Чтение онлайн

«И до тебя доберусь. Только вот разберусь с Пожирателем и головной болью».

Элвинг потрясла сумку и ещё раз обшарила карманы – ни одного эликсира. Как бы ей сейчас пригодился пузырёк азурила!

Рёв рога не стихал. Казалось, он всегда был, гулом разрывая сознание. Эша сложила свои «богатства» в сумку и направилась к выходу. Тут её взгляд упал на толстую подставку из холодовика. Так называли камень, который в любую погоду был словно выточен изо льда. В Аббарре на такие ставили кружки с напитками, чтобы сохранить свежесть даже в жару. Эша с благодарностью к хозяину дома, природе и счастливому случаю приложила подставку ко лбу. По телу разлилась волна облегчения. Ёжик боли втянул иголки. Хотя слабость и не прошла, но элвинг почувствовала себя гораздо лучше и шагнула за порог.

По мостовой текла река аббаррцев. Взволнованные бисты и аллати спешили к площади торгового кварта. На лицах читалась тревога. Мужчины хмурили брови, женщины прижимали детей к груди, не зная, следовать ли за супругами, или остаться дома. Все взгляды были обращены вверх, к Центральной Башне. Именно с неё, над великими часами Аббарра, пел Рог Скорби, словно говоря, что беда не выбирает лучшее время.

Эша сделала несколько шагов. Живой бурлящий поток подхватил её и понёс вперёд. Кто-то врезался в больное плечо. Холодовик выпал из руки, и мир вокруг поплыл. Чтобы не упасть под ноги толпы, элвинг с трудом добралась до края дороги и опёрлась о стену дома. Камень был тёплый, нагретый беспощадным Ортом. Но тут она хотя бы не боялась упасть.

Белые пятнышки в глазах вновь начали активно заклеивать мир молочной пеленой. Казалось, этот рёв никогда не закончится. Но неожиданно Рог смолк. Бурление тхару, топот ног и копыт по камням, крики то тут, то там – всё это показалось благостной тишиной, что прохладной водой омыла сознание, и Эша вымученно улыбнулась.

– Ужасно выглядишь, подруга, – услышала элвинг знакомый голос. – Что стряслось? Ты какая-то бледная, словно в молоке кулу вымоченная.

Эша повернулась на голос. Слишком резко: ноги подкосились, и она бы обязательно рухнула на мостовую, но сильные руки молниеносно подхватили её за талию. Девушка практически уткнулась носом в сверкающий медальон в виде головы тигролка. Эша замерла, всматриваясь в изумрудные глаза серебристого зверя, что часто красовался на оружии и одеждах нордных, северных наёмников-бистов. Но этот, с клыками как у вайнуру, снежного тигра с предгорья Северных Земель, был ей хорошо знаком. Сердце застучало быстрее. Подняв голову, элвинг увидела блестящие янтарные глаза.

– Что ты тут делаешь, Грав? – Эша попыталась улыбнуться, ведь она действительно была рада увидеть старого приятеля. – Не знала, что ты всё ещё на Мэйтару.

Бист, улыбнулся в ответ, сверкнув белоснежными клыками, которые и принесли ему прозвище – Клыкарь.

– Тебя спасаю, принцесса. Слышал, тебе здорово досталось.

– Как только ты успеваешь собрать все сплетни пустыни?

– Я просто держу руку на пульсе, – бист сжал когтистую лапу у самого носа элвинг и, шутя, щёлкнул Эшу по носу.

Прикосновение отозвалось новой волной боли. Увидев, как сморщилась элвинг, бист засуетился:

– Прости, Ашри, не думал, что всё так плохо. Хочешь, я тебя на руках понесу?

– Даже не мечтай! В последний раз ты меня чуть не утопил в болотах Тар-Витару.

– Но не утопил же! – хмыкнул бист.

– Но твои ноги заплетались так, что это скорее удача, что я осталась жива.

– Мои, может, и заплетались, а вот твои тебя совсем не держали!

Боль снова пронзила висок, и Эша ухватилась за Грава.

– Держу, держу, – сочувственно промурчал Грав, если клыкастые горные вайнуру вообще способны мурчать.

