Чтение онлайн

В нашем распоряжении имеется очень интересный документ из Архива Министерства иностранных дел Франции, озаглавленный «Замечания но поводу проекта договора, сообщенные английскими уполномоченными». [622] В нем перечислены поправки, предложенные английской стороной к первоначальному проекту договора, подготовленному французами. Его анализ позволяет выяснить, какие вопросы интересовали участников переговоров больше всего. Так, англичане прежде всего настаивали на том, чтобы колониальным губернаторам было запрещено помогать тем индейским племенам, которые воюют с одной или другой державой; они также выступали за то, чтобы торговым и промысловым кораблям обеих стран было запрещено проникать во владения соседа; кроме того, представители Якова II заявляли о необходимости пресечь практику выдачи официальных документов (патентов, хартий), которые давали бы «право» совершать враждебные действия по отношению к подданным и/или владениям другой державы. [623]

По ходу переговоров англичане также потребовали, во-первых, возмещения ущерба за корабли, конфискованные Клербо Бержье; во-вторых, разрешения для их судов запасаться водой и лесом на побережье французских владений; в-третьих, компенсации за товары, захваченные в 1682 г. в форте Нельсон; в-четвертых, предоставления им доступа к соляным копям на острове Сен-Кристофер; в-пятых, гарантий безопасности от французских каперов.

Барийон и Бонрепо стремились добиться, во-первых, того, чтобы английские корабли перестали торговать и ловить рыбу у берегов французских владений (прежде всего, Акадии); во-вторых, прекращения помощи со стороны английских колоний тем племенам, с которыми воюют французы; в-третьих, урегулирования вопросов, касающихся пушной торговли на берегах Гудзонова залива; в-четвертых, запрещения английским судовладельцам брать каперские патенты у держав, которые ведут войну с Францией; в-пятых, соблюдения и выполнения условий договора в Бреда (это касалось не только Североамериканского континента, но и Антильских островов).

Разрешить такое количество проблем было очень сложно (тем более что по ходу переговоров из колоний в Лондон поступали известия о новых конфликтах). Однако, используя гибкие и обтекаемые формулировки, дипломаты достаточно быстро подготовили текст Договора о нейтралитете, который был подписан 6/16 ноября 1686 г.

В этом документе говорилось, что короли Англии и Франции желают установить «мир, добрососедство и нейтралитет в Америке, дабы предотвратить, насколько это будет возможно, всякие раздоры и распри, которые могут зародиться между подданными одного и другого государя в этих странах». В соответствии с этим первая статья договора провозглашала мир «между английской нацией и французской нацией <… > как на море, так и на земле Северной и Южной Америки, на островах, в колониях, фортах и городах». Далее говорилось о том, что подданные двух держав не должны допускать несправедливостей и враждебных действий по отношению друг к другу. В статье IV оговаривалось, что «каждый из названных королей будет владеть и пользоваться всеми владениями, правами и прерогативами в морях, проливах или других водах Америки в тех пределах, которые принадлежат каждому королю по праву и тем же самым образом, как они пользуются ими в настоящее время».

Подданным обеих держав запрещалось торговать и ловить рыбу во владениях другой державы (статья V), однако в случае необходимости их корабли могли свободно заходить в чужие воды (статья VI). Запрещалось «оказывать любую помощь и поддержку дикарям людьми или товарами», если они воюют с одной из держав (статья X). Были также урегулированы вопросы, касавшиеся острова Сен-Кристофер и Каймановых островов (статьи IX и XVI). Статья XVII гласила, что «если между подданными двух Корон возникнут распри и разногласия, мир, установленный этим договором, не будет ни разорван, ни нарушен, но руководители этих колоний или их представители должны будут встретиться друг с другом и урегулировать эти конфликты». В том случае, если за год они смогут разрешить возникшее противоречие, дело должно быть передано на рассмотрение государей.

