Чтение онлайн

— Интересный молодой человкъ! — замтилъ Филиппъ.

— Вы полагаете? — сказала Мэри. — У него была страсть въ сцен. Поэтому отецъ мой такъ ненавидлъ театръ. Но дяд очень скоро надола сцена — можетъ быть, и со мной будетъ то же самое. Въ девятнадцать лтъ онъ игралъ роли стариковъ, былъ знаменитъ въ Истъ-Энд и, какъ говорятъ, подавалъ большія надежды. Однажды, во время представленія, онъ закололъ одного актера на сцен. Предполагалось, что это былъ несчастный случай, но, судя по нкоторымъ даннымъ, случайность тутъ была ни при чемъ. Ну, да все это происходило тридцать лтъ тому назадъ. Онъ ухалъ въ Америку съ женой, черезъ нкоторое время бросилъ ее, а потомъ снова сошелся, когда она получила наслдство. Посл того она умерла — и опять-таки есть предположеніе, что онъ ее убилъ. Объ этомъ поднятъ былъ шумъ въ газетахъ. Дяд пришлось исчезнуть — и онъ исчезъ. Посл того онъ странствовалъ по всему свту, участвовалъ въ революціи въ Уругва, имлъ циркъ къ Іокогам. Отецъ рдко слышалъ о немъ, но онъ всегда зналъ, гд находится отецъ, и часто обращался въ нему съ денежными просьбами. Отецъ ему давалъ деньги, хотя, быть можетъ, и не слдовало этого длать. Отецъ былъ, кажется, привязанъ къ нему и нсколько боялся его.

— Это тотъ братъ, который упоминался на судебномъ слдствіи?

— Да; у отца былъ только одинъ братъ.

— Такъ онъ, значитъ, въ Лондон?

— Да, боюсь, что онъ здсь… Я его никогда въ жизни не видла, но получила недли три тому назадъ странное письмо отъ него. Изъ-за этого письма я перехала сюда. Вотъ оно; судите сами.

Она остановилась, медленно вынула письмо изъ кармана пальто, и вотъ что Филиппъ прочелъ въ немъ;

«Дорогая Мэри, это теб пишетъ твой старый дядя Вальтеръ, про котораго ты, вроятно, слыхала. Отецъ твой глупецъ, и хорошо бы, если бы ты его образумила. Не то ему будетъ худо. Онъ сталъ упрямъ подъ старость. Онъ оставилъ свое дло и затялъ самую прибыльную денежную аферу, о какой я когда-либо слышалъ. Самъ онъ съ нею не справится. Я могъ бы помочь ему боле чмъ кто-либо, но онъ не хочетъ. Я писалъ ему, что голодаю, а онъ прислалъ двадцать фунтовъ. Не въ двадцати фунтахъ тутъ дло, а въ двадцати тысячахъ и больше. Я прошу только половину доходовъ, — и это справедливо, потому что всю работу я беру на себя. Онъ бы по глупости только испортилъ все. Я и не зналъ до сихъ поръ, до чего онъ упрямъ. Но теперь онъ долженъ уступить. Я вдь человкъ прямодушный, это — мое главное качество. Ты, говорятъ, въ ссор съ отцомъ? Совтую теб помириться съ нимъ и объяснить ему, что я предлагаю ему дло серьезное — и что не слдуетъ выводить меня изъ терпнія. Не то будетъ плохо. Онъ, видно, забылъ, каковъ у меня нравъ. Скажи ему, что если онъ не приметъ мое предложеніе, то ужъ я постараюсь, чтобы онъ ни гроша пользы для себя не получилъ. Скажи ему это. — Твой любящій дядя Вальтеръ Поликсфенъ».

«Р.-S. Твой отецъ теперь живетъ — или скоро будетъ жить въ Угловомъ Дом въ Стрэнджъ-Стритъ, Кингсуэ».

Филиппъ сложилъ снова письмо и, передавая его обратно Мэри, — сказалъ:

— Вы, конечно, испугались его угрозы?

— Конечно. Я ршила повидаться съ отцомъ и написала ему письмо — но, вмсто отвта, я получила мое письмо обратно не открытымъ, но разорваннымъ и положеннымъ въ конвертъ. Посл того я получила телеграмму отъ дяди, приблизительно такого содержанія: «Торопись, отецъ твой въ Угловомъ Дом». Тогда я ршила поселиться здсь вотъ въ этомъ вид. Предупредить полицію я не имла достаточнаго основанія, но все-таки была очень встревожена. Отецъ понятія не имлъ о томъ, кто я.

У меня не было никакого плана дйствія. Я слдила за отцомъ, который показался мн очень измнившимся и постарвшимъ, слдила за всми его движеніями, ждала какого-нибудь счастливаго случая, который бы все измнилъ, — и вотъ чмъ все кончилось.

Она закрыла лицо руками и помолчала.

— Вы можете представить себ, что я перетерпла, узнавъ въ среду утромъ объ убійств отца. И нужно было не выдать себя, длать видъ, что я интересуюсь убійствомъ только изъ любопытства. У меня не было никакихъ предположеній. Я за послднее время не замтила ничего подозрительнаго — иначе бы предупредила отца, и онъ ухалъ бы.

