Чтение онлайн

— Не знаю.

— На какомъ судн онъ былъ капитаномъ?

— Не знаю.

— Онъ оставилъ службу?

— Кажется.

— Что вы можете сказать о его образ жизни?

— Онъ былъ боленъ около недли и выходилъ изъ комнаты только къ завтраку и обду.

— Онъ казался вамъ человкомъ неимущимъ?

— Я полагалъ, что онъ, какъ большинство моихъ пансіонеровъ, въ стсненныхъ обстоятельствахъ, но не нищій.

— Онъ былъ разговорчивъ?

— Нтъ.

— Никогда съ вами не бесдовалъ?

— Никогда. Говорилъ только о погод — и всегда точно опредлялъ направленіе втра.

— За столомъ онъ не разговаривалъ?

— Очень мало.

— Были у него друзья, знакомые?

— Никого, кром негра, по имени Коко, который иногда навщалъ его.

— Онъ проходилъ прямо въ комнату капитана?

— Да.

— Вы не знаете, вернулся ли капитанъ недавно изъ путешествія?

— Не знаю.

— Когда вы видли его въ послдній разъ?

— Во вторникъ вечеромъ, часовъ въ восемь.

Тутъ м-ръ Гильгэ заплакалъ.

— Гд?

— Онъ пришелъ домой и поднялся къ себ наверхъ. Его комната была въ первомъ этаж.

— Вы говорили, что онъ не выходилъ недлю изъ дому.

— Въ этотъ день онъ въ первый разъ вышелъ. Онъ выходилъ два раза. Разъ днемъ и во второй разъ вечеромъ.

— Откуда вы энаете?

— Я видлъ его оба раза.

— Гд же вы находились?

— Въ моемъ бюро, налво отъ передней. Дверь въ бюро стеклянная, и, сидя за моимъ письменнымъ столомъ, я вижу всякаго, кто входитъ и выходитъ.

— Какъ долго былъ онъ въ отсутствіи во второй разъ?

— Около получаса.

— Вы видли, когда онъ ушелъ?

— Да. Я вошелъ въ бюро посл обда, около семи часовъ, и оставался тамъ, выходя только иногда въ переднюю, до четырехъ часовъ утра въ среду.

— Новые жильцы къ вамъ въ этотъ день не прізжали?

— Нтъ. Вс комнаты были заняты.

— А прежніе жильцы провели этотъ день, какъ обыкновенно?

— Вполн.

— Кто выходилъ изъ дому посл того, какъ капитанъ Поликсфенъ вернулся въ восемь часовъ?

— Никто.

— Подумайте хорошенько, м-ръ Гильгэ. Вы сказали намъ, что никто не могъ выйти изъ дому такъ, чтобы вы его не видли, и что посл того, какъ капитанъ вернулся, никто не уходилъ. Значитъ, онъ былъ у себя въ комнат съ восьми часовъ вечера — а между тмъ рано утромъ на слдующій день трупъ его былъ найденъ зарытымъ на Кингсуе. Какъ вы это объясняете?

— Я не могу никакъ этого объяснить.

— Или онъ былъ убитъ въ вашемъ дом…

— Это невозможно, сэръ. Невозможно!

— Нтъ ничего невозможнаго, — возразилъ судья. — Или онъ былъ убитъ у васъ въ дом и его тло вынесли, или онъ вышелъ изъ дома и былъ убитъ на улиц. Вы полагаете, что никто не могъ пробраться мимо двери вашего бюро незамченнымъ вами?

— Не думаю, чтобы это было возможно.

— Гд расположена лстница?

— Она начинается какъ разъ у дверей бюро въ передней.

— А другой лстницы нтъ въ дом?

— Есть еще лстница чернаго хода, по которой ходитъ только прислуга.

— А, вотъ что! Есть еще черный ходъ. Сколько у васъ человкъ прислуги?

— Пять мальчиковъ и дв кухарки.

