Чтение онлайн

– Он, такой, посмотрел на меня и говорит: «А на Таити?». Я, думаю, шутит, говорю: «Да без проблем!». А тут еще мой бывший начальник начал пиарить: «Вы ей верьте. Если сказала – сделает».

Короче, дала ему визитку, он вышел, заплатил нормально. Правда, шеф все ему порывался сдачу дать.

– Взял?

– Нет… Мы потом еще поговорили, повспоминали. Грустно все это.

– Нин, все понятно с твоими сантиментами. Ты ближе к акулам.

– А что? Позвонил через пару дней. Заказал тур на три недели: две на Таити, неделю в Париже. Так что, давай делать!

– А как ты про зека узнала?

– Какая разница…Справки навела. Да он и не скрывал особенно.

«Делать Таити» на туристском сленге означало организовать поездку. Таити, конечно, не Турция, но Вера никогда не отказывала клиентам. Даже если бы ее завтра спросили «Ты Марс делаешь?». На эти случаи у нее был Тимофей Балакин, для своих – Тимоти. «На Марс? А почему нет? – не удивился бы он. – Вы хотите один или вдвоем? Ах, вдвоем. Понимаю. Надо заказать «кинг сайз бэд» [39] , но в несколько смягченном варианте».

Он, наверное, так бы и выразился: «смягченном». Балакин был уникален в своем роде. Взять его на работу попросили знакомые, дав самые положительные рекомендации: умный, блестяще знает английский, много путешествовал. В ее представлении нарисовался элегантный сейлс-менеджер: костюм, галстук, стрижка. Такой глянцевый денди. Тем сильнее был контраст. Когда в офис вошел Тимоти – затянутый в джинсу, с хвостом на затылке, в очочках, – Вера немного стушевалась. Внешне он напоминал раннего Джона Леннона и – это его и выручало! – Иисуса Христа одновременно. Но уж никак офисного сотрудника. А когда заговорил – манерно, растягивая слова, жестикулируя изящными руками с длинными, тонкими пальцами, у Веры мелькнуло: ««Голубой», что ли?» Она уже было хотела тактично сказать, что молодой человек ошибся дверью, фирмой, ориентацией, профессией, что у них вообще женский бизнес. Но вот как раз этот последний аргумент и сыграл в пользу Тимофея. Клиентам, и особенно клиенткам, должен был бы понравиться этакий рафинированный менеджер – сплошная вежливость. Так, в общем, и получилось.

Тимоти был эрудитом. Энциклопедией, географическим справочником, учебником по истории, толковым словарем. У него имелся ответ на любой вопрос. Дамы обожали «Тимошу», ворковали с ним часами по телефону – к неудовольствию других сотрудников офиса: «Тимофей, отдай трубу!» Но тот только отмахивался, продолжая живописать в деталях какой-нибудь австрийский горнолыжный курорт, на котором отродясь не был. Разговор с клиентом для него был чем-то вроде соревнования: уговорит – не уговорит. В незримом состязании чаще всего побеждал Тимоти. Положив трубку, он удовлетворенно объявлял:

– Ну что ж. Замеча-а-тельно. Завтра придет. И, по-моему, неплохо с этим, – Тимоти многозначительно делал ударение на последнем слове, потирая пальчиками с отполированными ногтями. – Будем разрабатывать месторождение.

«Разработкой месторождения» Тимофей называл метод работы, в результате которого клиент легко, добровольно соглашался на вариант, подготовленный заботливым менеджером. Естественно, более дорогой. Что-что, а хватка у него была еще та. «Выпотрошенные месторождения» уходили из офиса с чувством собственного достоинства, оцененного в «Эсперанс-тур» за такую же достойную сумму.

– Ну, Тимофей, ты даешь, – удивлялась девчонки.

Вера, разумеется, ценила способного менеджера, не забывая, впрочем, о слабости Тимоти. Он был патологическим трусом. В момент назревания конфликта с клиентом любимец женщин буквально исчезал, растворялся, предоставляя именно женской половине офиса разруливание ситуации: «Сдулся, плейбой. Опять самим дерьмо убирать!».

