Чтение онлайн

Неужели Тумбель разработал?» — «Его холуи, разумеется — не он же сам… — усмехнулся Ирми. — А официальное название, так сказать, для внешнего мира — войтеромат. С ктивтимоном стыдно выйти к прогрессивному человечеству: ещё расшифруют и обнажат истинное мурло нашей демократии…» — иронически усмехнулся Ирми. — «А я бы его назвал, — раздался голос Рувика, — комбиномат. Не сомневаюсь, что там запрограммированы какие-то манипуляции, так что…» — «Ну, Рувик, ты снова со своими шуточками! Ты бы послушал, как грубо это слово звучит, тогда бы не шутил так… — недовольно заметил Ноам. — Мы же ещё не знаем, что это такое.

Так зачем сразу думать плохо и называть такими нехорошими словами! В принципе-то идея отличная — автоматизировать процесс голосования. Там глядишь, и вообще голосовать можно будет, не выходя из дома — на личном компьютере или на та-фоне…» Рувик пытался возразить, но тут Бенци сверкнул глазами и прикрикнул на него: «Реувен, прекрати! Я уж не говорю, что придуманное тобою слово звучит… э-э-э… не совсем прилично! Маму бы это очень огорчило…» Он искоса глянул на девочек, но тут же сердито уставился на Рувика.

Ренана отвернулась, еле сдерживая смех, и прошептала: «Ну, папа и выдал! Ну, и выдал!» Рувик густо покраснел и попытался вскочить с дивана, но Ирми силой удержал его на месте и зашептал ему в ухо: «Сиди и не рыпайся. Брат ничего плохого тебе не сказал и папа тоже…» После этого маленького семейного инцидента Ирми подытожил: «Теперь вы видите, как преуспели фанфаризаторы…» — «Фанфароны?..» — еле слышно откликнулась Ренана. Ирми глянул на неё, усмехнулся, чуть заметно подмигнул, после чего продолжил: «Мы явно отстали. О войтероматах знаем не больше, чем о них сообщает «Silonocool-News». Турнир прояснит ситуацию! Гиди и его ребята собрали ницафоны, наше дело — проверить их на местности, а вам, друзья, ещё и внести свою лепту в их усовершенствование! Поэтому, Бенци, нам повезло, что твои мальчишки тут оказались! — он снова со значением посмотрел на близнецов, переведя глаза на Бенци, на Ноама, помолчал и веско заключил: — Все понимают, какой секрет я рассказал?» Он встал, потянулся и спросил: «А что у нас с ужином, девочки? Папа кое-что принёс, только разогреть…» — «Сейчас…» — смущённо обронила Ренана и встала, Ширли поднялась следом.

Ирми с Ноамом и Бенци удалились на веранду, перекатили туда столик с компьютером.

Шмулик достал завёрнутый в большой шарф угав, подарок Ирми и Максима, пробормотав: «Это будет вернее!» Бенци наглухо задраил занавески на окнах и опустил трисы на веранде. Рувик остался один в салоне, грустно перебирая струны гитары и поглядывая то в сторону кухни, то в сторону веранды: он чувствовал себя не у дел.

Зазвучали уже знакомые девочкам тревожные пассажи угава Шмулика. Вдруг Рувик заметил, что свет начал гореть ярче. Бенци выглянул и окликнул Ренану: «Дочка, проверь, как там микрогаль, плитка и холодильник?» Ренана крикнула с кухни с удивлённым восторгом: «Папуля! Всё отлично!» За ужином Ирми обратился к Ренане: «А вы, девчата, пока подумайте над чехлами для инструментов. Поговорите с Рувиком и Шмулоном. Основная идея: чехол должен подходить и к гитаре, и к угаву и хорошо маскировать их. Нечто универсальное…» — «Мы подумаем…» — зардевшись, пообещала Ренана. Ширли исподлобья поглядывала на Ноама, задумчиво уставившегося в пространство. «Все вопросы — к музыкальной бригаде…» — ухмыльнулся Ирми, подмигнул близнецам и наклонился к Ноаму, что-то зашептал ему в ухо, тот то кивал, то качал головой. Потом поднял голову и застенчиво улыбнулся.

