Отец жениха. Я испорчу тебя, Ангел
Шрифт:
— Пройдите в мой кабинет. Вторая дверь справа. И учтите, здесь везде камеры, — твердо чеканит Хисанов.
— За кого вы меня принимаете? — усмехается он и отходит в указанном направлении.
Марк поворачивается ко мне. Его бешеные глаза быстро проходятся по одежде и останавливаются на моём лице.
Дыхание резко сбивается. Легкие горят.
— С тобой мы поговорим позже. Жди меня внизу.
— Но он хотел воды. Я сейчас принесу…
Хисанов внезапно наклоняется близко и рычит:
— Ты не слышишь моих приказов, Кристина?!
— Это просто вода.
— Я обязан повторять?! Делай, что говорю!
Мои пальцы впиваются в поручень.
Ненавижу! Терпеть не могу! Я понимаю его жену. Всё сходится. Невозможно любить чудовище!
Бросив такой же гневный взгляд, показывая своё отношение, я быстро иду вниз.
Он наблюдает. Чувствую это спиной, будто прицел.
— Почему вы не уходите?!
— Смотрю, чтобы ты нормально спустилась.
Резко поворачиваю голову и шиплю:
— Если вы заботитесь, то зачем постоянно кричите на меня?!
— Это не забота, — холодным тоном бросает. — Шевелись.
И вот не знаю почему, но по сердцу царапает. Глубоко, обидно. А не должно.
Я стою посреди бывшей сцены. Пустой и разобранной. Доски под ногами жалобно скрипят, будто тоже скучают по музыке и танцам.
Печально, что её больше нет. Сцена нравилась мне. Для выступления я ходила сюда на тренировки, когда Даша подвернула ногу.
Ещё не знала, кто хозяин заведения. Может, если бы мы встретились по-другому. Вместе со Стасом. Он бы представил меня как полагается. И всё было бы хорошо?
Я вижу, как Хисанов выпроваживает гостя — спешно, без церемоний. Тот уходит с мрачным лицом, хлопая дверью.
Складываю руки на груди в защитном жесте. Зубами прикусываю нижнюю губу.
Как бы мне хотелось тоже сейчас уйти. Быть свободной. Расправить крылья и улететь далеко-далеко.
Он возвращается и идёт ко мне. Уверенно ступая по доскам. Глазами скользит по моему лицу.
И когда становится ближе, поднимает руку. Я инстинктивно закрываю глаза, но чувствую только лёгкое касание к моим губам.
— Не надо… — тихо шепчу, но не отстраняюсь.
Глава 17
— Подожди, — твердым голосом велит Хисанов.
Кончиком пальца он скользит по нижней губе. Медленно и аккуратно, чуть оттягивая её.
Я представляю нас со стороны. Взрослый и крепкий мужчина трогает меня так, будто имеет полное право. Его взгляд лишен спокойствия. Какое присуще отцам жениха.
Хисанов примеряет меня на роль его женщины. Поэтому любое его действие — опасно.
— Это из-за меня? — холодно спрашивает он.
Дрожь катится по телу. От страха. Волнения. Или желания…?
Он отпускает мою губу. Но я всё ещё чувствую там покалывание.
Я открываю глаза. Хисанов размазывает каплю крови между пальцами. Вот это накусала!
— Ангел… Я сделал тебе больно?
В груди мелко дрожит. Его вопрос о нашем поцелуе, что был вчера.
Точнее, о жесткой и безумной страсти. Которую он обрушил на меня.
— Нет… — шепотом говорю. — Я сама.
— Как это получилось? — жестко уточняет.
Цепко осматривает моё лицо. Ищет другие следы. Засосы? Думает, сегодня я была со Стасом? Интересно. А может солгать ему? Подтвердить его мысли.
Но я боюсь, ему это ужасно не понравится.
— Я волновалась, — тихо отвечаю.
Хисанов прищуривается, испытывая меня.
— О чем ты болтала с тем?
Поворотом головы он указывает на дверь, за которой скрылся незнакомец.
— Лучше дословно.
— А вы решили полностью контролировать меня? — злюсь я и взмахиваю руками. — В трудовом договоре это есть?! Или вы нарушаете полномочия?! Я хочу тщательно изучить все пункты!
Желваки играют на скулах Хисанова. В глазах бушует недовольство.
— Изучишь в моём кабинете. Я задал вопрос — ты отвечаешь! Без истерик! Это напрямую касается тебя.
— Как же?
— Это был Роман Климов. Адвокат тех гостей, что опоили тебя, — жёстко бросает Хисанов.
Я чуть отступаю. Дыхание застревает в легких. Неприятно царапает грудь.
А с виду мужчина выглядел очень доброжелательно.
— Что он хотел? — спешно бормочу.
— Публичных извинений. На следующем выступлении. От меня и тебя. А также возмещения морального вреда в размере миллиона.
Моя челюсть падает. Ярость закипает в крови, разливаясь жгучими волнами.
Они заставляли меня глотать шампанское! Подсыпали афродизиак! Начали лапать! Угрожать! И Бог знает, что случилось бы, если не Хисанов!
— Вот же су…! — я резко обрываю голос.
Он лишь усмехается. Во взгляде читается одобрение.
— Закончи.
Его уверенный кивок срывает мои предохранители.
— Суки! Да как они смеют?! — гневно кричу я. — Ненавижу! А ничего другого они не хотят?!
— Вероятно. О последствиях мы скоро узнаем.
Его тон безмятежен, но в нем звучит сталь.
Я вновь прихватываю губы. Хисанов не тот человек, который даст слабину. Он зверь. Чудовище. Это остальным нужно бояться.
Теперь я знаю, почему он был жесток с незнакомцем. И даже поддерживаю.
— Что вы ответили?
— Я сказал, что он может катиться обратно. Извиняться будут его господа. Чистосердечно. А если Климов ещё раз тронет тебя, то поплатится.
— Хорошо. Только зря вы… насчет меня, — быстро добавляю. — Он может посчитать это как угрозу.
— Не волнуйся, Ангел, — спокойно заявляет Хисанов. — Ты под моей защитой. Несмотря на наши разногласия.
Ох, вот как…?
— Главное, что ты ничего лишнего не сказала Климову. Да?
Лихорадочно прокручиваю в голове наш разговор. Вроде нет! Почти уверена. Он больше мной интересовался.
Я киваю головой.
— Отлично, — мужчина вытягивает руку. — Идём.
После секундного колебания я осторожно вкладываю свою ладонь. Его пальцы сжимаются вокруг моих — теплые, сильные и надежные.