Чтение онлайн

Впрочем, Зои не требуется продираться внутрь: видимо, пока такси стояло в лондонских пробках, Леон уже объяснил все полиции. Он выходит из ворот с рюкзаком в руке, а рядом с ним идет учтивый полицейский лет тридцати.

– Спасибо за помощь, сержант, – сосредоточенно и хмуро произносит Леон, а потом, словно только заметив, поворачивается к Зои. – Милая, почему ты приехала?

– Я не могла ждать тебя, не понимая, что произошло! – высоким плаксивым голосом отвечает она, бросаясь к Леону. – Что с дядюшкой?

– Это и есть ваша невеста? – мягко улыбается полицейский.

– Его девушка, Зои Харпер, – краснея, поправляет она.

Леон округляет глаза, и полицейский смущенно замолкает и опускает взгляд на свои бумаги.

– Мистер Гамильтон, когда вы планировали вернуться в Нью-Йорк?

– Завтра вечером. Но если я нужен следствию, конечно, готов задержаться. Милая, мы же поможем полиции?

– А что случилось? – складывает брови домиком Зои.

– Кто-то стрелял в дядюшку Хью сквозь окно, и…

Леон закрывает глаза и сокрушенно качает головой. И на что он жаловался?! Таким мягким и добрым человеком он не выглядит даже во сне!

– На твоих глазах?! – ахает Зои и наконец бросается в слезы.

Теперь становится заметно красное пятно на его щеке: наверное, поначалу охранники приняли за убийцу…

– Сержант, мы сейчас вам нужны? – поворачивается к тому Леон. – Боюсь, Зои тяжело принять новость.

– Я попрошу вас приехать в участок в понедельник.

– Конечно. Мой номер записали? Мы задержимся в Лондоне.

Перебросившись еще парой слов, Леон с Зои и полицейский расходятся в разные стороны.

– Умница, – шепчет ей на ухо Леон.

Они возвращаются в отель: если все получилось, значит, где-то среди ее книг лежат бумаги, которые нужно перепрятать в чемодан. Всю дорогу молчат, и, хотя Зои и разрывает от вопросов, она держится до конца.

Леон впервые намеренно взял ее в свои дела с синдикатом. И пусть ее роль была совсем небольшой и даже незначительной, она все равно дарит новые ощущения.

– Какая же ты умница! – Леон подхватывает ее на руки, как только за ними закрывается дверь. – Теперь никому и в голову не придет, будто я мог приехать за чем-то другим. А если сержант спросит у охранников, они вспомнят, что весной я приезжал с тобой. Мы как раз застали обе смены.

– У тебя получилось?

– Даже лучше, чем ожидал.

Они садятся на кровать и тут же достают книги из рюкзака.

– Здесь два комплекта, – предупреждает Леон. – Я добыл и документы на Эвинга тоже. Возьмем с собой, подарим Руби.

– Вам и правда стоит познакомиться, – вспоминает Зои, – а то ты ей не нравишься.

– Ничего удивительного: я никогда не нравлюсь журналистам.

Он подробно рассказывает о том, как все прошло, пока они вместе сортируют бумаги. Зои не встречает ничего нового, более того – здесь недостаточно доказательств. А история с мертвым копом просто смехотворна: сами по себе фотографии тела в одной папке с показаниями против угонщиков ничего не значат. Убийство произошло восемь лет назад, даже если останки найдут, откуда там следы чужого ДНК?

– Барон Бакстон не слишком заморачивался, – замечает она, упаковывая документы Грега Эвинга в чемодан. – Я бы даже сказала, он ленился.

– Удивлен, что папка вообще не пуста, – поджимает губы Леон. – Я только сейчас понял: нас всех больше пугала неизвестность, само наличие компромата. И каждый додумывал, что там. По сути, Бакстон мог просто блефовать, и мы повелись бы.

– Я все время думаю, – садится на кровать Зои, – разве Арчер не может сдать тебя полиции как сообщника? Или Эвинг?

– Не переживай, я не работаю с теми, кто не боится смерти.

– А я не работаю с теми, у кого родинки на жопах, – язвит она, – но на мой вопрос это не отвечает.

– Каждый в синдикате предупрежден: если они назовут мое имя полиции, случайно или намеренно, до конца своего тюремного срока не доживут, – терпеливо объясняет Леон, – так что оба будут молчать. А еще меня сложно притянуть, потому что мои руки не коснулись ни одного бакса из их денежного потока. Даже Руби копала сколько времени, и все равно ей чего-то не хватало.

– Тебе платил сам барон?

– Он переводил что-то вроде зарплаты на офшорные счета, оформленные на близкую подругу моей матери. Они обе живут на эти деньги, я только ими управляю. Видишь, мне даже не нужно их отмывать, каждый цент на моих счетах легален.

– Ничего себе, – приподнимает бровь Зои.

Леон садится рядом с ней и переплетает их пальцы.

– У меня все под контролем, – обещает он. – Мы уничтожим наши документы здесь, в Лондоне. Не будем рисковать и тащить их через океан.

– Знаешь, единственный человек, которого мне жаль во всей этой ситуации, – Бонни Эвинг.

– А что с ней? – задумчиво спрашивает Леон.

– Руби сказала, она беременна. Даже с их богатством растить ребенка, пока отец в тюрьме, – это так себе идея, – объясняет Зои.

Лицо Леона меняется, глаза округляются, а брови сходятся на переносице. Сначала он даже ничего не отвечает, но после короткого размышления тяжело вздыхает.

– Давай кое-что проверим.

Он берет телефон и набирает кого-то из адресной книги.

– Бо, привет. Прости, что обращаюсь с такой просьбой, но не могу дозвониться до Грега Эвинга, а он мне очень нужен. Он не у тебя?.. Ах вот как. Нет-нет, спасибо, поищу дальше. Я?

Леон поворачивается к Зои и оглядывает ее с ног до головы.

– Нет, я, пожалуй, тоже пока воздержусь.

Отключив звонок, он поднимается и хмуро смотрит на чемодан.

– Ебаный Грег, почему именно сейчас, – протягивает руку он, – дай мне его документы.

– Что ты собираешься с ними делать?