Опираясь на друга, Эша дошла до площади, где обеспокоенные горожане ожидали заявления управляющего сектором. Трибуна была пуста. До неё от того места, где остановились Эша и Клыкарь, было не меньше пары сотен шагов. И всё это пространство было заполнено жителями и гостями торгового сектора. Эша посмотрела вверх. Из всех окон торчали головы, а на крышах и столбах, словно птицы, стайками устроились ребятишки. Бистов было большинство, что неудивительно. Аллати в Аббарре было немало, но традиционно они в основном селились вокруг башен Син и Силы. Элвингов же совсем не было видно. Но толпа была столь напугана и взволнована, что совершенно не обращала внимания на длинные уши Эши.

Клыкарь встал за спиной элвинг, чтобы уберечь подругу от падения и натиска толпы. Он похлопал себя по стёганому жилету, проверил пару карманов, расстегнул сумку на поясе и, наконец, нашёл, что искал – небольшой мешочек бордового цвета с синими завязками. Осторожно раскрыл и, взяв руку Эши, вытряхнул ей на ладошку ярко-зелёный сморщенный шарик.

– Что это? – недоверчиво спросила Эша.

– Плод ампутампу – верное средство от головы. Это чудо с острова Мантупатанья, на востоке архипелага.

– От головы, говоришь? – Эша покрутила шарик и понюхала – тот еле уловимо пах воском. – Голова мне ещё нужна.

– Я хоть раз тебя обманывал? Ешь! Станет лучше!

– А может, азурил найдётся? – с надеждой спросила Эша.

– Ампутампу действеннее, – возразил Грав, намереваясь уже засунуть шарик в рот подруге.

Элвинг отмахнулась.

– Видимо, это моё проклятие: друзья со страстью к народной медицине и бритым вискам.

Эша выразительно посмотрела на выбритую клиньями голову биста. Похоже, за последний оборот у него добавилось новых шрамов. А ещё бист, казалось, прибавил в плечах, заматерел и…

– Да, ушастая, я неотразим, – оскалился Грав, перехватив её взгляд. – Жуй лекарство, пока не влюбилась.

– И скромен до ужаса, – хмыкнула Эша.

Вздохнув, она положила шарик в рот и, разжевав, проглотила. Клыкарь уже протягивал ей флягу. Сделав глоток, Эша выпучила глаза и начала хватать ртом воздух.

Бист недоуменно подхватил флягу, нюхнул, отпил, крякнул и спрятал в карман.

– Прости, перепутал, – и протянул элвинг другую, уже с водой, которую девушка вмиг осушила наполовину.

– Может, ты мне и вместо ампутампу, перепутав, скормил крысиные какашки? – заворчала Эша.

– Может, – рассмеялся Грав.

Эша ещё что-то хотела сказать, но неожиданно толпа смолкла, и элвинг развернулась, устремив взгляд на трибуну.

Хранитель торгового сектора, крепкий седой бист с расписанными золотом рогами и украшенной драгоценными застёжками бородой, приветствуя собравшихся, поднял руку и приложил её к сердцу в знак служения городу. Поверх белых с алым узором одежд висела массивная цепь с золотой пластиной, похожей на неправильный ромб – один из шести лепестков власти, символов сектора, которые вместе образуют цветок Аббарра.

– Рог Скорби пропел свою Песнь, – возвестил хранитель, и голос его раскатился по толпе с не меньшей силой, чем гул до этого. – Как один из шести, я выбран быть его голосом. Как тот, кто служит городу, я доношу волю Великого до вас.

Хранитель прервался. Эша удивилась, как слово одного может повелевать многими. Толпа притихла, ловя каждый звук.

– Вэл Тар Орму, справедливый и первейший хранитель Аббарра, заботясь обо всех и о каждом, закрывает внешние и внутренние ворота Чёрного Цветка. Пока продолжается изоляция секторов, всем аббаррцам и гостям нашего славного города необходимо соблюдать комендантский час. С заката до восхода улицы должны пустовать. Всем местным жителям просьба немедленно пройти в свои дома и ждать досмотра и дальнейших указаний. Всем прибывшим – приготовить документы и пройти процедуру проверки по месту нахождения. Всем караванам проследовать в Павильон досмотра или к складам Морских ворот. Нарушители общественного порядка будут наказаны. А теперь прошу всех разойтись. Да смилостивится Пламя, да уберегут нас Белые Псы.