Чтение онлайн

— Пожалуйста, Грег, мне нужно глубже.

Я игнорирую ее мольбы, продолжая свои медленные и мучительные ласки. Боже, я обожаю чувствовать, как ее стенки обхватывают мой член. Чувствовать, как ее тело принимает мое, — самое невероятное ощущение в мире. Чувствовать, как сжимаются ее гладкие стенки, когда она так близко, как сейчас, когда влажность от ее возбуждения покрывает нас обоих... Да, лучше этого ничего не бывает.

Сделав еще один рывок, я погружаюсь в нее до основания, двигая бедрами и издавая стон, когда чувствую прилив влаги. Она уже близко. Я мог бы покончить с этим прямо сейчас. И так близок к тому, чтобы найти свое собственное освобождение, но хочу заставить ее закричать еще раз, прежде чем получу свое.

Я двигаю руками, которыми крепко сжимал ее бедра, и провожу ими вверх по ее спине. Ощущение ее шелковистой кожи под моими пальцами заставляет меня покачивать бедрами, прижимаясь к ее телу. Я никогда не насытюсь этой женщиной. Мои руки заканчивают свое путешествие, когда я добираюсь до ее плеч и сжимаю пальцы, давая ей понять, что хочу, чтобы она приподнялась на локтях.

Нам больше не нужны слова. Наши тела так хорошо знают друг друга, что достаточно нескольких прикосновений, и все остальное последует само собой. Она встает на колени, закидывает руку за голову и обхватывает меня сзади за шею, чтобы прижаться губами к моим губам. Наш поцелуй можно назвать просто безумным. Наши языки и зубы соприкасаются в яростной борьбе за контроль. Наши языки танцуют в танце, от которого у меня мурашки бегут по спине, а мои яйца сжимаются в тисках, похожих на когти.

Я обнимаю её одной рукой за грудь, ладонью охватывая идеально полную грудь и слегка покручивая напряжённый сосок большим пальцем. Другой рукой обхватываю ее за талию, с любовью лаская живот, а затем спускаюсь вниз по ее упругой коже, пока не касаюсь гладкого жара, и ее влага не стекает с кончиков моих пальцев. Сделав несколько быстрых толчков, я чувствую, как легко и непринужденно погружаюсь в ее гостеприимное тело, отчего из глубины моего горла вырывается рычание.

— Нет ничего приятнее, чем чувствовать, как твоя киска доит мой член.

Она стонет мне в губы и хнычет, когда я снова выхожу из нее.

— Пожалуйста, детка, возьми меня сильнее.

— Нет. — Я знаю, чего она хочет, и также знаю, что ее убивает то, что она не пытается взять себя в руки. Я прекратил наши бурные занятия любовью почти два месяца назад. Мне плевать, что говорят врачи. Я ни за что на свете не позволю себе быть с ней слишком грубым и причинить боль моим девочкам. Нет. Этого не случится. Это было единственным больным местом между нами за последние несколько недель. Мелисса очень этого хочет, а я не буду... Я не могу ей этого дать.

— Грег... — она пытается отстраниться, но я крепко держу ее.

— Тише, красавица, и позволь мне любить тебя.

Я продолжаю любить ее, входя в нее в мучительно медленном темпе, прежде чем выйти почти до тех пор, пока не отделюсь от ее тела, чтобы затем повторить процесс. Я знаю, что ей это нравится. Чувствую, как по моему члену стекает доказательство. Ее стоны не лгут. Может, она и жаждет, чтобы я грубо повалил ее на простыни, но пока могу заставить ее кричать, я все равно делаю это правильно.

— Грег... убиваешь меня... Ты нужен мне... сильно. — Она задыхается между толчками, ее влагалище крепко сжимает меня с каждым умоляющим словом, слетающим с ее губ, испытывая мое терпение, как никто другой.

— Нет.

Гул ее протеста, отдающийся в моей груди, — единственное предупреждение, которое я получаю, прежде чем она оглушает меня. Буквально.

Она сильно толкается в ответ, ее задница ударяется о мои бедра, и мой член отрывается от ее теплого тела. Движением, которое не должно казаться таким уж легким для женщины на седьмом месяце беременности, да еще и с двойней, она поворачивается всем телом и своими маленькими ручками упирается мне в грудь, пока я не падаю на спину. Прямо здесь, посреди нашей огромной кровати, я наблюдаю, как моя женщина оживает надо мной.

В последний месяц ее беременности мы были максимально консервативны. Чем больше девочки становятся, тем сложнее становится принимать любую позу. В основном все сводится к тому, что я беру ее сзади, стоя у кровати, чтобы не давить на девочек, или она скачет на мне верхом изо всех сил, хотя вес ее живота выводит ее из равновесия. Вы не услышите от меня жалоб. Я приму это так, как она захочет. За исключением одного способа, о котором она умоляла последние три недели.

Моя девушка хочет, чтобы я выебал её. Больше никаких медленных и мучительных занятий любовью. Только не для Мелиссы. Нет, она хочет, чтобы я трахнул ее жестко, и это пугает меня до смерти.

— Меня тошнит от того, что ты обращаешься со мной, как со стеклянной. Срочная новость, Грег Кейдж — я не собираюсь ломаться. Твой огромный член не ударит ребенка по голове, не оставит на нем шрамов на всю жизнь и не проделает дырку в голове. Но что твой член собирается сделать, так это войти в меня и жестко трахнуть!

Я смотрю на нее снизу вверх, когда она забирается на мое тело. Ее лицо раскраснелось, полные сиськи покачиваются в такт движениям, а великолепное тело созрело от беременности, когда она двигается по моему пульсирующему члену и грубо насаживается на него. Она запрокидывает голову, ее руки скользят по моим бедрам, а ее киска сжимается вокруг моей напряженной эрекции.

— Черт... — шиплю я, опуская руки на ее бедра, чтобы помочь ей выровнять движения. Она даже не замечает меня, ее тело использует мое для всего, чего она так жаждала.

Я наблюдаю, борясь со своим телом, чтобы не кончить мгновенно, когда она расслабляется и получает желаемое. Ее тело с легкостью овладевает мной. При каждом движении вниз она двигает бедрами, и я чувствую, как дрожат ее стенки. Вскоре я чувствую, как она вытекает и стекает по моим яйцам, ее движения становятся более прерывистыми. Ее дыхание учащается, а ритм сбивается. Я быстро перехватываю инициативу, чтобы она не переусердствовала.

Крепко держа ее за бедра, я начинаю двигать ими мощными толчками, о которых она так просила. Ее руки устремляются вперед, и она всем весом прижимается к моей груди, когда больше не может держаться на ногах без посторонней помощи. Ее пальцы сжимаются, а ногти впиваются в кожу, и мои яйца мгновенно начинают сжиматься от ослепляющего удовольствия, которое вызывает эта боль.

— Дай мне это. Дай мне почувствовать, как ты глубоко засасываешь мой член своей тугой киской. Давай же... дай мне это, красавица.

Она делает неглубокий вдох, ее глаза на секунду встречаются с моими, прежде чем она запрокидывает голову и кричит от удовольствия. Я прижимаю ее к своему члену, ее влага пропитывает меня, когда я извергаюсь глубоко в ее напряженном теле.

Я двигаю нас так, что мы оба лежим на боку, мой член все еще твердый и прижат к ее телу, и наслаждаюсь тем, как она приходит в себя после сильного оргазма.

Ее блестящие глаза с трудом фокусируются, рот слегка приоткрыт, а ее сиськи трутся о мое тело при каждом глубоком вдохе.