— Бдная! Сколько вы выстрадали! — взволнованно воскликнулъ Филиппъ. — А я-то еще ворвался къ вамъ ночью. Какимъ вы сочли меня, вроятно, назойливымъ!

— Напротивъ того, — сказала Мэри съ грустной улыбкой:- я удивлялась вашей деликатности и вашему участію, не понимая его.

— Скажите, — спросилъ Филиппъ, — вы не замтили, что вашъ отецъ ухаживалъ за м-ссъ Оппотери?

— Нтъ. — И на слдствіи меня боле всего удивило именно показаніе м-ссъ Оппотери.

— М-ссъ Оппотери — медленно произнесъ Филиппъ — несомннно причастна къ убійству. Отпечатки пальцевъ — ея, и это для меня самое убдительное доказательство. Она вообще очень подозрительная особа. Вчера она представилась, что ей дурно, и въ это время выкрала два банковыхъ билета изъ моего кармана и замнила ихъ другими. И странно, — мн въ голову не приходило подозрвать ее, пока вы не показали, что это отпечатокъ не вашихъ пальцевъ.

— Я слдила за м-ссъ Оппотери два дня и пришла къ убжденію — я васъ сейчасъ очень поражу — что это дядя Вальтеръ.

— Что за фантазія!

— Это онъ — могу васъ уврить. Я была на похоронахъ моего бднаго отца, и тамъ была м-ссъ Оппотери — только она одна и была, кром меня, изъ жильцовъ нашего дома. Мн показалось, что она съ какимъ-то особеннымъ удовольствіемъ разыгрываетъ комедію печали. И въ ея походк я открыла странное сходство съ походкой моего отца. Я тогда поняла, что это — дядя Вальтеръ.

Мэри поднялась съ мста. Она была страшно взволнована.

— Только онъ одинъ могъ задумать и выполнить до конца такое преступленіе! — воскликнула она. — Все его показаніе было выдумано съ начала до конца. При его любви въ актерству, ему пріятно было представиться женщиной и даже невстой человка, котораго онъ убилъ, и сочинять небылицы о таинственныхъ незнакомцахъ и русскихъ тайныхъ обществахъ.

— Если то, что вы говорите, правда, — отвтилъ Филнопъ, — то Вальтеръ Поликсфенъ — геніальный преступникъ. Мы скоро это узнаемъ.

— Что же мы теперь сдлаемъ?

— Я пойду въ комнату м-ссъ Оппотери. Она — или онъ — вернулся какъ разъ передъ вами.

— Васъ я съ собой не возьму, — сказалъ Филиппъ властнымъ тономъ, такъ какъ боялся подвергать ее опасности. Мэри Поликсфенъ, привыкшая къ преклоненію и повиновенію своихъ поклонниковъ, была поражена этимъ покровительственно-авторитетнымъ тономъ старшаго брата, какимъ съ ней заговорилъ Филиппъ. Но ей это покровительство казалось пріятнымъ, и она повиновалась.

— Но я могу пройти наверхъ въ мою комнату и слушать, стоя у лстницы? — спросила она.

Противъ этого Филиппъ ничего не могъ возразить, и они поднялись вмст, причемъ Филиппъ прошелъ мимо толпившихся въ передней полицейскихъ и репортеровъ, не удостаивая ихъ взглядомъ. Сдланное имъ важное открытіе наполняло его гордостью. Но еще боле волновало его другое чувство. Поднимаясь по лстниц рядомъ съ мнимымъ Мередитомъ и зная, кто онъ, Филиппъ чувствовалъ глубокую радость. Весь міръ казался ему прекраснымъ. На земл точно не было печали, — вся жизнь превратилась въ любовь и радость. Все прежнее казалось пустымъ, ничтожнымъ. Онъ въ первый разъ въ жизни полюбилъ.

Конечно, смерть капитана была трагична, а печаль Мэри велика; ему слдовало бы тоже поэтому быть печальнымъ. Но, глядя на нее въ ея нелпомъ мужскомъ плать, съ нарисованнымъ шрамомъ, онъ чувствовалъ таинственную силу ея чаръ, и его захватывало счастье. Она еще свободна… Будущее, предстаилось ему въ самыхъ радужныхъ краскахъ.

— Что вы теперь намрены длать? — спросила Мэри.

— Это зависитъ отъ обстоятельствъ. Я буду руководствоваться тмъ, что скажетъ м-ссъ Оппотери. Къ счастью, внизу есть полицейскій. Общаю вамъ одно — что м-ссъ Оппотери не выйдетъ отсюда.

— Есть у васъ револьверъ?

— Револьверъ? Зачмъ?

— На всякій случай я дамъ вамъ мой, — сказала Мэри. Она быстро вошла въ свою комнату и вышла оттуда съ револьверомъ въ рукахъ. — Вотъ вамъ, — сказала она, — онъ заряженъ.

Онъ поблагодарилъ и сунулъ револьверъ въ карманъ; подойдя къ двери м-ссъ Оппотери, онъ постучалъ, но не получилъ отвта.

Мэри слдила за Филиппомъ, стоя у своей двери. Филиппъ сталъ стучать громче, но, не получая отвта, ршилъ войти; онъ толкнулъ дверь — комната была пуста. Онъ зажегъ электричество, оглянулся и вдругъ услышалъ за собой легкій шумъ. Быстро обернувшись, онъ увидлъ Мэри. Она была очень блдна.