Пепельная Пустошь: Новая земля
Шрифт:
Нанны-переговорщики, оставив самого старшего для присмотра, уже сворачивали стойбище.
– Тянуть некогда, - Айшер был не рассержен, но очень сосредоточен и деловит. – Полетим и вернёмся. С Нангером и другими Многопрядами, с сиригнами, с Мадиконой, пока лодка не уплыла. Эски – великие мастера, с ними должен говорить мастер. А раз они тяжело ранены – нужен лекарь. И – я хочу обсудить ещё с Ургулааном шахтёрские и кузнечные дела. Так что, Хедмин, если ты с нами…
Гедимин покачал головой.
– Я, что мог, сделал. Пора идти. Поговорю ещё со своими. Они про это место не знают.
Айшер шумно вздохнул.
– Ты, Хедмин, был бы не лишним. Но – и правда, с вашими вождями, кроме тебя, говорить некому. На обратном пути заверни в Нейю! Может, уговорим мастеров-эсков к нам переселиться. Живут же у нас сиригны и кимеи!
Пробегающий мимо зверёк с бело-серой шёрсткой остановился и коротко пискнул. Айшер хмыкнул в бороду.
– Да, нхельви тоже. Ну ты смотри, Хедмин! Когда им надо – всё понимают. А как прикидываются!
…До побережья было ещё далеко, но в небе прибавилось туч. Пастбища наннов и «город» Серых Сарматов остались где-то на востоке. Гедимин остановился, сверился с дозиметром, повернулся, разворачивая «щупы»-антенны передатчика, лицом на северо-восток.
– «Ларат», приём!..
В этот раз у приёмника был Исгельт – голос Айзека Гедимин пару раз слышал на заднем плане, но к устройству связи сармата не пустили.
– Ещё одни твои… старые знакомые? – Гедимин практически видел, как бывший адмирал тяжело опускает веки. – Для ходячей эа-мутации – подозрительно разумные и договороспособные. Пробы биоматериалов ты, разумеется, не взял?
Гедимин фыркнул.
– Я что, медик? Я в этом ничего не понимаю. Но выглядели они так же, как Серые из «Илгвена». Вряд ли у них что-то другое внутри.
Исгельт сдержанно хмыкнул.
– Не медик, а выводов уже наделал. Не дипломат, а налаживаешь контакты по всему континенту… Ещё, наверное, технологии внедряешь?
Гедимин, не уловив подколки, хлопнул себя по шлему. «Рилкар! Совсем забыл… Здание Серых, - там полно ненужного рилкара, Мадикона прямо на месте мог бы взять образцы… Вернуться? Ургуланий решает проблему с тканью, стекло ему без надобности, - он в жизни не вспомнит…»
– Пойду в Фиранкану – проверю пару новшеств, - сказал он. – Думаю, микана возражать не будут. После поршневых перьев и сложной органической химии…
– Что за новшества? – подозрительно ровным голосом спросил Исгельт. Издалека что-то встревоженно крикнул Айзек.
– Они могут переплавлять незаражённый рилкар, - ответил Гедимин. – Печи должны справиться. А к рилкару без примесей металла «наведёнка» почти не липнет. Только вынести шихту из развалин и переработать. Прозрачное и при этом прочное стекло тут пригодилось бы. А ещё…
В наушниках громыхнуло – кто-то треснул бронированным кулаком по краю пульта. Гедимин вздрогнул. Айзек пробормотал что-то укоризненное.
– Гедимин Кет! Ты ещё помнишь свои обязанности?!
– Ну чего? – сармат помрачнел. Похоже, про фиранканские планы рассказывать не стоило. Особенно – Исгельту.
– Субординация на высоте, - пробормотал в сторону бывший адмирал. – Позывной «Пустошь»! Сигнал со станции «Аркет» - резкий всплеск радиационного уровня на юго-западе и долгий незатухающий «шлейф». Приказ – срочно проверить, расчистить края, по возможности установить причину – и доложить! Вопросы есть?
