Чтение онлайн

Аня не знала, что сказать. Она просто обняла крепче, прижавшись губами к черному сердцу на его груди.

— Я ее предал. Оставил одну, а должен был…

— Ты дрался за нее, — перебила она. — Ты пытался.

— Мало.

Она подняла глаза и увидела в его взгляде ту боль, что копилась и росла там все двадцать пять лет.

— А он? — спросила Аня тихо. — Что случилось с ним?

Александр медленно улыбнулся — без радости, без света.

— Я наводил справки. Через мать, Ингвара и Варшавского. У них были связи. Гошан сел за разбой почти сразу, как закончил путягу. И тогда я попросил через своих людей шепнуть на зоне, что с ними в камере педофил.

Аня охнула, а мужчина выдержал паузу, прежде чем продолжить:

— Пусть не своими руками, но я убил подонка. Но это уже никого не спасло.

Вода в джакузи внезапно перестала булькать, как будто затаив дыхание. Аня почувствовала, как по ее спине пробежали мурашки.

— А четвертый? — спросила она, едва слышно, вспоминая старый снимок. Девочка со стертым лицом, трое парней с перечеркнутыми и еще один, обведенный силуэт, продавленный, как не пишущей ручкой рядом с Лидией Шуваловой. — Кто он?

Глаза Алекса стали стеклянными, неподвижными.

— Женька Ефимов. Он исчез. Как сквозь землю провалился. Ни следов, ни слухов. Будто и не существовал никогда. Иногда мне кажется… — голос стал еще более низким, интимным, — что он где-то рядом. Живет. Дышит. Вспоминает меня.

Шувалов резко повернулся, брызги полетели на кафель. Его лицо теперь было так близко, что Аня видела каждый покрасневший капилляр в усталых глазах.

— Ты его искал?

— Всю жизнь. Но, видимо, некоторые призраки прошлого должны оставаться во мраке. В конце концов, он просто держал веревку, невелико преступление, да? — Алекс привычным жестом потер шрам на запястье. Аня протянула ладонь, сплетая их пальцы — его, напряженные, со шрамами то ли от аварии, то ли следами той страшной ночи, ее — тонкие, почти прозрачные на контрасте. Два разных мира. Одна на двоих тьма.

— А если… — она осторожно подбирала слова, чтобы опять не сболтнуть лишнего, — если я помогу тебе найти его?

— Тогда, княгиня, — глаза Шувалова опасно вспыхнули, он наклонился, и губы коснулись ее шеи чуть ниже уха, — ты действительно станешь моей соучастницей. Но я что-то не помню в твоем резюме навыков сыска.

— Я могла бы попробовать представить, как он выглядит сейчас. Знаешь ли, у художников несколько иной взгляд на лица… — Аня не успела продолжить. Мужчина рассмеялся, а затем резко сменил положение, подминая ее под себя, оказываясь сверху и плотоядно облизываясь.

— Знаешь, о чем я подумал? — Голос обволакивал, как теплое покрывало. Алекс склонился ниже, губы коснулись мочки уха, обжигая влажным шепотом: — Мы ведь еще ни разу не занимались сексом в постели.

Орлова замерла. После всей боли, исповеди, слез — такой резкий поворот застал ее врасплох.

— На полу, на диване, на столе, в ванной… — его пальцы скользнули по ее влажной груди, обрисовывая отзывчиво встопорщившиеся соски, — Но ни разу, как положено нормальным людям.

Аня фыркнула несмотря на еще стоящий ком в горле:

— Темный лорд озаботился нормальностью?

— Нет. — Александр ухмыльнулся по-мальчишески шаловливо.— Но я озаботился твоей попой. Кафель — не лучшая поверхность для нежных мест, да и знаешь ли, захотелось разнообразия. В джакузи у нас уже было…

Аня неожиданно звонко рассмеялась, осознавая: он делает это нарочно. Переворачивает момент, вытаскивая ее и себя из бездны, в которую они только что заглянули.

— Как насчет попробовать что-то новое? — Алекс поднял ее на руки, и вода хлынула с тел на пол, когда он шагнул из джакузи.

— Ты же все равно не будешь вести себя «как положено», да? — Аня обвила его шею, чувствуя, как внутри пузырится легкий, слегка безумный смех.

— Обещать не буду. Но кровать у меня отличная. Ортопедический матрас. Шелковые простыни.

— Это решающий аргумент, — хихикнула девушка, прижимаясь к груди, где ровно билось живое сердце.

В спальне пахло морем, сандаловым парфюмом и лесом, точно здесь дом вобрал в себя все стихии. Алекс опустил девушку на кровать, и шелк показался невероятно мягким под обнаженной кожей.

— Ну что, княгиня, — губы коснулись выемки между ключиц, — теперь мы почти нормальные.

— Ужасно скучно, — прошептала Анна, выгибаясь навстречу искусным поцелуям. В этот раз Александр не торопился, смакуя ее тело, как изысканное блюдо, лаская, как бесценную находку. Когда он вошел, это было непривычно медленно — словно впервые. Как будто они и правда только, что встретились. Шелк шелестел под телами, когда он вгонял себя глубже, с каждым движением сбрасывая еще один слой брони, что ковалась двадцать пять лет.

— Саша… — сорвалось с губ, когда волна наслаждения накрыла Анну с головой. Алекс поймал свое имя затяжным поцелуем, продолжая двигаться в неспешном ритме, сводящем с ума сильнее грубой силы.

— Еще… — простонала девушка, ловя следующую волну удовольствия и наслаждаясь покорностью впервые поддавшегося ей мужчины.

— Да! — сорвалась уже криком, когда его ладонь скользнула между их тех, добавляя ласки набухшему клитору. И тогда Александр ускорился, прижимая ее руку к своей груди — прямо над черным сердцем. И Аня почувствовала, как оно бьется в унисон с ее собственным — не бешено от страха или ярости, а ровно и сильно. Как у человека, который вспомнил, что значит — просто жить.

* * *

Лучи солнца пробивались сквозь мансардные окна, окрашивая спальню в золотистые тона. Аня потянулась, но место рядом было пустым — лишь теплый след на шелковых простынях и едва уловимый запах сандала напоминали о ночи.

Из гардеробной доносились мягкие шаги. Она приподнялась на локтях, натягивая на голые плечи одеяло, и увидела Алекса, одетого в строгий костюм, застегивающего часы на запястье.

— Ты не должен был меня разбудить? — прошептала голосом еще хриплым ото сна.

Мужчина тепло улыбнулся, присаживаясь на край постели.

— Будить тебя — преступление. — Он протянул ей аккуратно сложенную белоснежную рубашку с вышитыми черным инициалами на манжете: А. А. — ту самую, которую она уговорила снять в их первую ночь.

— Александр Александрович? — ухмыльнулась, расшифровывая заглавные буквы. — Как самовлюбленно.

Шувалов покачал головой, ласково поправляя ее растрепанные волосы.

— Александр Архангельский, — поясняя на Анино удивление, добавил, — это фамилия моих настоящих родителей. Когда вернусь — расскажу.