Чтение онлайн

«Не видит, — понял Коршун. — Или не хочет видеть…» Взгляд его снова вернулся в комнату. Дешевенькие обои с оленями, ковер на стене и на полу, диван с деревянными подлокотниками, этажерка, книжные полки на стене, сервант и торшер…шкаф двухстворчатый. Все новое… В серванте черно-белая фотография: мальчик, лет пяти и его родители. Отец в форме военного летчика, мать в пиджачном костюме…

Коршун прошел на кухню. Здесь еще хуже… Плита на две конфорки и стол на четырех ножках. На синей, масляной стенке единственное украшение — отрывной календарь. «16 июля 1969 года, — прочитал он на последнем не оторванном листике. — Семнадцатое… — усмехнулся он и исправил ошибку, срывая прошедший день, — семнадцатое июля шестьдесят девятого года…Ирония судьбы или с легким паром, — он тяжело опустился на табуретку. — Заходите вечером, поболтаем… Где такие джинсы отхватил…» Происходящее не укладывалось в голове. «Так значит я в Ленинграде?» — он вспомнил выражение лица Лукашина. «Нет, деточка, ты в Москве, залез в чужую квартиру и ждешь прихода хозяев…». «О боже, — он встал и направился к выходу. — Лучше бы я улетел в какой ни будь другой город…вернее, время».

— Товарищ майор, обратите внимание на вон, блин, то окно, — солдат указал на противоположный дом.

— Ну…

— Видите ту телку?

— Ну… — майор явно не въезжал в ход мыслей военного, — и что? Перепехнуться захотелось…

— Уж очень она давно на нас смотрит…

— Да? — до Бурого постепенно стало доходить, — думаешь, наш орлик там прячется?

Боец пожал плечами.

— Седьмой, прием, — офицер включил рацию.

— Седьмой слушает…

— Что там на улице?

— Чисто.

— Сколько с тобой людей?

— Еще трое.

— Значит так, Баран, — майор прокашлялся, — хватаешь своих орлов и летишь в соседний дом на седьмой этаж, подъезд напротив нашего, окна выходят на нашу сторону. Бабу в окне видишь?

— Вижу.

— Вот туда и чеши…прием.

— Приглашала?

— Тебе приглашение требуется, так я сейчас выпишу тебе приглашение.

— Он там?

— Не исключено, как понял, прием…

— Первый, понял хорошо. Чесать к бабе в окно. Прием…

— Выполняйте…

***

Полковник Смирнов последний раз взглянул на Лубянскую площадь и отошел от окна. Светофоры мигали, автомобили гудели, люди спешили по своим делам. Все было как всегда, то есть ничего не происходило такого, что могло бы остановить или хотя бы изменить этот привычный для всех ход вещей. «Восемь часов пятнадцать минут, — отметил он про себя. — Группа захвата должна быть уже на месте…»

Полковник сел в кресло, закурил сигарету и снова, в который уже раз за сегодняшнее утро принялся просматривать присланную ему видеокассету, ту самую от Сорокина. Перемотка закончилась и на экране телевизора появились первые картинки.

Белая больничная палата. Его жена разговаривает с каким-то мужчиной. Пока, что виден только его затылок и слышен только его голос, очень знакомый голос.

— Да, конечно, извините, я не подумал… У вас пропала дочь, я слышал… Вот я и…

— Только дочь мою, сволочи, не лапайте, — на экране хорошо видно, как она разволновалась.

— Хорошо, хорошо, не волнуйтесь, я ухожу. Никто ей ничего плохого не сделает. Я, просто, хотел вам немного помочь, вот и все… Тем более, что у меня теперь есть свободное время…

— Деньги понадобились? Решили на мне подзаработать? Шел бы ты отсюда, хороший мой, — жена устало прикрыла глаза, давая понять, что разговор окончен, и ему здесь больше делать нечего.

