Чтение онлайн

— Сули что-то давно нет. Когда она вернётся? — спросил Мерри, не адресуя этот вопрос кому-то конкретному; Гэндальф, стоящий рядом с ним, заворчал. — Может, случилось что?

— Она не только человек, но ещё и волк! Пошла на охоту и когда вернётся, мы уж её как-нибудь да увидим.

Отсутствие оборотня стало уже слишком заметным. Волчица и раньше уходила охотиться, но покидала Братство не больше чем на сутки. Нынче минул уже третий день с момента её ухода. Да и ушла Хранительница как-то странно — не сказав никому, во время своего же дежурства. Заменивший девушку в тот день Фродо позже рассказывал, что проснулся, а Сули уже не было.

На плечо полурослика легла широкая мозолистая ладонь гондорца.

— Вернётся, — он кивнул. — Само собой вернётся. Сули не так давно говорила, что вокруг нет дичи, вот ей и пришлось забраться дальше. Она найдёт нас по следу.

Хоббит неуверенно улыбнулся человеку и снова устремил свой взгляд назад: Братство было на подступах к Карадрасу и собиралось сделать привал, последний перед восхождением. Сейчас Мерри прекрасно видел степи раскинувшуюся перед ним, но нигде не виднелась уже ставшая знакомой белая волчица.

Она всегда возвращается, — успокоил он себя.

— Может, пойдём поищем? — спросил хоббит несколькими часами позже у Арагорна. — Вдруг и правда в беду попала?

— Или заблудилась? — подметил Сэм.

Гэндальф не одобрил эту идею и после сытного перекуса объявил, что здесь же они останутся на ночлег.

— Но если Сулмендис не вернётся к ночи, мы отправимся на Карадрас без неё, — бескомпромиссно произнёс волшебник.

Дежурить остался Боромир. Впервые за долгое время он и правда остался один.

Горный хребет непроходимой стеной отгораживал Братство от всего остального мира. Кругом, куда ни глянь, каменные скалы — одни больше, другие меньше — неустанно тянулись к небу. Будто играли в догонялки, стараясь перегнать друг друга. Но ни одна из скал не могла сравниться с вершиной Карадраса; гондорцу приходилось высоко поднимать голову, чтобы разглядеть её. Покорить такую гору… да это уже само по себе подвиг.

Человек покачал головой, разминая затекшую шею, а после, рукой в мягкой перчатке, почесал глаза. Всё было белым бело от выпавшего снега.

Один их хоббитов негромко проговорил что-то во сне и перевернулся на другой бок, неловко задев гнома. Гимли этого и не заметил, продолжая — пока ещё не громко — похрапывать.

Снег вновь начал сыпаться с неба и аккуратные корохотные хлопья, медленно паря, неизменно падали на белую землю, сливаясь с другими — бесчисленными — снежинками. Всё казалось светлее, но мужчину это не успокаивало. Он прислуживался к каждому шороху, всматривался в каждый призрачный силуэт. Но мысли его были далеко отсюда. Как и все остальные в Братстве, он волновался о Сули. Да, человек неустанно повторял, что в отсутствии (пропаже) оборотня ничего странного нет и быть не могло; он ни раз пересказал рассказы подруги об охоте, об исчезнувшей дичи. И эти слова успокаивали остальных Хранителей, но не его самого. Оборотня не было уже слишком долго, чтобы можно было не беспокоится и списать всё на очередную охоту.

Человек почесал глаза и зевнул. Холод окутывал со всех сторон. Такой зыбкий, упрямый и цепкий, он пробирался под плащ, кольчугу, куртку из варенной кожи и даже сквозь наброшенное на плечи одеяло.

Может быть Сули нужна помощь, а мы сидим здесь и бездействуем, — мысленно возмутился мужчина и нетерпеливо провёл рукой по рукояти меча. Дай ему волю, гондорец давно бы сорвался на поиски новой подруги, но долг велел оставаться с Хранителем Кольца. И сейчас это стало тяжело как никогда.

Боромир бросил через плечо взгляд на мирно спящего полурослика: не хотел признавать этого, но Кольцо имело над ним власть, куда большую, чем над остальными. Каждая секунда нахождения рядом с творением Тёмного Властелина стояла нечеловеческий усилий. Не сорваться. Не сглупить.

