Чтение онлайн

– А! – «серый» с рубцом на щеке опустил оружие и пихнул напарника в бок. – Эй! Это ты, что ли, Гедимин?

– Я, - сармат кивнул и попытался принять дружелюбный вид. – Чего тогда не отозвались? Вы из убежища в «Йыгеве»? Я помогал со строительством…

Оба сармата и таркон оскалились.

– Знаем, - буркнул «серый» со шрамом. – Иди с нами. Деннис велел, как появишься, привести к нему. Ещё сказал – «этот вернётся».

– Деннис Маккензи? – Гедимин ухмыльнулся было, но прикусил щёку, увидев, как на него со всех сторон озлобленно щурятся. Второй патруль – ещё двое «серых», такие же сморщенные и сгорбленные – остановился рядом. Из трещины в стене высотки (её заделывали, в проёмы вставляли вынутые откуда-то рамы с целыми «стёклами») выглянули рабочие – в мягких комбинезонах, шлемах, с открытыми лицами. Гедимин посмотрел на них и еле удержал дрожь. Под комбинезонами ещё лучше была видна деформация тел – сухие узлы мышц, складки кожи, широкие рубцы там, где она лопнула и кое-как заросла, ямки от заживших язв…

– Маккензи, - патрульный толкнул Гедимина в плечо. – Двигай! С-строитель, мать твоя пробирка…

Они свернули на знакомую улицу – там сармат два года назад выжигал надпись на стене высотки. Сейчас она уменьшилась до пяти этажей; обломки того, что было выше, похоже, ушли на «крепостной вал» по периметру посёлка-на-руинах. Остатки высотки достраивали – Гедимин слышал визг разрезаемого металлофрила, лязг пластин облицовки, скрежет конструкций, перетаскиваемых с места на место, и перекличку сарматов и тарконов – и те, и другие на стройке работали сообща. «С людьми поладили,» - Гедимин покосился на тени, мелькнувшие на втором этаже – там в окно выглядывали гуманоиды, даже для тарконов слишком мелкие. «Хорошо… Но что их изувечило? Если они были в Елгавском убежище, под надёжным экраном, - не могло же излучение просочиться… Или что-то с ЛИЭГами?»

Он невольно поёжился. С двух сторон презрительно хмыкнули.

– Хорошо было на безопасной станции, да, теск? Не то, что нам под урановыми пластами! Ел и пил чистое, сверху не жгло…

Гедимин мигнул.

– Под пластами? Разве вы не из убежища в Елгаве? Там же не было…

– Нас, - резкий голос прервал его спутанные мысли. У выхода из убежища, в этот раз открытого настежь, стоял сармат в тяжёлой защите. У пояса блестел бластер, за плечом – плазмомёт, на тёмно-серой броне почти не было сколов и царапин, лицо закрывал зеркальный щиток.

– Гедимин Кет, значит… - протянул он. – Как же, помню. Ну, чего уставился, канадец? Мы все теперь серые.

Он резким жестом сдвинул зеркальную пластину. Тёмно-серые складки кожи почти закрывали выцветшие глаза.

– Убежище в Елгаве… - он дёрнул сморщенным лицом, изображая ухмылку. – Хорошее убежище. Мы его взяли, само собой. Плата за «мартышечьи» ракеты… и вот это вот.

Он ткнул себя сжатым кулаком в грудь. Пальцы складывались как-то странно – видимо, деформация коснулась и их.

– Только поздно, теск. Чересчур поздно. Половина «Йыгевы» теперь ползает там, за стеной. Хорошее убежище вы, канадцы, нам построили…

Гедимин ошалело мигнул.

– Кто придумал закопаться в урановый сланец? – не выдержал он. – Я, что ли?! Я тогда ещё предупреждал – уран переродится и выжжет всё внизу! Это его излучением вас так…

– Высушило? – Деннис Маккензи снова дёрнул складчатой щекой. – Да, ядерщик. Ты-то знаешь, что эта дрянь делает с сарматами. А какой забавный телепорт ты нам подогнал! Пол-убежища перемололо в пыль. А твой альнкит не задело, так и светится. Будет теперь прок на добыче сланца.

«Телепорт? Так они пытались его применить после…» - грудь Гедимину сдавило ледяным обручем. «Так, стоп. Какой альнкит?!»

– Физика изменилась, - кое-как проговорил он – горло тоже сдавило. – Телепорты больше не работают…

– А сразу предупредить не мог?! – рявкнул ещё один бронированный сармат, с огнемётом и кинетической винтовкой за спиной. Он поднялся из Елгавского убежища и сдёрнул зеркальный щиток. Гедимин увидел тусклый глаз под наплывами чёрной кожи. Вторая глазница была пуста.

– Чего только ни молол, когда у нас копался, - а про это не мог сказать?! – «чёрный» шагнул вперёд и щёлкнул пальцем в перчатке по щитку у выбитого глаза. – Про эту грёбаную физику?! Знал же, как и про уран! Про лучи тоже знал? Что нас не убьют – но лучше бы мы сдохли?!

– Ченге! – прикрикнул на него Деннис. – Ну как же! Откуда физику-ядерщику знать такие вещи? Он ведь нас спасал. Убежище нам строил. Занятную игрушку подарил. Мы ведь благодарить тебя должны, да, канадец?

Гедимин угрюмо сощурился.

– Про уран на «крыше» я предупреждал. Лезть к «макакам» после Применения – не просил. А вот в убежище были медики. Что они сказали про вашу мутацию?

Оба командира криво ухмыльнулись.

– Не успели спросить, знаешь ли, - сказал Деннис. – Нас в Елгаве не ждали. А посреди зачистки разбираться было некогда. Но две сотни лет мы неплохо пожили… не считая вот этого.

Он пошевелил деформированными пальцами. Гедимина передёрнуло, и не от вида его руки – как определённо решил сам Деннис, судя по презрительному хмыканью. «Значит, уже после Применения, после мутации они прорвались в убежище «макак». И, естественно, устроили резню. Оружием запаслись заранее… спасибо тебе, Гедимин, за телепорт, кусок ты идиота…»

– На «Джойе» знают о вас. Там медики есть, - он сделал над собой усилие и взглянул Деннису в глаза. – Вы передали им образцы тканей? Что за болезнь у илгвенцев?

«На «Джойе» их называли мутантами…» - щёлкнуло в мозгу, и Гедимин быстро сглотнул, унимая подступающую тошноту. «Но если их накрыло во время Применения… двести лет, - не могла же эа-мутация всё это время идти и не…»

– Илгвенцы… - протянул Деннис. – Мы себя зовём Серыми. Да-а, на «Джойе» знают. И ваши главные тоже. Твоими стараниями.

Ченге скрипнул зубами.

– Кто просил трещать?! Мы слышали ваши станции! Если не ответили – это не просто так, а, ядерщик?!

– Мне-то откуда было знать, что вы ныкаетесь?! – огрызнулся Гедимин, глядя в угрюмо сощуренные глаза. Радужка уже не могла потемнеть – так её выжгло излучением…

– Вы говорили с «Джойей»? С «Эданной»? Узнали, что с вами? Вам помогут? – нетерпеливо спросил он. Деннис скрипуче хохотнул.

– Да-а. Помогут. И ещё помогут. Что с нами? А сам не догадался? – он рывком вскрыл рукав, показывая тёмно-серую ссохшуюся руку. Мышцы на ней были, и немало – только лежали странными наплывами и узлами, как и складки кожи над ними. Там, где она не свисала, а натянулась, виднелись ветвистые рубцы – будто плоть расплавилась и стекла, а кожа, не успев за ней, треснула.

– Эа-мутация, - медленно, по слогам, проговорил Деннис, глядя Гедимину в глаза. – Редкая форма. Замедленная. Очень замедленная. Не заразная. Пока так думают. Перепроверяют. Дело-то важное…

Он криво ухмыльнулся. Гедимин встряхнул головой, отгоняя багровую пелену, застилающую глаза. Очень тяжело было стоять на месте после слова «эа-мутация», но сармат не выбрал, схватиться за сфалт или удрать – только поэтому и застыл неподвижно. «Эа-мутация,» - пульсировало в мозгу, заглушая все сигналы извне. «Целый посёлок эа-формы. Пока что ходячей и в своём уме. Уже две сотни лет…»