Чтение онлайн

Недоговариваешь. Четко и конкретно не говоришь, только размышления.

— Здесь же недалеко, близь реки родников много, так.

— Ну, так.

— А еще обзор на реку хороший и руины здесь и дальше. Ближе к Воронежу — Казарское поле. А тут, в дубраве, курганов много.

— Откуда знаешь? — В голосе Григория слышалось удивление. — Ты же не местный, московит.

— Меня в Москве казак учил, рассказывал.

— Вот оно как. Хорошо он места знал. Местный, что ли?

— Не знаю, говорил с ним несколько раз.

Спишем мои познания географии близ Воронежа на обучение того самого Корелы.

— Ладно. Надо ехать. — Григорий направился к лошади.

— За ними?

Подьячий остановился, повернулся.

— Куда? В чащу. Лошади ноги переломают. Опасно. Да и кого мы там ловить будем?

— Разбойников. Ты же сам к этому подвел. Они это. Награбленное везли. А раз торопились, думаю, ночью лодки там к берегу подойдут.

— Думаешь, к Маришке пойдут? — Дворянин погладил свою тонкую козлиную бородку.

— Уверен. А что до коней, так мы по чужим следам пойдем. Не спеша, с толком, с расстановкой.

Нежелание местных служилых людей гонять всякую сомнительную сволоту и наводить порядок меня поражало. У вас здесь под боком кто только не лазит, чего только не творит, а вы дальше своей околицы нос не суете.

Злость стала накатывать. Сердце забилось быстрее.

— У нас дело важное. — Служилый человек не унимался. Не хотелось ему на рожон лезть, и я это понимал. Но не принимал! Нас четверо, а тут…

— Сколько их?

— Думаю, прошло пятеро, и еще две вьючные лошади. Но если они идут к реке, то у них там логово оборудовано. Может быть, и десяток и два, а нас…

— Нас рать. — Криво усмехнулся я.

Вот ты и выложил то, что мне нужно. Сколько их могло быть, сколько везли.

Григорий уставился на меня с неудовольствием. В глазах его я видел борьбу. Страх сражался с чувством долга. Защита людей, живущих на земле — самое важное дело. Без них — смерть.

— Разбойники там, товарищ мой. Еще одно воровское логово. А раз груженые шли, добра набрали. Надо свернуть, глянуть и побить их всех. Чтобы не повадно было. Мы кто?

— Мало нас, боярин.

— Едем.

Лица моих спутников не выражали энтузиазма, но все же наш небольшой отряд свернул с намеченного в Воронеж пути и пустился по следам, уходящим в более густой лес. Я вспоминал, как лазил в свое время по Нагорной дубраве. Место заросшее, осмотр там плохой, притаиться легко, буераков масса.

Отличное место для засад.

Сейчас, правда, весна. Подлесок еще не весь листвой покрылся, негустой. Да и травы еще не много. Это и плюс, и минус.

Без знания дороги заплутать можно.

Но, раз они на лошадях прошли, значит — и нам можно. Разбойники вряд ли далеко от лагеря будут сторожевой пост делать. Но точно будут. Если они, конечно, не полные идиоты. А на дурость людей надеяться — план очень плохой.

Следы петляли. Те, кто промчался перед нами, точно знали, куда и как пробираться.

— Григорий. До реки далеко?

— Верста, около того. Мы же забрали к закату. Не хотел я по берегу идти. Там, где песок, кони вязнут, а где луг, вообще неясно, куда ногу ставить. Думал все эти буераки стороной объехать.

— А до родника ближайшего?

— Эка ты. Настолько хорошо местность не знаю. Родников много. До руин старых, под которыми один из ключей бьет, версты две где-то. Думаю так. Бывал я там. Страшное место. Курганы вокруг в лесу. Смертью пахнет.

— Кого же хоронили там?

Скифов, как говорила нам официальная история. Вся северная часть Воронежа — их захоронения, а в Нагорной Дубраве, по реке Воронеж старые города стояли. В мое время от них не осталось ничего. Сейчас в начале семнадцатого века, может быть, еще что-то было. Руины какие-то могли сохраниться. О них и говорил служилый человек.

— Знамо, кого. Тут же с юга испокон веку из Поля разный народ идет, ну а мы их бьем. Отцы, деды, прадеды. Вот и… Курганы. А раньше, как говорят, город был, Вантитом звали. Казарские люди и русские люди в нем жили и торг вели.

— Вот оно как.

Я улыбнулся. Легенды про Вантит дошли и до моего времени. И вроде бы как раз в этой местности он и располагался по версиям ученых.

Дворянин тем временем продолжал.

— Сказки это все. Татары, ногаи, казары, все, кто из степи идут. Они редко торгуют, больше жгут и грабят. В полон берут и к туркам угоняют. Русский город, в это могу поверить. Ну и разграбили его, когда Бату орду свою повел на нас. Так сожгли, что все быльем поросло и лесом. На севере есть легенда про ушедший под воду город. А у нас тут и без легенды… Место, где лесом руины поросли.

Григорий оказался неплохо подкован в истории государства русского.

Внезапно он поднял руку, остановил.

— Здесь они спешились.

Дальше было видно, чуть путь наш лежит по склону оврага к ручью, а потом вверх.

— Идем тихо, тихо. — Приказал я.

Так, мы продвинулись еще метров на тридцать. Остановились. Я прислушался. Где-то вдали, на грани слуха, казалось, мне, слышится смех и крики.

— Какой план? — Пробурчал Пантелей.

Перед нами овраг, на другой его стороне, сильно забирая вправо — их логово.

Можно было бы здесь лихо влететь в их стан, так и сделал бы. На скаку в броне на себя бы отвлек, а товарищи бы подоспели. Разбойники такой наглости не ждут, даже если сторожей выставили, не успеют среагировать.

Но, беда! Здесь не получится так. Конь ноги сломает, подъем не вытянет, а на взгорке точно засада сидит. Это зуб даю. Надо разведать.

— Я сейчас.

Быстро юркнул в заросли, пробрался аккуратно еще метров тридцать по бровке. Ага. Вон они сидят. Место хорошее выбрали, но тропу видно и они прямо на ней. В лоб не взять, подъем крутой, тревогу поднимут.

Надо обойти.

Вернулся.

— Так. Дозор я увидел. Есть мысль. — Я посмотрел на служилых людей и своего слугу. — Я сейчас их обойду. Один там или двое. Место хорошее есть. Просто так отсюда не пройдем, увидят. Охрану сниму. Сигнал подам, вон оттуда. — Указал рукой на массивный дуб, нависающий над оврагом. — Дерево разлапистое, ориентир.

Он как раз прикрывал нашу текущую позицию от подъема. Пройдем его, нас заметят.

— А потом что?

— Потом вы вдвоем идете мне на помощь, тихо, без коней. Обходим их лагерь и нападаем. Ванька, ты здесь остаешься, сторожишь. Ясно.