Пепельная Пустошь: Новая земля
Шрифт:
Он полез в карман за ежедневником, но горячая обшивка смялась под пальцами. Сармат отдёрнул руку, сообразив, что скирлиновая бумага на такой жаре «потечёт».
– Ладно, зайду во Фн’аск – покажу. Там несложный механизм, Серые Сарматы с ним помогут.
– Твоя броня уже еле держится против огня, - заметила кимея, шевельнув вибриссами. – Не лучше ли отойти от лавы? Эти горы ещё нескоро успокоятся…
«Опять я отвлёкся на какую-то ерунду,» - Гедимин, досадливо щурясь, отступил от раскалённого потока на десяток шагов. Кимея убрала высохший свиток и оглянулась на вулкан.
– В прошлых записях эта гора не была огненной. И странно огонь проложил путь – не вверх, а вбок.
– На террасе под жерлом был сарматский рудник, - буркнул Гедимин. – Вулкан вылез прямо над ними, еле успели улететь.
Кимея навострила уши и потянулась за свитком.
– Давно ли он был построен? Об одном руднике вашего народа в Хельских горах мы слышали. Но об этом, новом, - ни разу.
«Хельских?» - повторил про себя Гедимин. «Да ну их с их видовыми акцентами. Хельские так Хельские.»
– Недавно, - сказал он. – Вот это мне и не нравится. Я тут слышал, что под горами работают существа… Народ Н’гар. Что они правят тектонику вручную. Тут кто-то из них есть? Ты с ними говорила?
Инся навострила уши.
– Да, могучие Нэрэйны поднимают эти горы. И высокие пики Кейуль на севере. Но сейчас тут, внизу, никого нет. Направленный огонь течёт там, где проложил русло.
Гедимин еле слышно хмыкнул.
– Нэрэйны?.. Тут их нет, ясно. Где их найти? Мне не нравится, что они мешают сарматам. Мы им ничем не вредили.
– Вот этого я не знаю, - ответила Инся. – Нэрэйны редко всплывают из подземного огня. И о своих делах говорить не любят. Но я не слышала, чтобы у них с сарматами была вражда. Если могучие Нэрэйны на кого-то злы – он поймёт сразу, поверь. Они в самом деле могучие. И остановить их могут только боги. А ваши города – и под землёй, и наверху – стоят нерушимо. Нет, едва ли Нэрэйны сочли вас врагами…
«Ну, допустим…» - Гедимин оглянулся на горы. «Может, рудник ни при чём. А жерло нужно было именно здесь, его и проделали. Я-то никогда не управлял вулканом. Но связаться с Нэрэйнами было бы полезно. Чтобы таких несостыковок избегать.»
– Командир у них есть? – спросил он. – Может, его найти проще?
Кимея вскинула голову, заглядывая сармату в глаза, и странно усмехнулась.
– Командир?.. Если ты про старшего из них, Илкора Серебряного, - он глубоко в огненном сердце, где зарождаются все потоки. А если про Куэсальцина, Древнего Владыку, - он везде, где огонь. Но он не всем отвечает – и…
Кимея вздохнула.
– Трудно выстоять под его взглядом хоть миг. Он один из старейших богов всего Иша. Мы сами мало знаем о его путях.
Гедимин мигнул. «Так. Ещё и боги. Если кого-то опасается кимея…» - он посмотрел на многослойный подол Инси, даже не почерневший в раскалённом воздухе. «К Куэннам ходить они не боятся. А мне и от Куэннов прилетело…» - ему захотелось потереть затылок, но он придержал руку. «Ладно, запомню на всякий случай. Илкор сидит где-то в ядре планеты, остальные – в мантии, и их не выловишь, а Куэсальцин – вообще бог. М-да. Если что-то подобное с тобой враждует – этого, правда, трудно не заметить. Если успеешь. И парой-тройкой рудников не обошлось бы.»
…В наушниках сдержанно фыркнули.
– Информатор – фелиноид, гуляющий по лаве? А на переговоры, если что, придёт живой вулкан или мантийный плюм?.. Да, если это правда – нашу планету изрядно перекорёжило. Может, и к лучшему, что сверху ледник. Кого как, а меня во всё это лезть не тянет. Наши там, на юге, не поспешили подниматься?
Гедимин покачал головой.
