ЖАНРЫ

Отец жениха. Я испорчу тебя, Ангел
Шрифт:

Я несколько раз моргаю.

— Какая разница?

Хисанов опускает бокал на маленький столик. Звук стекла по дереву кажется невероятно громким.

— Разница в том, — он уничтожающе смотрит снизу вверх, — что ты будешь моей помощницей. А значит, должна выглядеть соответственно.

— Я не собираюсь переодеваться ради вас, — гневно бросаю.

Его губы раздраженно кривятся.

— О, нет, Ангел. Ты переоденешься.

В горле застревает распирающий ком. Сердце колотится так быстро, что заставляет чувствовать импульсы по всему телу.

У меня нет выбора! И работы теперь тоже. Я согласилась. Поздно отступать. В носу предательски свербит.

— Что вы хотите? — голос звучит слишком тихо и покорно.

— Блузка, юбка, туфли. Макияж.

— Что-то ещё? — шиплю сквозь зубы.

— Волосы собери… хотя нет. Оставь, как сейчас. Мне нравится.

Ненавижу! Ему доставляет удовольствие сидеть так и издеваться!

Как же хочется вцепиться ему в глотку и закричать. Громко и яростно. Так, чтобы он увидел весь гнев, который накопился с момента нашей встречи.

— Я не уверена, что у меня есть подходящая одежда, — сообщаю дрожащим от злости голосом.

Он рукой указывает на столик, где я замечаю банковскую карту. Даже поленился взять и протянуть.

— Купи всё необходимое.

— Я и сама могу!

Он выгибает бровь.

— На какие деньги?

— Мне выдали увольнительные.

Хисанов едко усмехается, качнув головой.

— Там, куда ты пойдешь — одна вещь стоит, как десять твоих увольнительных. Я не желаю, чтобы ты выглядела дешево! Считай это моим беспрекословным требованием! Таким же, как надевать белье.

Взгляд победителя. Опять застыдил меня.

— Что-то не устраивает, Ангел?

Злость летит по венам так быстро, что я не успеваю опомниться.

Два резких шага — и я ставлю ладони на подлокотники, ногтями впиваюсь в кожу кресла.

Склоняюсь к наглому лицу.

— Я не ваша кукла! Найдите себе девушку и наряжайте её! С бельем или без, как хотите!

Ледяные глаза опасно вспыхивают. Но меня уже ведет. Я не останавливаюсь, давлю ещё жестче.

— Или может у вас проблемы не только с поиском сотрудников! Но и с женщинами! С вашим ужасным характером все бегут! И продолжат бежать! Каждая! Раз за разом! Вы можете предложить лишь деньги! Ни заботы, ни понимания, ни тепла! Только много зеленых бумажек! Вот чего вы стоите!

Между нами вибрирует пространство. Душа отчаянно рвётся из груди, будто именно так её забирает сама смерть.

Пауза длится всего несколько секунд, и затем Хисанов взрывается.

Он крепко хватает меня за горло и сдавливает. Дыхание лишает.

— Я простил тебе оскорбление утром! Ничего не сказал! Думал, что ты всё поняла!

Цепляюсь за его руку, пытаюсь убрать. Хватка не ослабевает.

Яростно смотрит в мои глаза. Испепеляет, будто в него вселился дьявол.

— Но тебе плевать на уважение! Ты заносчивая, наглая девочка! Мне нужно научить тебя послушанию более жёсткими методами!

— Попробуйте! — шиплю в его лицо. — Давайте! Что сделаете?! Убьете меня?!

Он притягивает и впивается в мои губы. Жестко. Властно. Без права на отказ.

Язык вторгается с бешеной злостью. Выбивая из лёгких воздух. Заполняет мою глубину и хозяйничает. Касается десен, зубов и моего языка.

Чувствую привкус алкоголя и жар его самого.

Это не поцелуй. Нет. А проникновение в моё тело. Думаю, именно так он и занимается сексом. Агрессивно. Страстно. Берет своё, не отпускает. Заставляет подчиниться, лишая всякого стыда и рассудка.

Потому что именно его я теряю. Голова кружится. Ноги слабеют. Внизу живота растекается лава.

Он гортанно стонет в мой рот.

Глава 15

Я дергаюсь в попытке освободиться. Но его сильные руки контролируют моё тело.

— Ты обычная! — рычит Хисанов сквозь поцелуй. — Ничего особенного! А кем себя возомнила?!

— Стойте…

— Молчи! — затыкает он, и его рот вжимается с такой силой, что наши зубы ударяются.

Целует, словно клеймит меня. Губы пылают. По телу растекается жар, заполняя каждую клеточку.

Он буквально вынуждает хотеть. Его язык грубо задевает мой, и я инстинктивно пытаюсь уклониться. А он не отпускает.

Наоборот — закручивает поцелуй в ещё более дикий ритм. Вторжение превращается в сладкую пытку. И мой язык подчиняется.

Его вторая ладонь уверенно опускается на талию. Крепко сжимает. Толкает на себя. Почти заставляет сесть на его колени.

Никто и никогда не брал меня так грубо. Стас редко бывает…

Стас.

Имя вспыхивает в голове, как звук молнии.

В последней отчаянной попытке я замахиваюсь коленкой в пах.

Но Хисанов предугадывает. Его рука молниеносно хватает мою ногу, останавливая удар. Он разрывает поцелуй и швыряет меня на пол.

Я ударяюсь о жесткий паркет. Не сильно, но обидно.

— Ненавижу вас! — хрипло кричу.

Моё сердце бьётся как ненормальное. В груди ураган из ярости и жгучего стыда.

Он спокойно встает. Поправляет черный халат. И делает шаг вперед.

Ступнями касается моих ног. Во взгляде абсолютная непоколебимость.

Правда, Ангел?

— Да!

— Но твои губы молили о другом, — жестко заявляет он. — Тебе понравилось.

Я демонстративно вытираю рот тыльной стороной ладони.

— Это было ужасно! — гневно шиплю я и вскакиваю на ноги.

Пячусь назад, хотя он стоит на месте. Но я внутренне напряжена. Готовлюсь к новой атаке.

— Ложью будешь кормить мальчиков. Я знаю, когда женщина горит в моих руках.

Его глаза скользят по мне — неспешно и оценивающе. Будто видят сквозь одежду. Заходят дальше, куда страшно представить.

Я стискиваю кулаки, ногти впиваются в ладони. Щёки предательски вспыхивают. Нет! Я не хочу этого!

А тело горит.

Хисанов усмехается, видя моё состояние.

— Ты краснеешь… Скажешь, что не хочешь меня?

Это провал!

В голове лишь одна мысль — бежать. Сейчас. Немедленно!

Я резко устремляюсь к выходу, не дожидаясь его реакции. Ноги подкашиваются, дыхание сбито, но я не останавливаюсь.

Влетаю в соседний коридор, а затем в нашу комнату со Стасом. Громко захлопываю дверь и прислоняюсь. Откидываю голову назад.

Поделиться с друзьями: