Чтение онлайн

— Вот и хорошо, — ответил парень. Ответ этот возмутил Анну до глубины души.

— Очень рада, что вы довольны произведенным эффектом! Дайте пройти!

Незнакомец не сдвинулся с места. Впрочем, Анна уже стояла в грязи и ей было не принципиально куда ступать: на дорожку или в земляную жижу.

— Ты.

Юноша поворачивался всем корпусом за ней, и, когда она шагнула на тропинку в обход него, они оказались лицом к лицу друг с другом.

— Что? — не поняла Бер.

— В подобном месте глупо выкать. Давай на «ты».

Анна, с печалью оглядывающая грязный подол, недовольно фыркнула.

— В любом месте существуют правила приличий.

— Не здесь. Не для нас.

Его серьезное лицо и ровный голос в совокупности со сказанными словами напугали девушку посильнее всех страшилок. Анна попятилась. Хлопнули ставни ближайшего окна. Бер отвлеклась на звук, обернулась к окнам — и заметила в одном из них силуэт женщины, с рук которой струился дым…

Крикнул кто-то с площадки перед центральным входом, грубый женский голос ответил громкой бранью. Хлопнули ставни, скрывая от чужого взора последние окна научного флигеля. Взгляд девушки метнулся обратно к собеседнику — точнее, к месту, где он стоял, ибо юноши в пределах видимости Анна не заметила. Поежившись от холода и нехороших предчувствий, девушка, забыв о пропущенном ужине, поспешила вернуться в жилой флигель. Оставаться в темноте одной в этом месте ей было страшно. Хотя дома она никогда темноты не боялась. В окружении братьев и отца стыдно бояться всякой ерунды, ведь семья — рядом…

Короткая дорожка вокруг фасада Корпуса показалась Ане очень долгой. Даже грязь как будто хватала ее за ноги с особым рвением, не давая жертве уйти…

Анна тряхнула головой, отгоняя ненужные, плохие мысли. Тьма — это неизвестность, а неизвестность всегда пугает людей, пробуждая их воображение. Ну или…привлекает. Вот как ту парочку, что стояла на углу спального флигеля и страстно целовалась. Анна поспешно отвернулась от двух силуэтов, слившихся во тьме в неразрывный кокон, и забежала внутрь помещения.

У бочки прямо на полу сидели четверо парней и три девчонки и играли в костяную "обманку". Главный смысл игры заключался в том, чтобы сделать такой шаг, чтобы противник не понял, какое именно действие ты хочешь совершить следующим, и соответственно перекрыл тебе проход не на ту клетку, на которую нацелился ты. Ева, обернувшись на стук двери, увидела Аню и приглашающе махнула рукой:

— Иди сюда, нам как раз восьмого не хватает.

Аня демонстративно тряхнула мокрым подолом, намекая, что торопится наверх.

— Спасибо, я лучше пойду переоденусь. Я…

На перилах лестницы засохла кровь. Анна, застывшая на второй ступеньке, почему-то точно знала, что это не джем, не свекла и не губная краска. Девушка обернулась к играющим, но те были заняты костяными фигурками, а не окружающим их пространством. Сверху послышались шаги: со второго этажа кто-то спускался, монотонно стуча по каменным плитам каблуками ботинок.

Анна не могла пошевелиться. Секретарь Белина уже застыла перед ней, вопрошающе приподняв бровь, а девушка все переводила потерянный взгляд с кровавого пятна на пространство перед собой и обратно.

— У одной из учениц пошла кровь носом. Если ваше любопытство удовлетворено, могу я пройти? — осведомилась чопорная женщина. Бер поспешно кивнула и шагнула в сторону, пропуская наставницу. Та обратила свое внимание на играющих.

— Я не досчиталась в комнатах трех девушек, помимо вас. Учтите, когда я вернусь из Корпуса, входную дверь запру до утра на ключ.

Ирина Белина вышла. Судя по смешкам, которые раздались после ее ухода, воспитанники далеко не каждую ночь проводили в своих кроватях. И запертая дверь им не мешала не войти, не выйти. Да и была ли она запертой?

Бер еще раз покосилась на темное пятно и поспешила добраться до своей комнаты. Сейчас ей казалось, что все правила в этом месте — ложь, все преграды и запоры — ненастоящие, и единственное, что невозможно здесь — это свобода. Попадись ей сейчас на лестнице крылатый змей, приподнявший в приветствии шляпу, она, пожалуй, вежливо бы с ним поздоровалась. Нет ничего невозможного в доме, что опоясан Лихой дорогой. Кроме одного — выбраться отсюда.

Алина читала выданный ей на литературном занятии том с пьесами Вингельота.

«— Я, раб страстей, у ног твоих, прекрасная Изетта,

Себе нашел пристанище и пристань.

— Легко слетают клятвы с уст поэта,

Когда он исполненье их не мыслит…»

…Они ходили на премьеру еще вместе с мамой. Все уверяли, что Аня маленькая и родители ее с собой не возьмут, но отец вытер жесткой ладонью крупные слезы и сказал:

— Так, конечно, делать не положено. Но мы никому не скажем, правда? Пусть будет нашим маленьким секретом.

Секрет оказался большой — на всю семью. Вот только Алиска в тот вечер очень огорчилась — отец заплатил за закрытую ложу, а она очень рассчитывала, что один из ее поклонников (какой-то особенный на тот момент) сможет к ним подойти во время антракта. Аня это узнала уже дома, после спектакля, и чуть не расплакалась, а сестра рассмеялась и сказала, что поклонников она, к несчастью, в последнее время видит чаще родных, и вечер этот, по ее мнению, очень даже удался…

— Можем поменяться.

Алина, заметив взгляд соседки, застывший на книге, которую она читала, истолковала его по-своему. Анна отмерла и принялась переодеваться в сухое. Благо исподних рубашек ей выдали целых три.

— Нет, спасибо. Меня все устраивает.

Перо недоверчиво хмыкнула.

— Ты не дошла еще до сцены прощания на берегу? Уверена, вся комната будет залита слезами. Такой трогательный монолог с отцом! Правда потом она кидается в море, пытаясь добраться до корабля возлюбленного, и тонет. А отец стреляется.

Кувшин разбился случайно. Анна даже не помнила, как кинула его в стену. Только осознала, что руки у нее трясутся…

Отец не умрет. Не сейчас. Они уже остались без мамы…

Перьева не рассмеялась. И не пожалела. Насмешливо приподняла бровь, многозначительно хмыкнула и уткнулась обратно в книгу.

Алину бросили родители. Давно. Еще лет десять назад отец с матерью оформили развод — дело редкое и часто пагубно сказывающееся на репутации, но, видимо, их страшило не столько это, сколько возможность прожить жизнь вместе. После получения заветной бумажки оба отбыли в разные края страны, оставив дочь на бабушку, сбагрившую ту еще каким-то дальним родственникам и так далее по родословному древу. Пока девушку не пристроили сюда.