Чтение онлайн

— Товары готовы, но «Николая» я не пошлю въ экспедицію.

— Но вдь это значитъ не занять Сахалина. «Николай» долженъ идти. Послушайте, Александръ Филипповичъ, вдь вы видите, что это необходимо, вдь надо исполнить высочайшую волю.

— Я не могу исполнить вашего требованія.

— Такъ скажите же, что надо длать, я васъ прошу, г. капитанъ-лейтенантъ Кошеваровъ.

— Я не капитанъ-лейтенантъ.

— Какъ, не капитанъ-лейтенантъ.

— Я для васъ начальникъ Аянскаго порта.

— Желаю быть вамъ адмираломъ; я васъ титулую кап. — лейт. потому, что это вашъ чинъ. Итакъ, г. начальникъ Аянскаго порта, я предлагаю вамъ, во-первыхъ, одться какъ слдуетъ, пригласить капит. 2 р. Фрейганга и маіора Буссе, чтобы составить военный совтъ, для разсмотрнія и совщанія о дл, по которому я пріхалъ.

— Извините что я васъ принялъ въ этомъ костюм, этому причина вашъ неожиданный пріздъ (я пріхалъ къ Кошеварову съ извстіемъ, что Невельской будетъ къ нему, по крайней мр, за полчаса до его прізда), я сейчасъ иду переодться. Черезъ нсколько минутъ онъ вышелъ въ сюртук, въ это время и Невельской застегнулъ свой сюртукъ.

— Позвольте вамъ сказать, началъ Кошеваровъ, что вы напрасно пріхали сюда. Если вы затрудняетесь предпринять экспедицію, я ее беру на себя.

— Что это вы, Александръ Филипповичъ, подумайте, что вы говорите, спокойно возразилъ Невельской.

— Я не Александръ Филипповичъ, а начальникъ Аянскаго порта, и прошу васъ съ уваженіемъ говорить со мною, не оскорблять меня.

— Позвольте замтить мн, сказалъ я, подойдя къ разговаривающимъ: я не слышалъ, чтобы кто-нибудь изъ васъ, господа, произносилъ оскорбительныя слова, и нахожу, что замчаніе наше, кап. — лейт., несрраведливо.

— А, вы не замтили, мы оба не говорили оскорбительно?

— Да, это я говорю, какъ свидтель вашего разговора.

— Итакъ, г. начальникъ Аянскаго порта, продолжалъ Невельской: я васъ прошу тотчасъ же составить совтъ изъ 4-хъ штабъ-офицеровъ.

— Здсь не мсто, позвольте вамъ замтить, и вообще вы забываете, что это моя квартира, что я здсь хозяинъ дома, проговорилъ съ ужимками Кошеваровъ.

— Я васъ просилъ къ себ на судно, вы не хотли пріхать, хотя это былъ вашъ долгъ. Вамъ неугодно совщаться о длахъ въ вашей квартир; въ такомъ случа, состоящій по особымъ порученіямъ при ген. — губ. Вос. Сибири кап. 1 р. Невельской проситъ васъ, начальникъ Аянскаго порта, отвести ему мсто въ порту, гд бы онъ могъ потребовать начальника Аянскаго порта къ себ по дламъ службы.

— Теперь поздно, уже ночь, вы такъ неожиданно пріхали, теперь не время совщаться.

— Для службы всегда есть время, и я васъ прошу тотчасъ же исполнить мое требованіе, или я долженъ буду признать васъ неисполнителемъ высочайшихъ повелній, и тогда принужденъ буду дйствовать по сил закона и данной мн власти.

Въ это время Фрейгангъ подошелъ ко мн и съ безпокойнымъ видомъ сказалъ мн: — чмъ это кончится, это ужасно, надо, чтобы они уступили другъ-другу.

— Вы видите, что Кошеваровъ нарочно возбуждаетъ Невельского и словами и голосомъ.

— Ихъ надо помирить; я, какъ старый товарищъ обоихъ, считаю это своимъ долгомъ.

