Отвергнутые боги
Шрифт:
– Коварный народ.
Слова Мелая потонули в бурлящем потоке реки. Здесь течение реки ускорялось. Лошадь с ассасином исчезла за очередным поворотом реки. К вечеру миновав несколько порогов и перетащив лодку на руках, они раскинули лагерь на берегу реки. Герил, сделав из тонкого кинжала подобие остроги, отправился вдоль берега реки. Через полчаса он вернулся с нанизанными на тонком стальном острие кинжала еще трепещущими рыбинами. Пылающий костер освещал берег реки. Огромный появившийся месяц повис над водной широкой гладью. Загоревшиеся звезды смотрели на путников у горящего костра из далекой глубины веков в своем великом молчании, словно старались понять, что ищут эти люди забредшие волей судеб в эти дикие края полные смертельных опасностей и сейчас с таким наслаждением занимающихся поеданием жареной рыбы.
Утром они продолжили свой путь. Леса, по краям реки все чаще стали сменяться холмами поросшими мелкими деревьями. Лес постепенно редел. Через несколько дней пути река стала значительно уже. Земляные взгорья и холмы все чаще стали сменяться песчаными. Суховей обжигал легкие. Горячий южный воздух врывался внутрь груди. Дышать становилось все тяжелее. Несколько вооруженных всадников скакали вдоль берега реки. Ища легкую добычу, они что-то кричали на непонятном языке. Робар насчитал десять человек. В легких доспехах они напоминали обыкновенных бандитов. Вооруженные луками и мечами они несколько часов подряд преследовали движущуюся по течению лодку. Несколько выпущенных стрел просвистело совсем рядом. Одна вонзилась в деревянный борт. Ее древко еще продолжало дрожать, когда стрела Мелая поразила точно в шею незадачливого лучника. Он, словно подкошенный свалился с быстро скачущего коня и остался валяться на земле. Преследователи замерли на месте, а затем с новыми силами и улюлюканьем выпустили град стрел. Ловко прикрывшись щитами, путники остались целы. Несколько оперенных стрел торчало в деревянном борту. Пять раз стрелы Мелая покинули лук. Пять человек на берегу упали с коней и остались лежать на земле. Остальные снова замерли на месте.
– Мне нужны мои стрелы. Впереди длинный путь.
Робар понимающе кивнул и направил лодку в сторону берега. Через несколько минут она уткнулась носом в песчаную косу. Вода реки приятно охладила ноги. Оставшиеся четыре всадника гарцевали на своих конях, затем увидев приближающегося врага с дикими воплями обнажив мечи, бросились на противника. Это была их последняя ошибка. Они корчились в предсмертной агонии несколько минут. Мелай хладнокровно собрал все колчаны со стрелами, что-то проворчал себе под нос, вертя в руках одну из стрел врага и, наверно, сомневаясь в ее качестве.
Одинокие кони дико ржа, потеряв своих хозяев, носились по берегу. Гривы коней развевались. Они вдыхали широкими ноздрями воздух. Затем, чувствуя усталость и всю бесполезность своих стараний, один из них остановился над убитым бандитом, наклонил к бледному мертвому лицу морду и, затем задрав ее к небу, дико заржал. Его примеру последовали другие кони. Робар подошел к одному из них. Сильное животное скосило на него свои глаза. Конь осторожно отошел в сторону. Робар сделал еще шаг и коснулся рукой черной гривы. Конь вздрогнул на месте и замер. Мгновенный прыжок и смелый воин был в седле. Поднявшись на дыбы испуганное животное, пыталось сбросить дерзкого всадника, затем поняв бесполезность своих намерений, склонило огромную голову и замерло на месте.
Путешествие в седле было быстрым и неутомительным. Прирожденные воины и степные скакуны, не зная усталости, упорно продвигались на юг. Южное солнце нещадно палило. Изредка встречающиеся оазисы служили им прибежищем для ночлега. Расположившись под пальмами, они проводили короткие южные ночи под черным небом, усыпанном яркими звездами. Колодцы, изредка встречающиеся на их пути, помогали утолить невыносимую жажду. Затем все поменялось. Они спали днем в тени шелестящих от ветра листьев пальм, а ночью, с наступлением первой прохлады, снова двигались в путь при свете южных звезд и яркой луны. Их путешествию, казалось, не будет конца. Измученные жарой, утомленные южным солнцем, они неумолимо приближались к своей цели обозначенной на карте Ксардаса крестом. Это был город Мора - Сул расположенный в самом центре пустыни.
