Чтение онлайн

– Можно просто Гай.

– Да-да, конечно, мастер Гай. Чем могу быть вам полезен? Почту за милость оказать посильное содействие вашей работе, и вам лично.

– Мне нужно светильное масло. Где-то четверть или две. Ещё дюжина свечей. Больших.

Дуэрфа щёлкнул пальцами. Его помощник моментально закрыл рот и метнулся в заднее помещение, растворившись в нагромождении шкафов и полок.

– Что-нибудь ещё, уважаемый дон Гай?

Телеграфист вытащил из кармана составленный загодя список.

– Вот. Это не так срочно, но желательно в ближайшее время.

Дуэрфа почтительно взял листок, сощурился и пробежал текст глазами, отчёркивая отдельные пункты ногтем.

– Это есть… этого пока нет… это найдём… это тоже… вот это придётся заказывать… это я вообще без понятия, что такое… это разыщем… это нужно будет спросить в Кедровом Броде у них вроде было…

Он поднял взгляд от списка.

– Еду, патроны и бумагу могу предложить сразу. Остальное надо заказывать. И уточните, если можно, что такое «запасной лентопротяжный механизм»?

– Они должны знать. Когда я смогу получить заказанное?

– Если вы авансируете это прямо сейчас, то, полагаю, максимум дней через тридцать-сорок, может быстрее.

– Авансирую? Я думал, что можно будет всё оплатить при получении? Это официальный заказ компании.

– Нет-нет, - смутился Дуэрфа, - я доверяю компании. Кто я такой, чтобы не доверять Центральной Телеграфной компании? Но дело в том, что…

Он замялся.

– К сожалению я не располагаю полномочиями авансировать платежи от имени компании, - уточнил Гай.

– Понимаю, - вздохнул Дуэрфа, - просто в данный момент большая часть моих средств. Э-э-э, недоступна. Вложена в дело. В бизнес. А ваш заказ. Он довольно большой. Мне будет крайне сложно изыскать необходимые финансы в текущей ситуации.

Его лицо приобрело скорбно-просительное выражение со взглядом голодного щенка.

– Возможно, мы бы могли прийти к компромиссу? И вы, в порядке исключения… могли бы. Я обещаю, что заказ будет доставлен максимально быстро. Я даже готов предоставить скидку. На всё. Пять процентов. Нет. Что я говорю. Десять. Десять процентов! Практически даром.

– Я подумаю, несколько смутился под его внезапным напором Гай.

– Это было бы превосходно. Надеюсь, за наличный товар вы сможете заплатить прямо сейчас?

Телеграфист кивнул. Клетчатый помощник вынырнул из соседней комнаты, нагруженный бутылями с маслом и упаковкой свечей.

Гай расплатился и уже собирался выходить, когда его отвлёк чуть скрипучий голос.

– А вы, значится, наш новый телеграфист будете?

Гай повернулся к замшево-бисерному посетителю в кресле.

– Да. Гай. Гай Нердий.

– А меня Уллий звать, - радостно сообщил тот не покидая кресла, - торговец я. По округе езжу, товар продаю.

– Очень интересно, - вежливо ответил Гай, стоя с двумя бутылями и коробкой свечей в руках на полпути к двери.

– Летом-то далёко приходится ездить… - сообщил Уллий, - но дело есть дело.

– Далеко? – тут Гай замер, опустил занесённую было ногу, и переспросил, - а вы что, с туземцами торгуете?

– Нет, летом больше со старателями, а вот осенью. Да, с ними родимыми.

– И вам не страшно?

– Страшно? Так зверей бояться, что в лесу делать?

– Это что, - не удержался Дуэрфа, - он даже с троглями как-то приторговывал.

– С троглями? – не понял Гай.

– Ну, с троглодитами.

Гай ошарашенно моргнул.

– Но они же… они не… но как?!

– Да чё, они не люди штоле? – хмыкнул Уллий, - лопочут непонятно, но пару слов по человечески выучить могут, жестами опять же. С ними ведь одна проблема. Никогда не знаешь, что получишь. Можешь золотой самородок в два кулака, а можешь булыжник, которому грош цена в базарный день. Зато они едой берут, солониной там или сухарями. Страсть как сухари любят… С туземцами-то оно так не выгорит. Тем железо подавай, водку, порох. Одна беда – мало троглей осталось, найти сложно.

– Но я всегда считал, что они опасны? – недоверчиво переспросил Гай.

– Дык ты их не зли и всего делов. Ну и везение опять. Я везучий. А вот Туррия, беднягу, года три тому ещё, так его вот съели. Уж не знаю, чего он там с ними не договорился…

– Съели?!

– Они завсегда едят, кого убьют. Им что олень, что человек, что другой трогль – всё едино. Голодные ж вечно. Живут в таких местах, где нормальному человеку не то, что не прокормиться толком, так и уцелеть-то не завсегда выйдет. Раньше и по долинам селились, я их старые пещеры не раз видал понизу, но туземцы их оттель выжили. Не любят туземцы троглей. Шибко не любят.

– Я слышал, - кивнул Гай, - а сами туземцы не опасны?

– Вот эти да. Хотя смотря какие, - торговец угнездился в кресле поудобнее, - вот, к примеру, те на юге что, анто или санри, али другие за озером. Почитай цивилизованные люди…

– Это вот ты преувеличил слегка, - покачал головой Дуэрфа.

– Не-не-не, Тават Дуэрфа. Гляди сам. Живут в домах, сёлами. Земли пашут, скотину держат, железо куют, а как по бронзе или серебру работают – одно загляденье. Получше чем вы, шемеканцы.

Дуэрфа надулся.

– Ты нас с дикарями-то не равняй.

– Ну, ладно-ладно, - добродушно рассмеялся Уллий, - не буду. В общем люди они диковатые и странные малость, чего не отнимешь, того не отнимешь, но дело с ними иметь вполне можно. Не то, что с нейфами. Вот те – сущие дикари. Бродят по горам чисто как звери. Живут то в шалашах, то в пещерах, то и вовсе где попало. Тащат всё, что гвоздями не прибито. А уж путника в горах зарезать – даж и раздумывать не станут. В общем, к ним в одиночку лучше не соваться. И всегда быть начеку. Эти твари подкрадываться умеют – чище змей, вот не совру. На ровном месте спрятаться могут. А потом, моргнуть не успеешь, дубинку или копьё в спину швырнут, и поминай как звали.

– Ну, дубинка, не так уж и страшно, - высказался Гай, в основном, чтоб поддержать беседу.

– Эт ты не скажи. Я знавал одного парня, так тот своей дубинкой за пятьдесят шагов на спор бутылку разбивал. Вот не совру. А особо ловкие могут кидать так, что если промажут, дубинка обратно к ним прилетает.

– Не может такого быть…

– Может-может, - кивнул Дуэрфа, - умеют.

– Но законы физики… - слабо запротестовал Гай.

– Не знаю как там с законами, - Дуэрфа сдвинул мешавший ему медный чайник и облокотился на стойку, - но я лично своими глазами видел.