Чтение онлайн

Цветочный аромат, мягкое освещение, два фужера с недопитым вином и легкая закуска на симпатичном столике, тонкие ножки которого, словно гибкие стволы молодых деревьев, переплетались между собой и уходили корнями в пол — все вокруг располагало к доверительной беседе, но доверять своему новому знакомому я почему-то не спешила. Просто слушала, переваривала информацию и… постепенно выпадала в осадок от своих жизненных перспектив.

Да, я беременна! И это означает — пленница и смертница одновременно. Пленница, потому что отныне моя связь с отцом ребенка настолько крепка, что он сможет отыскать меня везде и всюду, чтобы вернуть обратно в устроенную им золотую клетку. Даже многовековое проклятье для счастливого папаши теперь не преграда. А смертница потому, что там я проживу, если так можно назвать существование в неволе, положенное количество месяцев до появления на свет ребенка и благополучно скончаюсь при родах. Или же меня добьют (в соответствии все с тем же мерзким ритуалом, который я якобы прошла) после них, если вдруг окажусь чересчур выносливой.

Вот ведь… твари неблагодарные!

Но и это еще не все. Так как чадо, из-за которого столько шума, будет не обычным малышом, а новым воплощением Древнего, мое тело в ближайшее время претерпит ряд изменений, которые помогут нестандартному плоду спокойно развиваться в утробе. Я тут же представила себе возможные мутации с отрастанием новых рук и покрытием кожи защитной чешуей, сглотнула от нарисованной воображением картины и, откинув такие неэстетичные мысли в сторону, решила для начала выяснить у собеседника, кто такие Древние на самом деле? Из пространной речи Кир-Кули на заданную тему мне удалось понять лишь то, что эти существа являлись создателями семисот объединенных миров Тайлаари, из которых и был вырван Неронг со всей честной компанией. Древние олицетворяли собой то ли богов, то ли магов с запредельными возможностями и двумя дополнительными парами верхних конечностей, которые назывались Руками Силы.

Ну вот, не далека моя догадка была от истины. Плавали — знаем. На стенах нижнего города была изображена целая история жития-бытия данных товарищей. В картинках! И ничего хорошего, судя по ней, они из себя не представляли. Вон, какие жестокие ритуалы напридумывали, уроды паукообразные!

Из дальнейшего рассказа белолицего стража я поняла, что ни божественность, ни магические способности не уберегли "многоруких мутантов" от вымирания. Впрочем, по другой версии, Древние организованно покинули основанную ими цивилизацию и свалили в неизвестном направлении, бросив осиротевшие миры на произвол судьбы. Так или иначе, но исчезли эти существа около трехсот тысячелетий назад, и до нынешнего момента провести ритуал Возрождения [24] никому не удавалось. И не только потому, что его инструкцию практически невозможно было найти. Главной причиной являлось отсутствие подходящего родителя. Раньше, как пояснил Кир-Кули, сославшись на какие-то летописные источники, о которых я, естественно, не имела ни малейшего представления, отцом ребенка становился другой Древний, а матерью — девственница из любой расы, но непременно со слабым магическим даром, а лучше и вообще без него. Это вроде как нужно было для того, чтобы избежать конфликта сил. Женщина являлась чистым сосудом без примесей инородной магии. Во всяком случае, я именно так поняла его слова.

Девственница… Что-то в этой головоломке не сходилось. Либо мои недавние приключения в карете были одной из галлюцинаций накаченного мелкой [25] организма, либо я переспала с… Сэн? О-о. Но каким чудом тогда состоялся ритуал? Кир-Кули показывал мне свиток с рисунком, копию которого мне уже доводилось наблюдать на своей спине раньше. Для пущей уверенности, я под заинтересованным взглядом гостеприимного хозяина стянула с себя удобный плащ, подошла к висящему на стене зеркалу и, приподняв нижний край подранного топа, принялась изучать цепочку пресловутых символов на коже. Точное попадание! Все до последнего завитка соответствовали изображению на бледно-желтом листе, таком же, как те, что хранились в лаборатории наместника Неронга. Я обреченно вздохнула, Кир-Кули довольно усмехнулся. Какое у нас потрясающее "единодушие", однако!

Вернувшись на диван, закутала обнаженные плечи в подаренную стражем вещь. Больно уж неловко было чувствовать внимательный взгляд блондина на открытых участках своего тела. Такие холодные голубые глаза… и так горячо от их оценивающего взора. Что он, интересно, пытался во мне рассмотреть? Первые признаки беременности, что ли? Так за один — два дня ее и в микроскоп не заметить, не говоря уже о внешних изменениях в строении женской фигуры. Или это он прикидывал, стоит ли связываться с такой потрепанной курицей, как я? А может, метаморфозы, о которых заикался ранее, искал? Те, что по умолчанию прилагаются к ритуальному зачатию уникального отпрыска.