Посредине солнечной пустыне расположился город. Его высокие стены появились перед путниками на рассвете, когда солнце уже поднявшись над горизонтом, начинало неумолимо палить своими лучами. Они вошли в городские ворота под пристальные взгляды ассасинов. Это была их страна. У одной из крепостных стен стоял одинокий воин. Понурив взор, он держался от всех в стороне.
– Кто ты?
– спросил Робар.
– Меня зовут Туфайл.
– Я смотрю, ты не любишь общество. Почему ты один?
Глаза работорговца злобно блеснули. Затем, сдержав себя, он все же ответил.
– Я вынужден уйти в пустыню. Темный маг Нафайлем выгнал меня из города, только за то, что я был обворован кочевниками.
Мелай и Герил улыбнулись. Ассасин не заметив их ухмылок, продолжал.
– Все мы платим дань Зубену, нашему владыке в Иштаре. Даже Нафаллем подчиняется ему. Я, из- за кочевников, лишился своего золота и не могу заплатить налог и буду вынужден один скитаться по пустыне пока не сдохну от жары, голода и жажды.
– Как ты позволил себя обокрасть. Ты, вроде, воин...- сказал Робар.
– Они, появились, как ветер, как мираж, который молниеносно исчез, и вместе с ними исчезло и мое золото.
Робар покачал головой и дернул поводья лошади. Он не любил слабых бойцов. Закон войны оставляет только сильных. Честности здесь нет места. Он считал, что опытный воин должен быть, не только силен, умен, быстр, мастерски уметь владеть всеми видами оружия. Он еще должен уметь чувствовать еще не появившуюся опасность. Как собака, которая чувствует приближающееся землетрясение, так и воин должен чувствовать еще не состоявшееся нападение врага. Опередить на одно мгновение, значит победить.
Они провели день и ночь в Браге. На следующее утро, уже собравшись в дальнейший путь, он увидел человека в черной мантии. Колдун стоял в тени пальмы, укрывшись от утреннего солнца.
– Приветствую Вас, путники.
Судя по широкой мантии, которую он носил, незнакомец не относился к простым воинам. Пальцы его рук украшали несколько колец с драгоценными камнями. На шее незнакомца Робар успел разглядеть амулет защиты от огня. То что незнакомец является сторонником темных сил теперь не вызывало сомнений.
– Я Нафаллем, - как бы продолжил незнакомец. - Мы, ассасины, заключили союз с орками. Позволяем им копаться в заброшенных храмах нашей пустыни....
Робар перебил его.
– Прости, разве пустыня ваша? Я думал, она принадлежит кочевникам.
– С чего ты взял путник?
– Судя по твоему воину, выгнанному из города, кочевники здесь являются хозяевами.
Лицо Темного мага не изменилось. Он спокойно произнес.
– Они налетают, как саранча, грабят и молниеносно исчезают в пустыне. Они боятся честного боя.
– Каждый народ живет по своим законам, - сказал Робар.
– Да, путник, ты прав. Когда двинетесь дальше вглубь пустыни, не забудь про эти законы. В пустыне вас ждет много сюрпризов.
Нафалем остался стоять в тени пальм. Отряд из трех воинов оставил гостеприимную Брагу. Скоро стены города скрылись за горизонтом. Впереди лежали песчаные дюны. Они шли почти весь день. Скакуны, доставшиеся им от убитых бандитов, не способны были перемещаться по пескам. Нашлось много желающих купить их в браге. Породистые лошади всегда пользовались успехом у всех народов. Сейчас же бредя по зыбучим пескам, изнывая от полуденного зноя, они вспоминали свое легкое путешествие по прохладной реке, вспоминали легкую и уверенную поступь своих коней, с которыми им пришлось проделать значительную часть пути. Редкие оазисы служили спасением от неминуемой смерти, от жары и жажды. Они стояли спасительными островками. Тень от листьев приятно охлаждала тело. Полувысохшие колодцы позволяли пополнить скудный запас воды. Ночью, когда высыпали ослепительно яркие южные звезды, они смотрели на эти далеко разбросанные по всему небу миры и, затерявшись в собственном земном мире, чувствовали себя частицей этого звездного мира.