтение онлайн

– Что?
– ничего, кроме бессвязных бессильных ругательств, на ум не шло.

– Что ты написала другую книгу. Или вообще ничего не написала.

– И что теперь? Я не написала - значит… не будет Трайса?

– Трайс уже есть, - бог в задумчивости сморщил лоб.
– Понимаешь, причинно-следственные связи -сложная штука, не всегда поймешь, где причина, а где следствие. Трайс появился, потому что ты о нем написала, или ты о нем написала, потому что он был…

Вот это уже что-то новенькое. Хотя неспроста же тут все не совсем так или совсем не так, как я себе представляла?

– Это сложно, - повторил Мэйтин.
– Для человеческого восприятия. И я не буду тратить твое время, пытаясь объяснить. Просто подумай, если бы ты там ничего не написала, это как-то отразилось бы на твоей жизни? Или что должно было случиться в той твоей жизни, чтобы ты не стала писать книгу?

Я сжала виски: похоже, и правда мигрень.

– Может, я не захотела? Или не смогла…

Или меня не стало, и некому было придумать историю красавицы Элизабет Аштон?

Тряхнула головой, отгоняя последнюю мысль.

А вдруг мне это было уже не нужно? Ведь реальность меняется не обязательно в худшую сторону?

– Хочешь проверить?
– серьезно спросил Мэйтин.

– Не знаю, - я устало привалилась к облицованной бледно-зеленой плиткой стене.
– Ты же бог, скажи, как правильно.

– Я не могу принимать решения за тебя, - покачал он головой.
– Но игры с реальностью опасны. Даже если кажется, что вмешательство обосновано и преследует благие цели. Меняя судьбу одного человека можно изменить судьбу мира.

– Моя судьба ничего не значит для мира.

– Это ты так думаешь. Слышала про эффект бабочки?

– Значит, ты считаешь, что нужно вернуть все, как было?

Я с сожалением вздохнула, хотя и не могла не понимать, что он прав. Как бы мне ни хотелось изменить свою судьбу, но если это будет стоить жизни мира или хотя бы жизни другого человека…

– Кто-то решил изменить свою судьбу?
– озвучила я новую догадку.

– Да. Те, в кабинете, только что пришли к тому же выводу. Видимо, кто-то нашел описание ритуала и собрал единомышленников…

– Ты знаешь, кто?
– вцепилась я в футболку бога. Иероглифы на ней тут же зашевелились, будто потревоженные змеи, и я испуганно разжала пальцы.

– Нет, - ответил, отодвигаясь от меня, Мэйтин.
– Честно, понятия не имею. Реальность искажена, и все вероятности не отследить даже богам. Но если бы и знал… Я уже говорил, что не могу помогать тебе во всем. Иначе рискую сам нарушить естественный ход событий, и последствия будут непредсказуемыми.

– А когда ты меня сюда перетащил, ничего не нарушил?
– высказала я сердито.

– Ничего. Потом поймешь… может быть. И что касается Элси и того медиума… Нет, это вообще всего касается: проверяй информацию. Прежде чем принять какое-либо решение или сделать выводы, тщательно проверяй информацию. Считай, это - божественное откровение.

– А что…

Закончить вопрос я не успела: Мэйтин исчез.

Но я к этому уже привыкла.

Глава 37

Явление Последнего Дракона

Отсутствовала я недолго, но тому времени, как вернулась в кабинет ректора, там был только этот самый ректор. Сидел там же, где и до моего ухода, и сосредоточенно изучал оставшиеся после Норвуда крошки на ковре

– А где все?
– я растерянно остановилась в дверях.

– Ушли. Основное мы уже обсудили. Дальнейшие действия можно согласовывать и на расстоянии, - Оливер указал на кресло рядом с собой.
– Присядьте, Элизабет. Пожалуйста.

Он просил так осторожно и преувеличенно вежливо, что я с трудом сохранила серьезное выражение лица. Хотя был ли повод улыбаться? Устроила скандал, припугнула влиятельным папочкой: понятно, что милорд Райхон теперь опасается спровоцировать новый всплеск эмоций с моей стороны. Может, проблем с лордом Аштоном он всерьез и не боится, но нервы и уши ему еще дороги.

Чтобы немного успокоить его на этот счет, я послушно опустилась в кресло и сложила руки на коленях.

– Я должен извиниться перед вами, Элизабет, - произнес ректор. Получилось это до того искренне и проникновенно, что я тут же насторожилась.
– Инспектор Крейг бывает излишне прямолинеен. Мне следовало обговорить с ним ваш случай наедине, и мы избежали бы ненужных ссор.

– Я тоже была неправа, - копируя его задушевные интонации, сказала я.
– Надеюсь, господин инспектор примет мои извинения. И вы. Вы же знаете, как сложно порой сдержать эмоции?

– Знаю. И понимаю, вашу реакцию на незаслуженные обвинения. Хочется верить, что мы оставим сегодняшнее недоразумение в прошлом.

– Конечно, - улыбнулась я, а самой уже хотелось схватить его за грудки и вытрясти всю правду: неспроста ведь эти расшаркивания.

– Нам в самом деле повезло с вами, Элизабет. Вы вправе обидеться на то, что я сейчас скажу, ведь потеря способностей - большое потрясение для вас, однако я верю, что все образуется со временем, зато сейчас, благодаря вам…

Мне нравился этот мужчина. Кто бы знал, как он мне нравился! Его жгучий пронзительный взгляд, его руки с длинными изящными пальцами музыканта, мнущие сейчас салфетку, его голос - глубокий чувственный баритон, и даже запах его одеколона… Но как мне хотелось стукнуть его чем-нибудь промеж красиво изогнутых бровей! Сколько можно ходить вокруг да около?

– Я решил, что в сложившихся обстоятельствах вам не помешает охрана, - выдал он в конце концов.

Желание дать ему в лоб многократно возросло, и я на всякий случай сцепила пальцы в замок.

– Охрана?
– переспросила пока спокойно.
– И как вы себе это представляете?

– Попрошу инспектора выделить кого-нибудь из своих людей.

– Следить за мной?

– Сопровождать. Вы даже не заметите их присутствия.

– Это особенно радует, - проговорила я мрачно.
– Но я смогу обратиться к ним за помощью, если во время купания мне понадобится потереть спинку?

Ректор, не ожидавший от мисс Аштон, а в данном случае даже леди Аштон, подобного вопроса, смущенно откашлялся.