Когда я спросила стража о них, он ответил, что мой организм будет накапливать и приумножать энергию, необходимую для того, чтобы выносить ребенка. В голове всплыла плита-источник, на которой я спала, и мои необычные сны. Н-да… вот оказывается, где собака порылась. А еще… еще он сказал, что именно эта энергия ему от меня и нужна. Для того чтобы избегать магического истощения во время использования чар. В обмен мужчина пообещал мне защиту и… жизнь. Гораздо более продолжительную, нежели обычная человеческая, не говоря уже о несчастных девяти месяцах, отпущенных ритуалом. Хотелось бы мне знать, что за энергия у меня в организме накапливается, раз за нее такие щедрые предложения делают.

Рука непроизвольно потянулась к недопитому вину. Мысли в голове перепутались, пытаясь объяснить ситуацию на основе новых данных. В том, что Кир-Кули не лжет, я почему-то не сомневалась. Зачем ему это? Разве что свой вклад в наше возможное сотрудничество немного приукрашивает. С другой стороны, на дурака он не похож, значит, прекрасно видит, что за неприспособленное к местной жизни создание примостилось на краешке его шикарного дивана. Если меня не защищать, я тут и дня не проживу: попаду в "дружеские" объятия маануков или познакомлюсь с какой-нибудь другой разновидностью местной фауны, у которой, наверняка, найдутся для меня и когти, и клыки, и еще какие-либо сюрпризы. Но даже если мне посчастливится не стать чьим-то завтраком или просто жертвой звериного произвола, я вряд ли протяну долго. Как-то не довелось в полной мере с походной жизнью познакомиться в моем цивилизованном мире, где была квартира со всеми удобствами и родители, которые всегда помогали, поддерживали, утешали, в конце-то концов. А тут… эх!

Погруженная в свои размышления, я пригубила содержимое высокого фужера. Багряная жидкость коснулась приоткрытых губ, а взгляд рассеянно заскользил по декоративной растительности, которая обвила металлическую раму высокого окна. Белые бутоны отражались в темном, почти черном стекле, сквозь него едва просматривался окружающий пейзаж. Я молчала. Мой новый знакомый тоже. Тишина казалась какой-то неестественной, будто мы находились не в комнате, а в звуконепроницаемой камере с имитацией домашнего интерьера. Ни шума с улицы, ни скрипа мебели, ни шелеста одежд.

Решив хоть немного разбавить этот звуковой вакуум, я переменила позу, закинув одну ногу на другую, и поправила складки серебристого плаща, расставаться с которым в ближайшем будущем не собиралась. Как-никак единственная приличная вещь у меня теперь, к тому же дареная. Сделав еще один маленький глоток терпкого напитка, я вдруг ощутила, как мягкий ворс белого коврика ласково лизнул мою ступню. Рука дрогнула, выпуская фужер. Он с громким стуком упал на пол, обагрив его своим содержимым. Тонкие ворсинки начали активно собираться в пучки и, словно шерстяные языки, принялись лакать темную жидкость, почему-то сразу не впитавшуюся в ковер, но активно потребляемую им теперь. А опрокинутый фужер медленно погружался в это копошащееся внизу безобразие, как в трясину, пока не исчез окончательно.

Я даже завопить не смогла, мышцы на лице так свело, что двигать ими было крайне проблематично. Сглотнув, приподняла ноги сантиметров на двадцать над полом, продолжая ошарашено наблюдать за процессом то ли позднего ужина, то ли оперативной уборки помещения. От этого занятия меня отвлек смех мужчины. Да уж, наверное, я и, правда, представляла собой веселое зрелище. Бледная, как мел, девица с перекошенной рожей и круглыми глазами. Сижу в неудобной позе и боюсь двинуться — картина маслом просто!

Прикрыв ладонью рот, Кир-Кули откровенно потешался над моей реакцией. Ну вот, как и тогда, при нашей первой встречи на "Кладбище невест", и потом на озере… Может, ему не только энергия сейлин нужна, но еще и шут в услужении? Тонкие лучики играли возле внешних уголков его прищуренных глаз, в которых плясали голубые искорки. Ну, хоть кому-то здесь весело. Полюбовавшись на его довольную физиономию секунд десять, я, наконец, взяла себя в руки, и, плюнув на неподобающее в гостях поведение, забралась с ногами на спасительный диван, ибо желания соприкасаться с прожорливым мохнатым существом, косящим под ковер, больше не возникало. Вот, как пить дать, это оно меня изучало, и оно же ко мне принюхивалось! Передернув плечами от этой мысли, я закуталась в приятную материю длинного плаща, спрятавшись под ним, как под покрывалом.