Чтение онлайн

И для нее жизнь не ценна потому, что не оправдывает ее эгоцентрических ожиданий.

Никакие констатациъСнесправедливости того или иного общества, так же, как и констатация факта социальной дискриминации женщины, не могут освободить человека (в этом случае женщину ) от ответственности хотя бы за свою личную судьбу, и за судьбы связанных с ним людей тоже. Ничто не может освободить взрослого человека от необходимости самому строить свою жизнь в любых условиях, я уж не говорю об индивидуальной ответственности за судьбу своего общества и индивидуальной •необходимости влиять на эту общечеловеческую судьбу.

«Крейцерова соната» не только разоблачает безнравственность отношения к женщине в ее обществе, не только обнажает безумие неодухотворенного, маскирующегося под человеческий, инфантильного эгоцентрического «эгоизма» того, кто еще не стал среди людей человеком, безумие обесценившего живые человеческие нужды, позирующего разума. «Крейцерова сопата», может быть и без всякого авторского умысла, констатирует жуткий, по-моему, факт совершенной инфантильности, человеческой недосформированности женщины современного ей общества, недосформированности тенденциозно этим обществом оберегаемой, поддерживаемой, непременно программируемой.

Факт этот обязан своим происхождением всей системе общественных отношений и не в последнюю очередь религиозному воспитанию в его наиболее примитивных формах, приучающих относиться к женщине (и женщину к себе) как к «рабе божьей» (и в обмен на покорную безынициативность ждать всегдашней опеки со стороны бога).

Трудно думать, что эта недосформированность почему-то необходима самой женщине (может быть, она помогает ей зачинать, вынашивать, рожать, выкармливать и растить своего детеныша, то есть осуществлять биологическую функцию ?).

Эгоцентризм всегда - следствие воспитания, освобождающего ребенка от забот о самом себе. Тогда, одобряя, поощряют пассивное ожидание опеки. Подменяя инициативу и активность ребенка своей инициативой и активностью воспитателей, берущих на себя все хлопоты о ребенке вместо него - подменяют его собой. Лишая одобрения, наказывают– лишением заботы, грозящим не умеющему теперь заботиться о себе ребенку потерей всего нужного ему. Единственной заботой так напуганного ребенка становится достижение одобрения, а для этого соблюдение предписанных взрослыми правил, обман, что правила соблюдены, оправдания, что их не возможно было соблюсти и объяснения, что невозможно по независящим от ребенка обстоятельствам... Наказание же при соблюдении правил воспринимается несправедливостью и вызывает «справедливый» протест.

Перенесение таких отношений во взрослую жизнь и есть эгоцентризм, когда все заботы направлены на достижение самоодобрения и одобрения, а не полезных для жизни результатов, и означает неприспособленность, несостоятельность и обиды на всеобщую несправедливость.

В настоящее время эгоцентризм остается невольно передаваемым по наследству уже не в осознанных действиях и словах, а самим способом жить, пережитком именно примитивно религиозного отношения, предполагающего наличие постоянной заботы о тебе свыше, наличие изначальной, надчеловеческой, абсолютной Справедливости, наличие бога как опекуна.

Вопрос о смысле как о том, что из проявлений жизни остается нетленным, вечным, в качестве исходной позиции предполагает пренебрежительное отношение к мгновениям, из которых слагается жизнь, и подразумевает убеждение, что только остающееся навсегда, вечное, имеет смысл — стоит труда, беспокойства, человеческих мук.

Эта позиция основывается на нравственных ценностях, являющихся производными жизни и жизни именно общественной, но оказывается крайней противоположностью выше описанному отношению, почитающему высшей ценностью саму жизнь, проживание конкретного мгновения этой жизни.

Заканчивая разбор исходных позиций, с которых ставится и решается вопрос о смысле жизни, и подытоживая разговор, изложу еще одну, которой придерживаюсь я сам. Собственно ею пронизан весь анализ.

Моя позиция зиждется на убеждении, что

• бытие — первично, а сознание, разум — вторичны. Что

• разум — следствие, проявление и слуга жизни. Что

• вещи, природа, жизнь, люди - мир - существуют не для чего-то, а - потому что существуют. Что

• истинным, поэтому, для всего существующего является выявление и осуществление самого себя. Что

• сохранение и развитие любой качественно определившейся системы осуществляется в силу внутреннего противоречия, в процессе реализации определяющих эту систему свойств и в столкновении с другими системами. Что

• роль разума по отношению к жизни - выявлять определяющие ее специфику, ее существование и развитие свойствас тем, чтобы, подчинив им человеческое поведение, способствовать, а не мешать жизни и самоутверждению человека как существа, чьей средой является общество* по отношению ко всему и вся, то есть служить выбору того, что служит жизни.

Следствием такой позиции оказывается вопросо смысле моей жизни как об основных качествах, свойствах, определяющих меня, КТО Я, а для этого - о сущности, специфике, основном определяющем качестве жизни.В этом смысл моего исследования.

Раз основным определяющим качеством жизни является активное самосохранение, саморазвитие и самовоспроизведение,то и смыслом жизни личности,обусловленной кроме биологических уже и общественными, исторически определенными условиями, оказывается самоактуализация и самореализация в настоящем и будущем человечества.

Иными словами, смыслом жизни для меня становится поиск, выявление и осуществление своего всеобщего(того, чем я похож на всех и вся) и индивидуальнейшего(того, чем я ото всех отличаюсь), определяющего мою неповторимость. Даже если последнего — самая малость, в ней все равно есть смысл.

Именно в таком самоосуществлении — моя свобода и мой долгперед собой и перед людьми, далекими и близкими. Именно так я могу максимально реализовать каждое свое мгновение и только так обретать свое место в материальном и духовном общечеловеческом будущем, свое бессмертие в историческом общественном бытии.

Потому, что ничто в бытии не проходит бесследно!

Так для меня в самой общей форме решается вопрос о смысле жизни.

Этим решением определяется отношение к себе, оно влияет на отношение к другому человеку, к обществу, к природе, к одушевленному и неодушевленному миру.

Им определяется отношение к своим и чужим поступкам, отношениям и целям. Им определяется мое понимание истины.

Истинно то, что способствует жизни.

Неистинно все, что жизни мешает.