Самым важным в этом договоре было то, что, согласно статье XVIII, любой разрыв между Англией и Францией в Европе не должен был вести к конфликту в Америке, где подданные двух стран должны были оставаться в таком же положении, «как если бы подобного разрыва в Европе не произошло». В свою очередь, столкновение англичан и французов в Западном полушарии не являлось поводом для войны в Европе. В статье XIX было отмечено, что данный договор не отменяет договор в Бреда и не идет в разрез с его положениями. [624]

По мнению М. Сейвелла, Договор об американском нейтралитете представляет собой «наиболее яркое выражение Доктрины двух сфер», которая долго играла различные роли в международных отношениях, касающихся Америки. По его словам, «необходимость вынудила французское и английское правительство ясно признать Америку как сферу, формально свободную от европейской политики, сферу, которая, как они надеялись, будет также свободна от межколониальных столкновений». [625] С точкой зрения Сейвелла перекликается утверждение французского специалиста по истории международных отношений Г. Зеллера о том, что «это было воздействие просуществовавшего еще некоторое время старинного состояния духа, подразумевавшего, что жители колоний не должны вовлекаться в конфликты, которые могут произойти между метрополиями». [626]

На наш взгляд, значение договора состоит не только, да и не столько в этом. Он не снял противоречий между англичанами и французами на Североамериканском континенте (как и во всем Западном полушарии) и не ослабил имеющуюся напряженность. Меньше чем через три года после подписания Договора об американском нейтралитете колонии Лондона и Парижа оказались втянутыми в войну, которая началась между их метрополиями. Однако этот документ продемонстрировал, что Северная Америка (а подавляющее большинство статей договора относилось именно к этому континенту) превратилась в фактор, занимающий весьма значительное, хотя и особое место в отношениях Англии и Франции. Сам факт подготовки и заключения такого договора показал, что Лондон и Париж больше не могли просто игнорировать американские сюжеты, как они это делали раньше. Англо-французское соперничество в Западном полушарии вступало в новую фазу.

Как мы уже отметили, большого практического значения договор 1686 г. не имел. Во всех трех рассматривавшихся нами выше регионах во второй половине 80-х годов XVII в. продолжались конфликты между англичанами и французами, и везде наиболее остро стоял вопрос о границе.

Английские промысловые суда продолжали посещать Акадийское побережье, несмотря на то что в 1688 г. в колонию прибыл фрегат французского королевского флота «Фрипон», который начал нести патрульную службу у ее берегов и задержал несколько барок из Бостона. Последнее, кстати, вызвало протесты англичан, которые обратились с жалобой к лорду Престону, послу Якова II в Париже. [627]

Кроме того, во второй половине 1688 г. пираты из Массачусетса напали на факторию в Шедабукту, захватили находившееся там судно Компании для постоянной рыбной ловли и ограбили все склады, где, в частности, хранились запасы продовольствия, предназначенного для французских гарнизонов. [628] Убытки французов составили 12 тыс. ливров. Как писал в одном из своих отчетов губернатор Акадии А. де Фриш де Менваль, действия англичан свидетельствуют о том, что «они очень хотят получить Акадию». [629]

Менваль был прав. В Бостоне и Нью-Йорке все громче звучали призывы к захвату французских владений на севере. Это позволило бы английским колонистам стать единоличными собственниками богатейших рыбных промыслов у берегов Акадии, разом решить проблему спорных пограничных территорий и обезопасить себя от индейских племен Нью-Брансуика и северной части Мэна. Англичане серьезно опасались упоминавшегося нами выше Сен-Кастэна, присутствие которого среди абенаки было залогом того, что эти индейцы останутся союзниками французов. Несколько раз англичане пытались привлечь его на свою сторону. В 1686 г. Сен-Кастэну предложили принести присягу Якову II, намекнув, что в таком случае он легко может получить Пентагоэ с прилегающими территориями в качестве ленного владения. [630] Поскольку Сен-Кастэн отказал англичанам, они перешли от слов к делу. В конце 1686 г. агенты Донгана напали на его факторию и разграбили ее. На следующий год набег повторился. Когда англичанам стало известно, что Сен-Кастен с отрядом абенаки направился в Канаду, чтобы принять участие в походе против ирокезов, организованном Денонвилем, сам губернатор доминиона Новая Англия сэр Эдмунд Эндрос в апреле 1688 г. появился у Пентагоэ и лично руководил операцией по разрушению крошечной фактории непокорного барона. [631]

Эта акция имела результат, совершенно обратный тому, которого от нее ожидали. В ответ на это, в общем-то ничем не спровоцированное, нападение абенаки под руководством Сен-Кастэна вступили на тропу войны с англичанами.

Безусловно, разрушение Пентагоэ было лишь поводом, причины конфликта лежали глубже. На протяжении всех 1680-х годов отношения абенаки и англичан оставались достаточно напряженными, так как последние не выполняли условия договора 1678 г. (не присылали индейцам обещанного зерна, нарушали границы их охотничьих и рыболовных угодий и т.п.). Кроме того, в это время английские поселенцы вновь стали появляться на индейских землях. [632]