«Ширли, дай-ка мне твой та-фон, — в конце ужина попросил Ноам, взглянул на девушку и тут же отвёл глаза. — Я хочу загрузить в него элементы ницафона, но с виду он останется таким же, как был. Так… э-э-э… будет лучше… и тебе, и нам всем…» Ноам протянул руку, и девушка положила в неё свой аппарат, оба обменялись смущёнными улыбками. Ноам, как бы нечаянно, коснулся её запястья, и оба покраснели, мгновенно отведя друг от друга взоры. «Ты поняла, что сказал Ирми? — Ширли молча кивнула, нервно сглотнув, Ноам пояснил: — Такринатор — очень важный элемент ницафона, но у тебя… надо подумать, как его встроить…» Он тут же отошёл от Ширли, разглядывая аппарат, задумчиво вертя его в руках и что-то бормоча про себя.

Рувик, не глядя на старшего брата, украдкой поглядывал на девочку, его огромные глаза подозрительно заблестели. Шмулик, заметив его настроение, подсел к нему и начал что-то ему нашёптывать, тот сначала упрямо дёргал плечом, немного сник, потом заулыбался.

Бенци хитро улыбнулся, достал из сумки и, веером разложив на своих больших руках, показал Ренане и близнецам три та-фона. Они напоминали детские клавишные музыкальные инструменты. Корпуса двух аппаратов были густо-фиолетового оттенка, почти неотличимых друг от друга, корпус третьего напоминал шкуру фантастического фиолетового леопарда с тёмно-оранжевыми пятнами. Бенци улыбнулся и объявил: «Вот они, ваши ницафоны! Мы думали их вам дать сейчас же, но по ходу дела возникли новые идеи, и Шмулик нам поможет их реализовать. Поэтому вы их получите утром».

Ренана кинула взгляд на Ирми, улыбнулась и зарделась. Ирми озорно подмигнул ей:

«А сейчас мы вам покажем, как работать с такринатором — это несложно!» — Ирми снова ласково улыбнулся Ренане.

«Мы в Неве-Меирии уже начали загружать всем желающим в компьютеры специальные программы силонокулл-защиты. Конечно, тем, кто об этом просит, кого нам удалось убедить… Правда, пока таких немного, но… — объяснил Бенци. — Вчера туда завезли оборудование для установки воронок. Валяются по улицам прямо на тротуарах столбы и эти уродливые гроздья… Воронок в гроздьях явно больше, чем тут в Меирии, да и выглядят мощнее. Не понимаю, почему рав Давид, ваш дедушка, да и старики в посёлке ни за что не хотят верить ни в силонокулл, ни в то, что его пытаются у них насадить силой, а то и пиратски. Им сказали, что просто собираются установить новую аппаратуру оповещения — они и поверили: мол, это же власти сказали! Правда, рав Давид согласился каждый вечер проводить занятия хора мальчиков, но считает, что это к делу не относится!.. Он так и заявил, что это никак не связано с нашими, как он говорит, бредовыми идеями и паникой». — «А что с твоей секцией борьбы, Ирми? Ты её, наконец-то, зарегистрировал?» — вдруг спросил Ноам. — «Ага! Щас! — неожиданно зло выдохнул Ирми. — У кого, скажи на милость, я её мог зарегистрировать? Ты не знаешь, кто этой регистрацией ведает?

Мы с Максом давно поняли: Тумбель нам никогда не позволит открыть такую секцию, тем более — в Неве-Меирии! Фанфаризаторы считают, что силовая борьба — только для элитариев, а фиолетовым агрессивным фанатикам не положено!» — «Может, он где-то и прав… Драки вообще ничего не решают, тем более — между своими! А уж учиться этому в полулегальной секции… — по меньшей мере, некрасиво!» — «Это что, эти самые… Ширли, прости, пожалуйста… которые тебя избили тогда, а теперь тебя же и клеймят бандитом, свои?! Бандитом, более злостным, чем твоя сестра, которая всё-таки врезала… ладно… не надо об этом…» — «Вот именно, мальчики! Мы же решили, что ту историю больше не вспоминаем…» — сверкнул Бенци глазами, и все замолкли.