Сказавъ это, онъ подошелъ къ спорящимъ и, взявъ ихъ за руки, началъ просить ихъ помириться и забывъ все прошедшее, дружески обняться. Невельской бросился на шею Кошеварову и началъ цловать его; тотъ съ своей стороны обнялъ его. Непріятно было смотрть на эти объятія: горячность ихъ была маска, которая въ особенности не шла къ Кошеварову. Невельской, обнимая такого человка, какъ Кошеварова, длалъ великую и благородную жертву для пользы дла. Посл объятій, переговоры пошли смирне и наконецъ согласились окончательно ршить дло на другое утро въ 8 часовъ. Поужинавъ, мы возвратились съ Невельскимъ на судно въ 3-мъ часу ночи.

На другой день, мы встали въ 6 ч. утра, чтобы приготовлять почту и, между прочимъ, составили бумагу, ршительность выраженій которой должна была бы заставить Кошеварова подумать о послдствіяхъ, если онъ еще будетъ противиться. Въ 8-мь часовъ мы одлись, чтобы отправиться на берегъ, но пришли доложить, что Кошеваровъ детъ на шлюпк. Мы остались въ кают и приняли его тамъ. Было ршено, что «Николай» идетъ на Сахалинъ и оттуда на зимовку въ Татарскій проливъ, если другое компанейское судно не явится смнить его. Товары должны были тотчасъ же грузиться. Переговоривъ объ этомъ, Кошеваровъ ухалъ; скоро за нимъ и я похалъ на байдарк, чтобы присмотрть за поспшностью отпуска и нагрузки товаровъ. При этомъ, ясно видно было, что вопреки предписанія главнаго правленія, разборка и сортировка товаровъ для экспедиціи производилась до того непозволительно медленно, что, несмотря на то, что контора имла 35 дней времени (отъ 25 іюля по 1 сентября), товары совершенно не были приготовлены для отправки; фактуры даже составляли при насъ. Благодаря этому, нагрузка шла медленно и кончилась только 3-го числа, хотя работали даже ночью. Эта неисправность явно показываетъ, что Аянская контора держится въ безпорядк, что Кошеваровъ, расхаживая по пристани, ничего порядочнаго не длаетъ, хоть и хвастаетъ всякому прізжему своею дятельностью. Въ продолженіи 35 д., что «Николай» былъ въ отсутствіи, приходило въ Аянъ только одно компанейское судно «Цесаревичъ», и то безъ груза. Пріемъ въ порту былъ только пластовому якутскому транспорту, отпускъ солонины для Камчатки; все это не могло помшать приготовить товары для такой экстренной и важной экспедиціи, какъ сахалинская. Въ продолженіи трехъ дней проведенныхъ въ Аян, я былъ съ утра до вечера занятъ, то по работамъ нагрузки, гд приходилось почти съ бою брать вещи изъ пакгауза, то въ приведеніи въ порядокъ бумагъ для отсылки по почт. Между прочимъ, я былъ несказанно обрадованъ полученіемъ писемъ отъ родныхъ. Я такъ давно уже не имлъ извстій изъ родного Петербурга. Съ какимъ-то трепетомъ радости и боязни распечатываешь письма, присланныя изъ-за 10,000 верстъ. Благодаря Бога, вс извстія были хороши, только смерть друга дяди едора Ивановича, Пор. Вас. Богословскаго, была печальною встью.

Мы общались съ Невельскимъ пріхать съ судна проститься съ семействомъ Фрейганга, но, занявшись бумагами, опоздали, такъ что они ухали уже, когда мы вышли изъ шлюпки на берегъ. Взявъ двухъ осдланныхъ лошадей, мы догнали ихъ въ 3-хъ верстахъ отъ Аяна, гд и простились съ ними. Не могу не описать костюма m-me Фрейгангъ. Она надла брюки и пальто своего мужа, чепчикъ на голову и женскіе высокіе ботинки и услась амазонкой въ этомъ костюм.

