Чтение онлайн

Он снова обмотал верёвку вокруг кнехта, откинулся назад и нашёл в себе откуда-то силы держаться. Продолжать наклоняться в повороты, которые становились всё реже и не такими резкими. Он не мог держать слишком крепко, но рассчитывал, что остальное сделает намотанная верёвка.

Всё или ничего. Если они сейчас перевернутся, он не распутает верёвку онемевшими пальцами. Поэтому он обмотал её снова и заставил себя просто держаться.

Наконец тварь замедлилась.

Закат глубоко вздохнул, выудил из резервов остатки сил и начал подтягивать верёвку, давая черепозмею всё меньше слабины. Он знал, чего ждать — тварь снова рванёт прочь каждый раз, когда он подтянет её чуть ближе — но это было знакомо. Он делал то же самое с верёвкой и гарпуном вместо лески и крючка, но результат был примерно тот же. Подтягивать тварь ближе, и ближе, и ближе, пока…

Пока её голова не оказалась прямо перед лодкой, а тело извивалось под водой и иногда билось о корпус. Эта часть была опасна, даже если зверь явно выдохся. У него была масса, чтобы перевернуть лодку, может, даже разбить её в щепки.

Поэтому Закат действовал быстро. Он вытащил револьвер, подался вперёд и выстрелил.

Понадобилось шесть выстрелов. Первый рикошетом отскочил от костяной пластины на голове, так что он разрядил остальные в кожу твари сразу за головой. Наконец черепозмей обмяк, дёрнулся и затих. Из него в пустоту капала тёмная кровь, чтобы падать вечность, насколько он знал.

К счастью, умирая, он не пошёл ко дну. Закат привязал его к борту, затем лёг, давая отдых рукам — которые то пульсировали болью, то немели от усталости. Он нашёл в себе силы потянуться к шее и коснуться трапперского медальона, который носил.

Сак подскочила, глядя на него сверху вниз, склонив голову набок и взъеровшив чёрное оперение. Рокке издала крик, от которого Закат рывком сел. Что случилось? Она что-то увидела?

Но нет. Этот крик звучал почти торжествующе, и она запрокинула голову, расправив крылья. Через секунду она умолкла, заметив, что они на неё смотрят, и сжалась в комок смущённых, распушенных перьев.

— Это было прекрасно, — сказал Закат. — Спасибо.

Затем он заставил себя подняться. Как бы ни хотелось отдохнуть, тварь истекала кровью в бездну. Верный способ привлечь хищника покрупнее — а даже если нет, он всё это затеял, чтобы добыть воду. Придётся обойтись этой кровью.

Глава тридцать вторая

Ксизис, или Ксизисрефлиэль — его полное драконье имя — был одним из древних. Существовал ещё до Раскола, события, случившегося более десяти тысяч лет назад.

Всё это время он владел землёй в Серебросвете. Когда-то здесь было логово, потом дворец. Теперь драконье гнездо представляло собой высотный небоскрёб рядом с университетом — одним из главных его покровителей Ксизис и являлся. Всё, что обнаруживали учёные, по его договору с ними, поступало к нему первому.

Старлинг вошла в парадные двери. Она нечасто пользовалась своим драконьим именем, но здесь оно было уместно — потому что, хотя большинство спешащих людей в фойе небоскрёба её игнорировали, охрана следила за ней с того момента, как она вошла. Возможно, и раньше. Старлинг проигнорировала традиционную стойку регистрации и направилась прямиком к их менее заметному посту в правом заднем углу.

— Иллистандриста, — сказала она, положив руки на стойку, демонстрируя кандалы. — К Ксизисрефлиэлю.

Один из охранников тихо позвонил, и из задней комнаты вышла Спринг, чтобы встретить её. Крупная спрен пиков была — как и все её сородичи — из камня, с тлеющей магмой в сердцевине, светящейся сквозь мелкие трещины на «коже». На ней была форма охраны, сшитая специально для неё, хотя она всё равно выглядела как мешок с чипсами, раздутый от слишком большого количества воздуха — топорщилась в рукавах, груди и бёдрах.

— Фойла, — сказала она, используя общеупотребительное имя Ксизиса, для случаев, когда не хотели прибегать к религиозному, — нет.

— Спринг, — сухо сказала Старлинг. — Я чувствую его.

— Нет, не чувствуешь, — ответила та, постучав по одному из кандалов.

— Думаешь, мне нужны силы, чтобы понять, что он здесь? Профессор Лейк через три дня читает доклад о новом мире; Ксизис ни за что это не пропустит, даже ради одного из своих проектов. К тому же на верхнем этаже свет погашен. Он тушит их только когда хочет, чтобы думали, будто его нет.

— Фойла, — сказала Спринг, — нет. Пока он не позвонит и не скажет, что он здесь. — Она наклонилась, скрестив руки на стойке. — Насколько я слышала, тебе, возможно, лучше не попадаться ему на глаза, когда он появится.

— Ворона уже добралась? — догадалась Старлинг.

— Думаешь, она пошла бы куда-то ещё после того, как пережила мятеж?

Неудивительно. Это был Серебросвет. Информация здесь торговалась, как акции, каждая крупица стоила дороже золота.

— Я надеялась, она могла бы зайти выпить по пути или что-то в этом роде… — сказала Старлинг.

— Старлинг, — сказала Спринг. — Есть оптимизм, а есть глупость. Из-за чего бы вы ни подняли мятеж, он не стоит таких усилий. Тебе стоит бежать.

«Он» здесь был просто особенностью речи — спрены пиков использовали гендерную версию местоимения «оно», что часто проскальзывало, особенно для выразительности.

— Я подожду, — сказала она.

— Как хочешь, — сказала Спринг. — Полагаю, он не может тебя убить.

— Ксизис вообще нечасто убивает людей, — сказала она с гримасой. — Ему куда интереснее, чтобы они жили в страданиях.

Спринг улыбнулась и вернулась в свой кабинет.

Так что она ждала.

И ждала.

И ждала, пока не убедилась окончательно: Ксизис делает это нарочно, чтобы показать ей, какая она ничтожная. Напоминание. Полноценный дракон, в своём большинстве и при всех силах, мог бы пропустить вестибюль. Для них наверху был специальный вход. Всё, что нужно — долететь туда на собственных крыльях.

Ворона прошествовала мимо, выходя из вестибюля. Ксизис заставил Старлинг ждать ещё полчаса после этого. Наконец Спринг поманила её к отдельному лифту. Она не поехала с ней наверх — Старлинг была драконом и заслуживала некоторой доли уважения, даже в её состоянии. Это означало, что надзирателя из охраны не будет.

Поездка в пентхаус была долгой и выматывающей нервы, мимо всех уровней, занятых деловыми предприятиями Ксизиса, его сетью информационного брокерства, личными архивами, комнатами для самых приближённых слуг. Обычные драконьи штучки. По крайней мере, для тех, кто предпочитал не быть богами старой школы, а принадлежать к новой разновидности. Те, что носят костюмы и управляют правительствами.

Двери открылись прямо в роскошный номер, занимающий весь этаж. Тёмное дерево. Тёмно-красный ковёр. Чёрная мебель. Ксизис сидел у пианино, держа бокал рубинового вина, в безупречном деловом костюме. Он был в человеческом облике, разумеется; драконий в квартиры не помещается. У него была чёрная кожа с холодным блеском, как полировка на пианино. Ни волоска. Ему нравился лысый образ, и, надо сказать, с костюмом это смотрелось стильно.