После продолжительной паузы Ноам вскинул голову и упрямо закончил: «Я всё-таки верю, что «Цлилей Рина» ещё восстановят… Когда их дурацкий силонокулл себя исчерпает… Ведь мы никого не трогаем, никому не угрожаем и не навязываем…

Должны же понимать!..» — «Негде её там уже восстанавливать — после Великой Реконструкции!.. Такой Парк загубили, разорили!.. Такие аллеи и Лужайки — во что превратили!.. — пробурчал Ирми, сердито глядя в сторону. — Там уже… э-э-э…

Они нашу Лужайку с самого начала поместили вовнутрь Зоны, и что там теперь — ещё увидим… или уже не увидим… А насчёт исчерпания, то… черпать устанешь…» «Хорошо… — не глядя на старшего сына, проговорил Бенци, и в его голосе послышалась лёгкая горечь. — Ребята, завтра получите новые аппараты, а сейчас, девочки, возвращайтесь в общежитие. Ирми вас подбросит…» — «А как мы получим?..» — растерянно прошептала Ширли. — «Утречком подвезём прямо в ульпену», — заверил их Бенци, делая Ирми знак. Тот встал и направился к выходу, девочки за ним.

Ширли беспомощно оглянулась в сторону Ноама, он, очевидно, почувствовал её взгляд, поднял голову и ободряюще улыбнулся. Ирми и девочки вышли.

«А вы, мальчики, — Бенци пристально посмотрел на близнецов: — поможете нам.

Шмулик, твоя помощь особенно понадобится!»

Ширли, наконец-то, дала себя уговорить (не без влияния Доронов и Ирми), и накануне Турнира Моти привёз её домой. Приняв ванну, она вышла к родителям на кухню, где мама хлопотала с ужином. Ширли спросила: «Мам, чем тебе помочь?» — «Да нет, доченька, сиди, сиди: ты у нас дорогая гостья… Всё уже почти готово…» — «А где братья?» — «Придут, как обычно, под утро… Они ж у нас дубоны!» Ширли потянулась и с блаженным видом произнесла: «Наконец-то, нормально ванну приняла!» — «А что? В Юд-Гимеле с этим проблемы?» — «Ага… С тех пор, как Меирия стала Юд-Гимелем, пошли перебои с водой, с электричеством. Никогда не знаешь, когда чего отключат». — «У них там, наверно, сети старые, вот и выходят из строя… Менять-то было недосуг. Деньги на другие вещи тратили…» — пробормотала Рути, старательно отводя глаза. — «Угу! — иронически обронила Ширли, — у них там, где ты родилась и выросла, между прочим… раньше, да и до недавнего времени, все сети работали, как часы. А как установили эти дурацкие воронки, как стали их подключать, так все сети сразу состарились и одряхлели.

Вот так вот — мгновенно! И ведь не говорят, когда им придёт в голову их врубить!

Ни порядка, ни системы…» — «Доченька, не надо, — сказал недовольно Моти, входя на кухню, — повторять чужие слова. Откуда вы знаете, что это связано с присоединением посёлка к Эрании и с подключением системы воронок?» — «Ребята знают…» — «Да откуда они-то знают! Предположения на пустом месте — и больше ничего! Адон Рошкатанкер заботится обо всём городе, и Юд-Гимелю, недавно ставшему частью Эрании, он обеспечивает то же обслуживание, что и всем остальным районам! Значит, руки не дошли! Видишь, сколько забот с этим Турниром! А какие гости на него к нам приедут!» — «Мы тоже догадываемся, что это связано с Турниром, вернее — с тем, что они замыслили после Турнира…» — тихо пробормотала Ширли. — «Только не надо повторять глупости о наших избранниках!