Гедимин взглянул на карту и досадливо сощурился. «Ага, «Аркет»… Как раз меж холмами, вдоль реки Миэнэск, и выйду к ним. Оттуда шлейф отследить будет проще. Что у них к юго-западу? А, мать моя пробирка…»
На юго-западе, с отклонением разве что на градус, чернела крупная точка – Старый Город Ликкин. «Точно. Ещё один с излучением, завёрнутым в кольцо…» - Гедимин поморщился. «Помню я эту штуку. И ту, что в Лане, на севере. Если резкий всплеск и следовое загрязнение… Прорыв, что ли? Надеюсь, нхельви в это время там не шастали…»
30.03.203 от Применения. Западная пустошь, над ИЭС «Аркет»
Реки, вытекающие из-под Складчатых холмов, остались далеко в стороне – как и длинный, распадающийся на пригорки обрыв на востоке. Цепь его родников туда, к востоку, и стекала, оставляя на западе каменистую пустыню. Ветер перетирал в пыль растрескавшуюся глину и разносил её вместе с радионуклидами далеко от «грязных пятен», как новых, так и старых. Гедимин ничуть не удивился, взглянув на дозиметр, когда подошёл к станции «Аркет». «Чисти – не чисти, а пока грунт летает, как хочет…»
– «Аркет», приём! У вас сверху семьсот милликьюгенов.
– Мы тут в курсе, - мрачно ответил связист сквозь шелест помех. – Отсюда и начинай. Мея нужна?
Гедимин покосился на глубокие трещины в высохшей глине. «Раствор будут жрать, как не в себя. А чистить их надо, там как раз самая грязь…»
– Да, и мея, и щёлочь, - ответил он, глядя на дозиметр. Стрелка-указатель задумчиво качалась то на восток, то на юго-запад. «Вот и шлейф…» - Гедимин прошёл сотню шагов, изучая экран и подъём ползущей по нему зелёной линии. «Да, ЭМИА-кванты, «наведёнка». Похоже, всё-таки Ликкин – и именно тот кольцевой пучок. Узкая полоса. Был бы взрыв подстанции, ЛИЭГа, ещё чего, - размазало бы широким пятном. А с местным ветром – во все стороны сразу.»
07.04.203 от Применения. Западная пустошь, Старый Город Ликкин
Стрелка-указатель дозиметра упёрлась в тёмный зубчатый массив на юго-западе. Дальше «чистить» землю не имело смысла – город «пылил», вокруг была «фонящая» пустыня. Здесь как-то приживались суккуленты, хотя рядом с развалинами и они выглядели странно. Сперва Гедимин подумал, что их покорёжило и расплющило радиацией, потом пригляделся, - стебли тянулись бы в высоту, если бы их регулярно не ломали у самой земли. «Крысы,» - клочья шерсти, потерянные в борьбе с суккулентами, повисли на уцелевших шипах. «Додумались зубами не грызть. Подрубали узкой планкой. Стебель жёсткий, еле справились,» - Гедимин разглядывал следы на обломке растения. Мелкие побеги, неприметные в пыли, тоже были побиты – но, судя по наплывам сероватой зелени вокруг суккулентов, срезанных раньше, от такого обращения они только гуще росли. Гедимин положил ошмётки, пытающиеся пустить корни в другой лист, на землю рядом с ним. Он бы не удивился, если бы они сразу зашевелились, отращивая «щупальца»…
В Ликкин заходить не хотелось. Гедимин посмотрел на клинья хвостатых силуэтов среди высоток, на следы от выломанных креплений на «полевой стене» (кому-то внезапно понадобились неисправные от постоянного облучения турели), на пятна, оставшиеся от упавшей облицовки верхних этажей… «Рилкар,» - напомнил он себе. «Надо поискать, куда аборигены могут безопасно зайти. И проверить, что с тем пучком. Может, их было больше одного.»
В город, как и положено, вела «хельдова трасса», и с дальнего края стены торчал её обрубок, - но туда Гедимин не ходил. Крысы заняли вокзал и держали там оборону, - к чудом уцелевшим насосам и резервуарам с водой путь приходилось прожигать плазмой. В последний раз живая волна едва не свалила сармата, и он отступал, обвешанный крысами, плазменной «метлой» отгоняя наступающих. Те, кто висел, постепенно понимали, что к чему, и отваливались сами. Пару пришлось за углом оторвать от покорёженного слоя обшивки и шмякнуть о стену. «С едой проблем явно нет. Голодная колония так не расплодится,» - думал Гедимин, тихо перебираясь через барьер на северо-востоке города и прислушиваясь к шорохам в ангарах и остовах брошенных грузовиков. Сейчас по стенам и крышам протянулась широкая оплавленная полоса – след мощного потока ЭМИА-квантов. Шёл он от земли и на четыре метра вверх, - даже «полевая стена» просела и потрескалась. В проезде между ангарами и у «фонящего» грузовика, поваленного набок, валялись обгоревшие трупы – бурые разведчики, пара «серых воинов» с облезлыми боками и бугристым черепом…