– Планету перекорёжило. И это теперь надолго. Не сидеть же под землёй миллионы лет…
21.02.253 от Применения. Западная пустошь, Взрывные горы
Портал среди вулканов Гедимин нашёл. Близко подходить не стал – хватило данных сканирования и дозиметрии. Волны медленной пульсации расходились от Провала далеко на север. И фон самих гор не «забивал» их, хотя над ними поднимался очередной дымный столб, а предгорья ощутимо трясло чуть не каждый день. «Могучие Нэрэйны» «запустили» вулканическую цепь и погрузились обратно в мантию… а может, им для «запуска» и подниматься было ни к чему – выдернули какой-нибудь плюм ближе к поверхности. Гедимин плохо представлял, как это работает, особенно при «ручной настройке», но здоровенный «фонящий» сгусток под горами приборы засекли бы, хоть неподвижный, хоть скользящий. Сармат, помня, как по чистой случайности наткнулся на двоих «квантовых», «просветил» Взрывные горы с востока на запад. Если Вольты в «собранном» виде накрывали собой сотни метров, Нэрэйн должен был «расплываться» на километры, а то и десятки, - но ничего похожего под луч не попало.
На склоне тревожно закричали пищухи. Гедимин замедлил шаг. «Меня видят?» - он оглянулся на холмы – их закрывал кустарник и молодые деревца Ифи. И в них было что-то странное… Сармат пригляделся было к листьям, но тут над головой мелькнула тень – слишком разлапистая для летучей рыбы, слишком узкокрылая для электрофага.
Он вскинул голову и ошалело мигнул. Тут же мелькнула вторая тень, чуть крупнее. В небе две птицы – определённо птицы, с пернатыми крыльями и хвостами – преследовали друг друга. Одна скрылась за деревьями, вторая, выписав в небе полукруг, вдруг резко пошла к земле. Пищухи заорали. Птица, сжимая в когтях мохнатую тушку, вылетела из перелеска, на метр разминулась с сарматом и поднялась выше, к ещё не общипанным деревьям. Сканер запоздало мигнул, опознав и добычу, и хищника. Пищуху поймал ястреб.
«М-мать моя колба!» - Гедимин тронул нижнюю ветку ближайшего деревца. У Деревьев Ифи всегда было много побегов снизу, и ветви они норовили растопырить от самой земли – но тут все молодые отростки кто-то старательно обгрыз. «Пищухи по веткам не лазят. Мелкая моджиска не достала бы. Крупная – уволокла бы всё дерево…» - сармат направил сканер на странные погрызы на коре и ветвях, потом, опомнившись, - на лесок вдоль ручья. С озера донеслись резкие крики – то ли гогот, то ли кряканье – и пронзительное мяуканье, которое даже Гедимин опознал на слух. «Чайки. Птицы вернулись. Что говорил Кронион? Самый верный знак?..»
Вернулись не только птицы. Много веток и травы в лесу было погрызено. На стволах виднелись свежие затёсы – кто-то тёрся рогами. Гедимин замерил высоту и сдержанно хмыкнул. «Дикий бык,» - он подобрал несколько длинных бурых шерстинок. «Ага, сканер его знает. Лесной бизон… правда, с мутациями. Похоже, профессор Маас открыл свой тайник. А там были и степные. Что ж, теперь будет кому чистить берега ручьёв.»
Тонкая тёмно-оранжевая тень мелькнула в ветвях, сверкнула белым пятном на груди. Мелкий хищник, оторванный от охоты на мышей, проводил сармата настороженным взглядом. Ещё пара шагов – и над клочьями бурой шерсти на коре дерева Гедимин увидел длинные глубокие затёсы. Кто-то провёл по стволу когтями в трёх метрах над землёй, помечая территорию. Со стороны ручья доносились плеск и чавканье. Гедимин развернул луч сканера и ошалело мигнул. Он предполагал, что корневища на мелководье копает медведь – но прибор опознал в здоровенном короткохвостом звере только сурка. Он и копал как сурок, загребая ил всеми четырьмя лапами. Выдранные с корнями растения, гнилые ветки, не успевшие увернуться раки и мальки, - всё летело на берег. Сурок-переросток развернулся на шорох рыбы, прыгающей к ручью, и поймал её пастью. Потом в его зубах захрустели корни, панцири раков, зелёные побеги. «Всеяден,» - отметил про себя Гедимин, высматривая на кустах следы рыжеватого меха с серым подшёрстком – надо было прихватить образец для Крониона. «А сами сурки… хм, они тоже от мяса не отказывались. Но размеры… С чего его так разнесло?»