Отец жениха. Я испорчу тебя, Ангел
Шрифт:
— Мне нужен отдых! Я не привыкла к вашему темпу! Если будете настаивать — возьму больничный!
Он дергает меня к себе и рычит в лицо:
— Не пытайся продавить меня.
Его пальцы обжигают кожу даже через блузку. Взгляд убивает. Терзает с особой жестокостью.
Я сдаюсь моментально.
— Пожалуйста… — едва слышно шепчу. — Мне надо привести мысли в порядок.
Глаза в глаза. Строгая тишина. Только наше дыхание указывает, что мы живы. Его ровное, мое прерывистое.
Неожиданно мужчина отпускает.
— Жду тебя в понедельник на кухне.
Я не победила. Нет. Он лишь дал крохотную передышку.
За которой последует нечто безумное…
Мы идем со Стасом в кино. Обычным неспешным шагом, гуляя и разговаривая. Я воодушевлена и счастлива. Держу его за руку. Прижимаюсь к плечу.
Но вместо ответной ласки получаю лишь холод и раздражение.
— Какой попкорн ты хочешь? — спрашиваю я, находясь у кассы.
Он стоит в двух шагах, уткнувшись в телефон, и даже голову не поднимает.
— Стас?
— Бери какой хочешь, — говорит он, не отрывая глаз от экрана.
Я колеблюсь между ореховым и сырным. Всего на пару лишних секунд.
— Весь фильм пройдет, пока ты выберешь, — резко бросает он и, развернувшись, идет в зал один.
Я цепенею, сжимая карту так, что пальцы белеют. Девушка у кассы неловко отводит взгляд.
Остаток вечера проходит в тягостном молчании. Я не понимаю его грубости. И не желаю мириться первой.
Что я сделала не так?
В воскресенье я убегаю к Даше и делюсь своими переживаниями. Она говорит, что её бывший точно также сливал их отношения. У него появилась другая, а мою подругу он начал игнорировать. Чтобы она сама бросила его.
Я не могу… не хочу верить, что Стас изменяет. Ведь ещё месяц назад он говорил папе, что мечтает жениться на мне.
Однако Даша уговаривает немного последить за ним.
На следующее утро мы с Хисановым едем в машине. Я изучаю новые резюме на планшете, как вдруг мне приходит сообщение:
«Кристина! Извини, я работаю над другим проектом. Но вот Анна сейчас подыскивает что-то интересное. Обязательно напиши ей!».
Я тихонько поворачиваюсь к мужчине и говорю:
— Есть хореограф… очень талантливая женщина, преподавала у нас в школе.
— Ближе к делу, — цедит он.
У него мрачное настроение. Думаю, это связано с выходными. Он куда-то уезжал на два дня.
— Ей важна идея. Она не возьмется просто так.
Хисанов бросает взгляд на меня. Впервые за всё утро.
— Какая идея?
Я задерживаю дыхание и быстро лепечу:
— Почему вы хотите восстановить работу заведения? Может есть личная история? Или вы преследуете конкретную цель?
Он переводит глаза на лобовое стекло.
— Мне важны деньги.
Я закатываю глаза.
— Она не согласится.
— Тогда убеди её, — строго говорит мужчина. — Это твоя работа.
— Ладно, но мне нужно время.
Анна Гербер замечательный хореограф. Она вела дополнительные уроки в школе танцев. Я вспоминаю, как мы толпились у дверей класса. И замирали, стоило ей выйти на паркет.
Движения Анны были иными. Не просто техникой, а историей, рассказанной телом. Она всецело отдавалась танцам. Учила нас тому же.
Именно поэтому сейчас во мне бурлит ярость, что пульс скачет в висках.
Я сижу на кровати, вцепившись в планшет. Читаю письмо от ее секретаря:
«Анна Гербер вынуждена отказаться от сотрудничества. Характер и методы господина Хисанова ей чужды».
Но самое ужасное, что он связался с Анной единолично! За моей спиной!
— Я отойду, — говорю Стасу и вылетаю из комнаты.
— Возьми пиво, Крис, — орет мне вслед.
Закипаю сильнее. И это как раз то, что мне нужно. Я буду жестко наезжать на Хисанова. Никакой пощады! Размажу по стенке!
Ищу его долго. Нигде нет. Может куда-то ушел? Хотя вечером обычно находится дома.
И тогда замечаю длинный коридор на первом этаже. Он ведет к бассейну — тому самому, где однажды я увидела Хисанова с террасы нашей комнаты.
Я забегаю и громко выпаливаю:
— Ну что, довольны?! Проявили силу, но никто не оценил!
Мой голос разносится под высокими сводами.
Вода в бассейне вздымается, когда Хисанов завершает очередной гребок. Он резко останавливается и красиво отбрасывает мокрые волосы.
— О чем ты?
Я делаю пять уверенных шагов к бассейну.
— Анна Гербер отказалась с вами работать! Я же просила дать мне время!
Он подплывает к бортику и широко опирается локтями. Я замечаю напряженные мышцы. Капли воды медленно стекают, обрисовывая рельеф его тела. Похоже, он ходит в зал и тягает веса.
— Ты медлила, — строго заявляет он.
— Это вы всё испортили! Я хотела найти правильный подход!
— Не говори со мной с высока, — предупреждающе чеканит он.
— А я буду! — шиплю и топаю ногой. — Потому что теперь вы сами ищете хореографа! С меня довольно!
В его глазах загорается дикий огонь. Властный. Он хватает меня за щиколотку и опрокидывает в воду.
Мир переворачивается с ног на голову. Домашние шорты и топ мгновенно прилипают к телу.
Я начинаю барахтаться. Пузырьки воздуха убегают изо рта…
Но вдруг сильные руки обхватывают талию. Вытаскивают меня на поверхность.
— С ума сошли?! — кричу я, пытаюсь ударить его ладошками.
Он резко прижимает меня к бортику. Своим телом ограничивает пространство. Вода стекает по его лицу, капли задерживаются на ресницах.
— Ты сама напросилась.
Его голос звучит хрипло. Грудь поднимается и опускается в такт дыханию.
И что мне теперь делать…?
Глава 20
— Анна была хорошим кандидатом, — мой голос звучит сдавленно, но уверенно.
Я хочу переключить его внимание и тихонько вылезти. Никакая мольба с Хисановым не работает. Она только дразнит его. Нельзя позволять играть со мной. Я обещала быть тверже.