Человек боялся.

Раздался приглушенных хруст снега; мужчина поднялся на ноги, уронив одеяло с плеч, и на половину вытащил меч, готовый встретить врага. Но взамен встретил друга.

Волчица успела подобраться довольно близко прежде чем оказалась замечена. Она брела по протоптанной Братством тропе, устало передвигая лапы, а из открытой пасти валил пар при каждом выдохе. Перемазанная грязью и кровью шерсть на лапах и морде свалялась и висела неопрятными тяжёлыми комьями, лишаясь привычного белого цвета. Услышав шорох закаленной стали о ножны, Сули дернула ушами и приподняла морду. Тогда она и увидела стоящего человека и неспешно дернула хвостом, а потом принялась вилять им, пусть устало, но всё же радостно.

Боромир сел на своё место; волчица сделала ещё несколько шагов и упала на снег рядом с ним, лениво положив голову на колени друга. Тот улыбнулся, положил ладонь на загривок оборотня, потрепал, привычным жестом, и попытался пальцами вычесать грязь. Выходило плохо.

— Где же ты была?

Ответом послужил возмущенный рык.

Волчица лениво фыркнула, устраивая голову поудобней, и закрыла глаза, почти проваливаясь в сон, такой желанный сейчас. Тихий и спокойный. Она до жути устала — пришлось бежать несколько часов к ряду, да ещё и есть охота.

Мужчина, не сдерживаясь, обнял оборотня за шею, уткнувшись носом в, такую мягкую теперь, жёсткую шерсть на загривке. Она пахла дорожной пылью и кровью. Сули раздосадовано фыркнула и выпуталась из его рук, обернувшись человеком — на плечи ей тут же упало поднятое одеяло.

— Мечом заколоть не получилось, так ты меня раздавить решил, — прошептала девушка, севшим от долгого молчания голосом.

Подобрав горсть снега, она умылась, стирая кровь, от чего кожа на лице покраснела и слегка пощипывала, обернулась к мужчине; тот всё ещё улыбался, а потом, не сдержавшись от радости встречи, снова обхватил подругу за плечи и прижал к себе, усадив на одно колено, словно Сули ничего и не весила. Боромир прислонился лбом к её лбу и произнёс, одновременно и счастливо, и взволнованно:

— Мы боялись, что не вернёшься.

Темноволосая не нашла что ответить. Она, чуть отстранившись, посмотрела на гондорца, но глаза его были теперь закрыты. Он был сейчас так же спокоен как в минуты сна. Расслабленный и умиротворенный. Милый. Девушка улыбнулась и поддалась вперёд, уткнувшись губами в щетинистую щёку. Отблеск улыбки пробежался по лицу человека, и Сули положила голову на его плечо.

— Рада тебя видеть.

Боромир не спрашивал где она была, а девушка не рвалась рассказывать. Сказать ей было нечего. Оборотень со страхом в сердце осознала, что не помнит прошедших трёх дней.

Она не знает, чья кровь на её лице и руках.

***

Волчица мотнула головой, отряхнув шерсть от выпавшего снега. Не так уж и много его скопилось за ночь, но тучи плывущие по небу говорили: "то ли ещё будет!".

Неловко — сонно — потянулась и вдруг почувствовала, как чья-то тяжёлая рука лежит поперёк её спины. Боромир встретил оборотня и с ней же провел всё оставшееся время: сначала двое вместе дежурили, а после — когда гондорца сменил Арагорн — Сули обернулась волком и легла спать бок о бок с другом. Воспоминание о том, как мужчина во сне, стремясь к теплу, обнимал её, зарываясь пальцами в густой мех, вызывало мурашки, бегущие по телу. Сейчас воин лежал рядом, укрытый тёплым одеялом, и совсем чуть-чуть припорошенный снегом. Растрёпанные рыжие волосы упали на лицо; волчица обернулась человеком, чтобы убрать их. Как же забавно он сморщил нос, когда оборотень невесомо коснулась кончиками пальцев его лица. Сули не сдержала улыбки.