Чтение онлайн

– Не помню, - покачал головой Лустроний. Через главные двери вроде никто. Было уже поздно. А чёрный ход… Не знаю.

– Кто там мог выходить, - заметил Пим, - Швабра разве…

Троглодитка хотя и пряталась в углу, похоже, тоже заразилась общим интересом к происходившему. По крайней мере, с её стороны донеслось лёгкое ворчание.

– Тем не менее, мы можем допустить, что кто-то из находившихся в таверне мог незаметно выйти чёрным ходом, выстрелить в Аллия, и затем вернуться назад, не привлекая ничьего внимания, – подытожил Гай.

Затем он вопросительно посмотрел на доктора.

– Откуда были произведены выстрелы?

– Если смотреть от таверны, то с левой стороны. Из-за угла. С довольно близкого расстояния.

Гай обернулся к Пиму.

– Черный ход ведь находится с левой стороны.

Тот кивнул.

– А это значит, - сказал Гай, - что убийство было импровизацией. Внезапным решением.

– Не понял, с чего это? – насторожился Лустроний.

– Если убийца хотел подкараулить Аллия, и ждал его снаружи, то логичнее было бы делать это возле конторы. Там в это время никого нет. И легко скрыться после выстрела, уйдя огородами к реке. Поджидать жертву у таверны не имело смысла. Аллий мог выйти не один, да и случайные прохожие здесь не исключены. Необходимости идти за Аллием от таверны, выбирая момент, тоже не было. Рано или поздно он бы всё равно вернулся к конторе. Там и надо было его ждать.

– Звучит убедительно, - кивнул Савий.

– Тогда выходит, что убийца не готовился заранее. А находился внутри таверны. Вышел незадолго до Аллия и застрелил того у дверей. Потом вернулся. И всё это было крайне рискованно. На его перемещения могли обратить внимание, просто застать с поличным, наконец. Объяснить, почему убийца пошёл на такой риск, можно лишь предположив, что решение убить Аллия было им принято внезапно, и на основании чего-то, что случилось во время игры в карты.

Все посмотрели на Лустрония.

– Вы опять? – нахмурился тот.

– Нет, дон Лустроний. Просто вы единственный, кто может вспомнить, не случилось ли чего-то необычного во время игры…

Лус задумался.

– Аллий нервничал. Не по делу. Карты ему шли. Говорил что-то про белку, загнанную в угол...

– Белку?

– Ну, в смысле, что даже белка, если её загнали в угол, способна покусать. Спросил Дуэрфу может ли тот поговорить с доктором.

– О чём поговорить?

– Не знаю. Они продолжали какой-то старый разговор. Аллий говорил, что Соларион упрям как баран, и требовал, чтобы Дуэрфа заставил того быть сговорчивее. Тот возражал, и говорил, что Аллий зря нервничает, и что ему надо просто отдохнуть и расслабиться, а не по докторам ходить. Я ещё подумал, что Аллий подцепил какую-то… хм… специфическую болезнь. Потом Аллий вконец разнервничался. Абсолютно на пустом месте сбросил хорошие карты, и сказал, что ему надо идти. Что собирался поговорить с Сертием, но забыл и опаздывает. Вот и всё.

– Всё понятно… - сказала Тари.

– И что вам понятно, барышня? – посмотрел на неё Лус.

– Аллий планировал добиться от Солариона поддержки и защиты. Но доктор хотел остаться нейтральным. Он не стал поддерживать Аллия, подозревая, что тот был соучастником убийства геологов. Аллий решил действовать через Дуэрфу. Но и тот тоже отказался надавить на доктора. Тогда Аллий намекнул, что пойдёт к Сертию и выдаст преступников. При этом бумаг с ним не было, значит он блефовал. Но убийца всё равно испугался. Сертий Птепс достаточно авторитетен, чтобы его послушали и начали расследование. Кроме того убийца ожидал, что Аллий взял доказательства с собой. Поэтому он вышел за ним из таверны и застрелил. Но обыскать тело не успел, явился сначала доктор, а потом и остальные на шум выбежали.

– Браво, Тари, - сказал Гай.

– Я всегда говорил, что у девчонки котелок варит, - хмыкнул Савий.

– Главное женихам этого не показывай… - съязвила Гвейд.

– Что, завидно? – не сдержалась Тари, - оказывается какая-то рыжая трезвенница не такая уж и полная дура.

– Твоего колера это никак не меняет, - пробурчала старшина.

– Это она от зависти, - Тари глянула на Гая, ища поддержки, - и никакая я не рыжая.

– Такой цвет называется каштановым, - заверил её телеграфист.

Гвейд фыркнула.

– Но кто ж его всё ж таки убил-то? – поинтересовался Чончо.

– Поскольку Десдерий в момент, когда раздались выстрелы, был за столом, то это точно не мог быть он.

– А если он кого-то послал? – спросила Тари.

– Мы бы это заметили, - покачал головой Лустроний, - из-за стола префект даже не вставал. И ни с кем кроме нас не говорил.

– Но игроков было только четверо, считая убитого, - заметила Тари, - Дуэрфа и Лус не при чём, Десдерий не мог. Тогда кто?

– Кто-то, кто ещё был в таверне и у кого был интерес в том, чтобы построить дорогу в Острог. И кто-то, кого не было видно на месте в момент выстрелов. И кто регулярно передавал геологам товары через Аллия…

Все дружно посмотрели на кабатчика.

– Мне показалось, или вы намеревались спешно уехать из города, дон Пим? – спросил Гай.

– Чего? Мне-то какой был прок его убивать?

– Строительство дороги принесло бы таверне отличную прибыль, - заметил Лус.

– А потом? Когда бы стало ясно, что руды нет?

– Тогда Дуэрфа и Лустроний бы разорились, и у человека, заработавшего на продаже еды и выпивки строителям, появилась бы отличная возможность скупить по дешёвке их имущество и стать богатейшим жителем города. И торговым монополистом, - заметил Гай.

– Скотина… - с чувством произнёс Лустроний.

Кабатчик поставил стакан и не спеша вытер руки об фартук. В мёртвой тишине было слышно, как шуршит накрахмаленная ткань.

– Что скажешь? – посмотрел на него Савий.

Тот задумчиво огляделся. Потом схватил всё ещё лежавший на стойке револьвер Савия, шагнул к Тари и приставил ствол ей к виску.

– Сиди где сидишь, - крикнул он пошевельнувшемуся было толстяку, - и держите руки так, чтобы я их видел! Все!

Он заслонился опешившей Тари как щитом.

– Не глупи, - покачал головой Савий, - тебе никуда из города не деться.

– Ты не будешь стрелять, - сказал Лус, - как только ты её убьёшь – тебя достанут.

– Вы тряпки. Никто из вас не рискнёт взять на себя гибель девчонки… Муммий мог бы. Но вы его отослали…

– Зря вы это, босс, - прогудел вышибала Регинхари, - лучше сдайтесь.

– Ни за что!

Доктор почти незаметным движением стянул со стола вилку. Но только почти…

– Брось! – истерично крикнул Пим, начиная пятиться и таща за собой оцепеневшую Тари.

Соларион разжал пальцы. Вилка звякнула по доскам.

– Отпусти её, - у Гая сдали нервы, - ты не посмеешь.

Доктор сзади лишь покачал головой. Телеграфист решительно шагнул к трактирщику. Лицо Пима буквально лучилось страхом.

– Отпустить… - он скривился, - да провалитесь вы все пропадом.