— Я вас еще раз спрашиваю, — голос вошедшего напрягся от напряжения, — вы точно сообщили полковнику Смирнову, что попали в аварию и находитесь здесь, или сейчас пытаетесь импровизировать?

— Не успел, да? — съязвила она. — А то бы прямо здесь и сунул мне ствол в рот, только я уже сообщила ему номер вашей машины. Чего вы от меня хотите? — она села на кровати, прижавшись к спинке и обхватив колени руками. — Если вы сейчас не уйдете, я буду кричать…

Крика не последовало. Человек повернулся и сразу же стал узнаваем… Полковник нажал кнопку пульта дистанционного управления. Смотреть еще раз как на стенку брызнула кровь из её перерезанного горла, было выше его сил… Магнитофон клацнул и выплюнул просмотренную кассету. В кабинете повисла гробовая тишина, но в голове его все еще продолжал звучать её насмешливый голос: «Не успел, да?..»

— Не успел…прости.

Смирнов отложил пульт в сторону и взялся за телефонную трубку.

— Кудрявцева ко мне…срочно, — приказал он и пошел загружать вторую кассету, предоставленную службой безопасности кинотеатра «Звездный». Здесь Коршун уже выходит из зала с окровавленными руками и направляется в туалет, где и принимается её тщательно смывать водой из-под крана. Здесь же он и замывает свою белую рубашку от пятен крови. Покидает туалет и, никем не замеченный, проходит через холл и направляется к выходу.

Полковник отмотал немного назад. Коршун моет руки. Кровь окрашивает воду в красный цвет и стекает в раковину. Лицо его совершенно спокойно. В течение какого-то часа этот выродок зверски убил двух человек и теперь, как ни в чем не бывало спокойно мыл руки в туалете. «Только что не улыбается, — полковник заскрипел зубами. — Где же ты только взялся такой хороший на мою голову? Продался, сволочь, и нашим…и вашим!» Александр Васильевич поднялся с кресла и принялся ходить по кабинету. «Непонятно только, зачем Сорокин мне сдал его? — он остановился и задумался. — Хотел, что ли таким образом себя обелить в моих глазах? Так я все равно от тебя не отстану, пока всю душу из тебя не вытрясу».

Полковник снова снял трубку с аппарата и набрал номер.

— Да, майор Шпилев слушает… — услышал он.

— Олег, Смирнов беспокоит… Узнал, что по моему делу?

— Узнал, Александр Васильевич, минутку…

Пока он копался, Смирнов чиркнул колесиком зажигалки и принялся в упор рассматривать крохотное пламя. «Самая большая температура на самом кончике, — вспомнил он вдруг из учебника химии. — Там, где пламени совсем уже и не видно…»

— Вот нашел, — загудел майор в трубке. — В протоколе с места аварии указано, что машина вашей жены врезалась в серую «девятку», государственный номер…

— А джип? Она же въехал джип…

— Не знаю, Александр Васильевич, — Смирнов услышал в трубку, как тот чиркает спичкой и прикуривает сигарету. — У меня на руках документ… Автотранспортное средство зарегистрировано на гражданина Коршуна…ВАЗ 2109, номер…

— Спасибо, это я уже слышал, — полковник медленно положил трубку на место.

Открылась дверь и на пороге застыл бледный Кудрявцев. Он еще не успел переступить порог здания, а ему уже все доложили и теперь он ни живой, ни мертвый ждал дальнейших распоряжений своего начальства.

— Проходи, — полковник указал на кресло. — Рассказывай…

— Что именно? — офицер подошел к столу, отодвинул стул и сел.

— Все! Где были сегодня ночью с этим… — Смирнов скривился, — что делали и что видели? Все по порядку, сначала и, до конца…

— Ночью брали показания у гражданки Рощиной, — начал он, — пытающейся, как и её родная сестра, покончить жизнь самоубийством, посредством метрополитена.

— Почему же не покончила?

— Не успела товарищ полковник, — на лице офицера не дрогнул ни один мускул.