— Куда ведетъ вторая лстница?

— Въ кухню и на дворъ.

— А со двора есть выходъ?

Въ эту минуту одинъ изъ полицейскихъ зажегъ газъ.

— Да, — отвтилъ м-ръ Гильге, щурясь отъ неожиданнаго свта. — Оттуда есть выходъ въ переулокъ. На ночь дверь со двора запирается на засовъ.

— Въ которомъ часу?

— Посл обда — въ семь часовъ.

— Запирается изнутри?

— Да.

— Такъ что изнутри всякій могъ бы ее открыть?

— Да.

— Можно спуститься съ этой лстницы и выйти, не проходя черезъ кухню?

— Да.

— Въ которомъ часу тушатъ свтъ на черной лстниц?

— Около одиннадцати часовъ.

— Переулокъ ведетъ въ Стрэнджъ-Стритъ подъ прямымъ угломъ, и вашъ домъ угловой, — не такъ ли?

— Да.

— Гд расположена была комната капитана?

— Окно его выходитъ въ переулокъ.

— Кто занималъ комнату рядомъ съ нимъ?

— Одна вдова, м-ссъ Оппотери.

— Она здсь?

— Нтъ. Она больна и лежитъ въ постели.

— А съ другой стороны?

— Съ другой стороны комнаты идетъ вншняя стна.

— Значитъ, дверь комнаты капитана ближе къ черному ходу, чмъ къ лстниц, ведущей внизъ въ переднюю.

М-ръ Гильгэ подумалъ.

— Да. Она ближе въ черному ходу.

— Вы теперь, значитъ, соглашаетесь, что, въ конц концовъ, капитанъ могъ уйти, или его трупъ могли унести изъ дома въ теченіе вечера безъ вашего вдома?

— Да-а, — протянулъ м-ръ Гильгэ. — Но мои пансіонеры никогда не ходятъ по черному ходу.

— Конечно, — насмшливо сказалъ судья. — Но такъ какъ онъ, вроятно, не выскочилъ изъ окна…

— То, значитъ, сошелъ по черному ходу посл того, какъ прислуга ушла спать.

— Но зачмъ бы онъ это сдлалъ?

— Не могу себ представить. Никакой причины для этого не было. Онъ былъ человкъ безупречнаго поведенія.

— Такъ что боле вроятно, что его вынесли?

— Я не могу допустить, что въ моемъ дом могло быть совершено злодяніе!

— Сколько у васъ жильцовъ?

— Около шестидесяти.

— Вы заручаетесь удостовреніемъ ихъ порядочности?

— Я полагаюсь на мое собственное сужденіе.

Судья презрительно сжалъ губы; затмъ онъ быстро повернулся въ присяжнымъ.

— Хотите предложить какіе-нибудь вопросы?

Старшина присяжныхъ, готовъ былъ бы заплатить гинею за то, чтобы выдумать какой-нибудь хитрый вопросъ, которымъ бы онъ смутилъ свидтеля. Но ему ничего не приходило въ голову, и м-ръ Гильгэ вернулся на свое мсто въ зал, внутренно удивляясь, почему съ благодтелемъ человчества обращаются какъ съ человкомъ, заподозрднымъ въ преступленіи.

Судья сталъ снова смотрть на олеографію на стн, и въ это время полицейскій ввелъ на свидтельское мсто стараго негра, одтаго въ широкій суконный пиджакъ, съ краснымъ галстукомъ на ше. Онъ былъ видимо очень взволнованъ и на главахъ у него выступали слезы.

— Ваше имя? — началъ судья.

— Мое имя, судья? Мое имя Марсъ Коко, сэръ.

— Ну, а настоящее имя?

— Мое имя Марсъ Коко, сэръ. Меня звали Марсъ Коко еще когда я былъ поваромъ въ «Ледяномъ Дом».

— Въ «Ледяномъ Дом»?