Чтение онлайн

— Тогда я одна пойду, дед Михалыч.

Она развернулась и направилась к дому, на ходу затягивая полотенце покрепче. Щупин секунду постоял, потом сорвался и побежал за ней.

— Эй, стой! Ладно, я пойду с тобой. Только возьму топор. Тебе нельзя без меня, Мороз мне потом тоже, как вот ему, голову открутит.

— Эх, молодёжь, — плюнул Михалыч, глядя вслед Щупину. — Что за мужик пошёл, обмельчал совсем. Зато Полька молодец, боевая баба. Пацаном ей надо было рождаться. В батю вся. А этот… Тьфу. Звенит, как пустой бидон на ветру.

Он развернулся и побрёл в сторону озера, приложив заскорузлые и желтые от махорки ладони рупором ко рту:

— Ма-а-анька! Ма-а-анька!

Но в ответ слышно было лишь эхо да кряканье уток с озера.

— Погоди, не беги так, — Щупин вытер рукавом взмокший лоб и остановился, бросил массивный топор в мох, встал отдышаться, упёршись руками в колени.

Полина чесала в гору, не оборачиваясь, скакала по тропке, сама будто козочка, легко и быстро, и ноги у неё мелькали так, что Валентин старался смотреть куда угодно, только не на её шортики. Вернее, не на то, что они утягивали. Он всё-таки следователь. Приставлен к ней по долгу службы. Но взгляд, зараза, не слушался и сам собой цеплялся за голые загорелые ляжки этой девчонки. Профессиональная деформация, наверное. Привык следить.

— Да брось ты свой топор, легче будет, — фыркнула Полина, обернувшись через плечо. И тут же прищурилась. — Эй, ты куда там пялишься? На задницу мою?

— Делать мне больше нечего, — пробурчал Щупин и переложил топор с одного плеча на другое. — Смотрю, чтоб тебя медведь не утащил.

— Ха! Ты что, поверил деду? Да откуда здесь медведи? Здесь же не тайга.

— А волков тоже нет? — с надеждой переспросил Валентин.

— О господи, — вздохнула Полина. — Я, вроде, тоже городская, но ты прямо, Щупин, совсем городской-городской. Такие только в фильмах бывают, тебе не кажется? Маменькины сыночки-корзиночки. Ты ещё и с красным дипломом, поди, институт закончил.

— Не институт, а академию, — поправил Щупин.

— Ого! И школу, небось, с золотой медалькой?

Щупин молча кивнул.

— А оно сразу видно, — усмехнулась Полина. — Что интеллект.

— Видно? — чуть оживился Щупин.

— Ага. Видно, что не мужик ты, Валя.

— Да с чего это? Думаешь, умный мужчина не может быть смелым и решительным?

— Может. Конечно, может. У меня отец такой, — она на секунду замолчала, и голос у неё стал теплее. Но тут же вернулась прежняя колючка: — Но ты, Валя, вообще на него не похож. Смелый и решительный — это ну ваще не про тебя.

— Скоропалительные выводы. Ты меня не знаешь, — обиженно сказал Щупин.

— И слава богу, — насмешливо выдохнула Полина. — Пошли уже, дровосек.

— Железный?

— Нет. Деревянный.

Она захихикала и прибавила шагу, а Щупин тащился следом, потный, с тяжёлым топором на плече, и думал, что его карьера следователя по особо важным делам, видимо, достигла пика именно здесь в лесу, с топором, в погоне за козой.

И тут где-то в стороне раздался треск. Послышались тяжёлые шаги. Нечто будто бы ломилось через бурелом.

— Тише, — Щупин шикнул на Полину и схватил её за руку. — Слышишь? А ты говорила, медведей здесь нет.

Полина прикусила язык и прислушалась. Кто-то к ним шёл. Не просто шёл, а пёр напролом через кусты, ломая ветки. Человек бы выбрал тропку. А это существо сопело, хрустело и двигалось прямо на них.

Щупин сглотнул и поднял топор обеими руками. Пальцы впились в рукоять так, что побелела кожа на костяшках.

— Встань лучше мне за спину, — проговорил он. И голос у него не дрогнул. Почти.

— Кто это там? — пролепетала девушка.

— Ну быстро, — шепнул он, когда Полина замешкалась.

— Слушай, — она на этот раз не стала спорить, укрылась у парня за спиной. — А если и правда медведи здесь есть? Вдруг они не только в тайге бывают. Вон, в Китае даже живут. Я слышала…

— Стой за мной, — повторил Щупин.

— Ты тут стой и карауль, а я, наверное, пойду… — шепнула Полина. — Потом расскажешь.

— Куда? Не оставляй меня здесь одного.

— Ну так побежали вместе, — шепнула Полина.

Но побежать они не успели.

Из зарослей на поляну вывалился здоровенный детина. Несмотря на жару, одет в плотный костюм-горку, потрёпанный, прожжённый угольками в нескольких местах. Борода лопатой, красная обветренная морда, покатый лоб, а кулаки — каждый размером с голову Щупина.

— Э, молодёжь, — пробурчал мужик, обводя их маленькими глазками. — Вы чего тут шатаетесь? Шумите. Идите вон туда гуляйте, к деревне.

— А вам-то какое дело? — с облегчением и с вызовом выдохнул Щупин, явно обрадовавшись, что перед ним двуногий и говорящий, а не бурый или китайский медведь.

— Опасно здесь гулять. Идите отсюда.

— Опять будете заливать про медведей и волков? Да не поверю, — Щупин совсем расхрабрился и даже выпрямился, хотя здоровяк был выше его на полторы головы.

— Какие медведи? Какие волки? — удивился мужик.

— Ну вы же сами говорите, опасно.

— А, — мужик ухмыльнулся. — Нет. Ноги вам выдеру. И с собой дам под мышки. Будете вот таким кандибобером ползти домой.

Он хохотнул так, что с ближайшей берёзы сорвалась ворона.

— Валите, сказал, отсюда на хрен. Пошли вон. Чего встали?

— А ты чего это борзеешь? — воскликнула Полина, выступив из-за Щупина. — Ты что так с нами разговариваешь? Знаешь, кто он такой? Он следователь Следственного комитета!

Мужик прищурился и осмотрел Щупина с ног до головы. Впечатлён, как видно, не был, потому что продолжил ещё более едким тоном:

— Какого ещё, на хрен, комитета? Женсовета? Кхе! Участкового я нашего знаю. А это какой?

— Я следователь, — сказал Щупин и расправил плечи.

— Мелковат ты для следователя, недомерок, — хмыкнул мужик. — Ксиву покажь, студент.

Должность его явно не впечатлила. Может, он по своей деревенской темноте и слыхом не слыхивал, что есть такая структура — Следственный комитет.

— Удостоверение у меня дома, — сказал Щупин.

— Ну и вали домой, — хмыкнул мужик.

И тут из-за кустов, откуда он вышел, раздалось жалобное блеяние. И Щупин, и Полина совершенно четко расслышали это «бе-е-е!»

— Это же Манька! — воскликнула Полина и рванула туда.

— Стоять! — рявкнул мужик. — Стой, куда! Туда нельзя!