Подготовить тур на Таити мог, конечно, только он. С другой стороны, если Нина не придумала, любитель экзотики с библейской фамилией Соломонов в прошлом сидел в тюрьме, и Тимоти может струхнуть. С третьей стороны – выхода не было. А с четвертой – Вера решила взять на себя общение с клиентом по максимуму, оставив менеджеру техническую сторону: переписку с партнером, калькуляцию (тут ему равных не было!), бронирование услуг.

И, в целом, все прошло гладко. Оформили французскую визу и отдельную – для въезда на заморскую территорию, каковой является Французская Полинезия. Тимофей подготовил отличную программу в Париже: трансферы – только на машинах класса «люкс», отели – только «паласы», гиды – только личные. На Таити – бунгало на воде, экскурсии по островам, подводное плавание (не забудем про акул!). «Разработка месторождения» обошлась Соломонову в сумму более двадцати тысяч долларов. Обсудив, решили сэкономить на билете. Вера, правда, предлагала, если не первый, то хотя бы бизнес-класс забронировать, засомневалась: все-таки лететь более двадцати часов.

– Он устанет столько сидеть, а в «бизнесе» кресла шире, полежит, поспит, – уговаривала она Нину.

– Ничего, не устанет. Тридцать лет в тюрьме сидел – не устал, а уж сутки-то выдержит как-нибудь и в «экономе», – строга была бывшая эмэнэсница, когда дело доходило до распределения бюджета. Неважно какого – института, лаборатории или туриста.

Договорились, что Соломонов придет за документами к Вере домой накануне отъезда, в субботу. Тимофей, узнав об этом, облегченно вздохнул, потому что, хотя он и перепроверил сто раз ваучеры, даты, услуги, но мало ли… Все же нестандартное прошлое клиента было опасным для нежного Тимоши.

– Но, если надо, я выйду, – сделал он робкую попытку истинного джентльмена.

– Да ладно, сиди уж… В субботу имеют право работать только начальники.

По правде сказать, дело было даже не в этом. Вере самой хотелось познакомиться с Соломоновым.

Он летел один. Из Сибири. На Таити. На три недели. Проведя тридцать лет в тюрьме (Нина, конечно, прибавила сроку, но все равно впечатляло). Она пыталась догадаться по фотографии в паспорте о характере преступления. Ничего особенного в лице не было. Никакое лицо. По крайней мере, в паспорте. Если бы такое фото висело на стенде «их разыскивает милиция», то разыскать уж точно было бы невозможно. Он мог быть и убийцей, и профессиональным мошенником, и просто авантюристом. Ближе всего была эта версия: авантюрист, что-то типа Остапа Бендера. У того была идея-фикс: Рио де Жанейро, здесь – Таити и акулы. Разница небольшая.

«Да козел полный», – припечатала визовичка Инна, впрочем, аккуратно приклеивая фото на бланк анкеты. Вера, конечно, тут же вставила, напомнив, что в «Эсперанс-тур» категорически запрещалось обсуждать клиентов.

Звонок в дверь раздался в девять утра, хотя договаривались на десять. «Блин, даже кофе не дал выпить», – раздраженно подумала Вера, наспех натягивая джинсы.

– Привет, – мошенник-убийца-вор-насильник-растлитель Соломонов и не подумал извиниться за ранний приход. – Можно войти? – сказал он уже в коридоре общего холла. Благо, в такую рань сосед Николай еще не вышел покурить, а то, увидев Вериного гостя, разболтал бы невесть что. Выглядел Соломонов, конечно, импозантно или, правильнее сказать, фартово: темно-бордовый плащ, шелковое кашне, кепочка и – просто «Калина красная»! – лакированные туфли!

– Можно закурить? – блеснул он самой настоящей золотой фиксой, уже доставая пачку «Мальборо».

В общем, первые пять минут, тут же перейдя на «ты», говорил он, признавшись, что решил прийти пораньше, чтобы улететь побыстрее.

– Так время вылета-то не изменится, – осторожно вставила Вера.

– А я как увижу билет, так будто и полечу, – Соломонов шутил, был легок в общении и совершенно покорил Веру. За кофейком выяснилось, что он любит читать, играть в казино и собирать всякие древности. Для зека очень даже приличное резюме!