3-го сентября, утромъ въ 5 час., я съхалъ еще разъ на берегъ, чтобы взять нкоторыя вещи, забытыя при поспшной нагрузк. Когда я отчалилъ отъ берега, «Николай» уже поднималъ паруса при слабомъ попутномъ втр. Изъ порта салютовали 7-ю выстрлами; на салютъ этотъ судно отвтило тмъ же числомъ. Скоро догналъ я «Николая» на быстрой байдарк. На обратномъ пути въ Петровское втеръ то же мало благопріятствовалъ намъ. 6-го числа подулъ свжій попутный N. Мы вошли въ Петровскій рейдъ. Смеркалось; втеръ свжлъ, мы неслись подъ зарифленными марселями по 10-ти узловъ. Вдругъ засвистлъ въ снастяхъ сильный штормъ. Нехладнокровный Клинкофстремъ засуетился. На судн начался безпорядокъ — результатъ неопытности матросовъ дессанта, которые не знали кого слушать, потому что капитанъ судна командовалъ по-шведски своимъ матросамъ, Невельской и Рудановскій по-русски — своимъ. Штурмана суетились, бгали. Безпорядокъ на судн былъ полный, обстоятельства были дйствительно нехороши, — лавировать было тсно, и потому выдти въ море невозможно. Мы находились между скалистымъ берегомъ мыса Левашова и банками, лежащими къ с.-в. отъ Петровскаго зимовья. Ршили бросить якорь на 11 с. глубины и возложить надежду на крпость цпи. «Если цпъ не выдержитъ, сказалъ мн капитанъ, то судно погибло, отлавироваться я не надюсь». Скоро загремла цпь. Корабль всталъ. Противное теченіе помогало намъ, не давая волнамъ вытягивать сильно цпь. Шумъ на судн прекратился. Какъ зритель, я присутствовалъ все время при работ на палуб. Картина борьбы стихій производила какое-то особенное впечатлніе. Чувство это я впервые испытывалъ. Борьба эта мн нравилась, и я былъ спокоенъ. Во время шторма, волна закатилась въ каюту черезъ вентиляторъ и замочила вс бумаги Невельского.

Въ 11-мъ часу я легъ спать. Штормъ усиливался. Задремавъ немного, я очнулся отъ сильнаго толчка. Вставъ, я вышелъ узнать причину. Въ кают мебели были опрокинуты. Толчекъ былъ дйствіе дерганья цпи отъ натягиванія ее волною. Втеръ дулъ еще сильне. Корабль бросало во вс стороны. Былъ 12-й часъ. Штормъ свирпствовалъ въ полной сил. Спустившись въ свою каюту, я легъ въ постель. Безпрерывные толчки давали засыпать мн только на нсколько минутъ. Наскучивъ лежать въ этакой безпокойной люльк, я поднялся на палубу въ 5-мъ часу утра. Втеръ стихалъ. Небольшія срыя облака носились по небу.

6-го сентября къ 8-ми часамъ совершенно стихло, мы подняли якорь и при слабомъ попутномъ втр подошли къ Петровскому въ 12-мъ часу. Невельской тотчасъ же похалъ на берегъ на байдарк. Скоро за нимъ и я съхалъ на шлюпк съ Рудановскимъ. При этомъ перезд я убдился въ томъ, что началъ предполагать сначала знакомства моего съ г. Рудановскимъ, т.-е. что онъ тяжелъ, какъ подчиненный, и несносный товарищъ. Посл я подробне поговорю объ немъ. Когда мы сли на шлюпку, то Рудановскій при мн, т.-е. при старшемъ и будущемъ ближайшемъ начальник своемъ, началъ ругать матросовъ и общалъ высчь унтеръ-офицера за то, что онъ не назначилъ одного матроса на бакъ. Я, конечно, замтилъ ему посл грубость этого поступка. Пріхавъ въ Петровское, Невельской началъ длать нужныя распоряженія насчетъ снабженія товарами различныхъ портовъ Пріамурскаго края. Товары эти должны были быть привезены изъ Аяна на «Иртыш».