Чтение онлайн

– Д-да, - отозвался панголин, отстраняясь от зловонного дыхания и запаха давно не мытого тела.

Лысый отвернулся и не спеша зашагал по коридору.

«Ну, вот, - думал Грэм, - сначала Визор «пошутил», затем тот муталюд, Хэнк кажется, теперь этот… О, господи… чего они все от меня хотят?..»

Кухня – обычная комната, только разделенная пополам стойкой. За ней в клубах пара копошились три человека. По обеим сторонам ровными рядами стояли деревянные столы, намертво вросшие в пол. Скамейки были разбросаны по всей кухне как после урагана. Кое-где сидели рабочие, безразлично стуча ложками в мисках. Над стойкой висел плакат «Приятного аппетита!»

– Всем привет, - небрежно кинул Марк, махнул рукой и направился к стойке.

Ему невнятно буркнули несколько голосов. Кто-то, не отрываясь от миски кивнул.

– Здравствуйте, - тихо сказал Грэм.

На его голос молча обернулись все сидящие. Утих монотонный стук ложек. Несколько десятков глаз впились в охотника, разрывая на части. Он отвел взгляд и поспешил за Марком. Кто-то тут же подошел и стал сзади. Усилился животный запах, перемешиваясь с ароматами кухни, и Грэм почувствовал знакомое колебание воздуха: его опять обнюхивали.

– Не задерживайся, - улыбнулся лысый и, взяв миску каши, ушел.

Панголин протянул свою тарелку краснолицему человеку. Тот, не убирая улыбки, плюхнул черпак желтой пышущей жаром каши и протянул обратно. Грэм подхватил ее и медленно повернулся – четверо муталюдов отступили, освобождая проход. Натужно улыбнувшись, охотник быстро пошел к сидящему за крайним столом Марку.

– Тут нельзя!
– лысый остановил панголина рукой.
– Не люблю, когда стоят за спиной. Ебна.

Грэм сел за соседний столик и его тотчас окружили муталюды. Но вид и запах свежей каши создал нечто вроде защиты от их любопытства. Голод поистине может многое. Он способен заставить копаться в мусорной куче, есть крыс и тараканов, грызть кору деревьев, жевать сапоги, обгладывать кости себе подобного, а такой пустяк как общественное внимание – даже не стоит упоминать.

– Спасибо Господи за хлеб насущный, - прошептал охотник и засунул в рот ложку обжигающей вязкой крупы.

Несколько мужчин с удовольствием следили за ним. Они как озорные дети прикрывали рты и, отворачиваясь в сторону, тихо посмеивались.

Грэм ел быстро – каша жгла рот кипящей лавой, проваливалась внутрь и выжигала желудок, создавая неудобство и чувство сваленных в кучу булыжников на постройке городской стены.

Марк не спешил. Набирая половину ложки, он долго дул на нее, прежде чем отправить в рот. Размяв разваренные зерна языком о небо, практически не жуя, проглатывал, после чего расплывался в довольной улыбке. Он не сводил с панголина прищуренных глаз и открыто наслаждался представлением.

Муталюды уже разошлись по своим делам, когда Грэм проделал последнюю дугу ложкой. Лысый кивнул в угол:

– Я сейчас.

Там в корыте с мутной водой обрюзгший, толстый муталюд с длинной мордой мыл свою посуду. Грэм присел рядом. Воду в корыте давно не меняли и сверху желтыми льдинами качались на волнах застывшие осколки жира. Можно было уловить едва слышный шорох трущихся друг о друга пластинок. Они сбивались в кучи у краев, наплывали друг на друга, образуя вместе с плавающими остатками еды береговую линию, на которой, как на пляже резвились отдыхающие пышнобрюхие мухи.

Панголин неуверенно сунул миску в корыто и прошелся рукой, смывая остатки каши. Кончики пальцев слегка коснулись мягкого ила – со дна поднялся водоворот желтой мути и быстро осел.

– Это нашим свиньям, - подойдя к корыту, улыбнулся Марк.

Он тщательно вымыл свою миску и обтер свисающим концом рубахи:

– Пойдем, ебна.

Немного пропетляв по плохо освещенным коридорам, они зашли в помещение с выстроенными в ряд, непрерывно работающими насосами.

– Сегодня будешь на замене. Посмотришь, что и как… Познакомишься, - лысый улыбнулся.
– Вот твой насос, - он подвел Грэма к простому двуручному механизму.

Рядом, на скамейке у стены сидели два муталюда и два человека. Панголин кивнул и негромко буркнул: «Привет». Ему в ответ качнулись людские головы, а муталюды задрав морды, понюхали воздух. Видимо они обнюхивали его раньше, так как сразу отвернулись. Грэм уселся на край скамейки со стороны людей.

– Ну что, начнем?
– сказал один из сидящих рядом мужчин и хлопнул охотника по плечу, помогая себе подняться.
– Идите уже отдыхайте, ебна. Сегодня подают превосходную кашу к обеду.

Он подошел к насосу и так же шлепнул по плечу работающего человека. Тот отошел в сторону, уступая место, и крикнул своему напарнику:

– Го! Го!..

Горбатый муталюд с лошадиной мордой в ответ прохрипел, фыркнул и показал ряд крепких квадратных зубов.

За всеми насосами плавно менялись работники, не нарушая монотонной мелодии скрипа старых рычагов. Грэм старался не смотреть на проходящих мимо узников – молча, тяжело дыша, они медленно волокли ноги к выходу, не сильно интересуясь новичком. Муталюды иногда останавливались, быстро обнюхивали его и уходили.

Отдельно от всех шла тесная группа черных костлявых монстров. Они прикрывали почти человеческие, только безносые лица перепончатыми крыльями, жмурились или полностью закрывали глаза, идя на ощупь.

– Господи всемогущий Миронос, прости грехи мои и дай мне силы выдержать все испытания, посланные тобой, - прошептал Грэм и перекрестился.

Необычные события, резко меняющие жизнь, хорошие или плохие, особенно плохие, очень сильно замедляют время. Кажется, что прошел месяц, а на самом деле еще не минуло и недели с того дня, как панголин появился в Мирограде. С того самого дня, когда все изменилось – перевернулось с ног на голову…

Вверх-вниз, вверх-вниз, вдох-выдох, вдох-выдох – казалось, этому не будет конца. На другом конце рычага – грязный, заплывший жиром муталюд: хлопают уши, отгоняя муху, из клыкастой пасти течет слюна, пузырится хриплое дыхание, немигающие желтые глаза-угольки жгут мысли, жгут мозг.

Вверх-вниз, вверх-вниз, вдох-выдох, вдох-выдох…

Грэм пытался считать, петь песни, молиться, но постоянно забывался в туманном будущем, перемешанным с прошлым и настоящим. И каждый раз в мыслях возвращался в родной Подгор, под клены храма, где они с отцом Иаковом любили гулять. Сейчас, как никогда, не хватало его совета и просто доброго слова.

Вверх-вниз, вверх-вниз, вдох-выдох, вдох-выдох…

«Неужели мы никогда не увидимся? – думал Грэм.
– Возможно, в этом аду придется прожить всю оставшуюся жизнь. Мозолить руки за насосом – он сильнее сжал рукоятку – не видеть ни солнца, ни неба. Вместо лесных запахов – животный смрад и трупная вонь, вместо молитвы – карты, вместо храма – фиолетовая комната, вместо леса – этот рычаг… Стать таким, как они… Нет! Я должен выбраться… Ведь можно попробовать залезть по стене колодца. Его не охраняют… а там, будь что будет… Прорвусь к забору и…»