Чтение онлайн

Третьяков перевел смеющийся взгляд на Корнева, затем на дипломата.

— Что решили по Алексею?

— Вот сижу, думаю, как возвысить нашего героя в глазах аборигенов, не привлекая при этом внимания санитаров в лице родного армейского командования, — усмехнулся Асатьев, потирая переносицу. — Легенда должна быть правдоподобной.

Третьяков сделал глубокую затяжку и прищурился сквозь сизый дым.

— Ну, раз кэп у нас не тыловая крыса, а человек исключительно действия, — хмыкнул майор, — то вариантов у нас, прямо скажем, немного. Тем более, нам надо придерживаться легенды не только для римлян, но и для кошаков Ил’ды. Хвостатые ведь тоже считают его большой шишкой. Так что просто запереть гражданина в расположении бригады, выдав должность писаря, мы не сможем.

— Зато сможем спрятать за численным составом, — мгновенно подхватил мысль особиста Асатьев.

— А можно я кому-то из вас на сдачу челюсть сломаю? — вежливо поинтересовался Корнев. Капитан прекрасно понимал, к чему клонят эти два манипулятора, которые играли в свои трехмерные шахматы человеческими судьбами.

Третьяков рассмеялся, обнажив белые зубы.

— Как ты тогда сказал мне у Врат, Алексей? — ухмыльнувшись, спросил майор. — Хрен тебе по всему макияжу? Ну вот, ответочка прилетела. Отвертеться не выйдет, Барон. Решение принято.

— Сколько? — уточнил Корнев, понимая, что против такого альянса его капитанские погоны не пляшут от слова совсем.

— Расширяем твою роту до двух сотен штыков, — торжественно объявил Асатьев, откидываясь в кресле. — На полноценный батальон пока ты не тянешь, так что по бумагам проведем как усиленное подразделение какого-нибудь теперь особого назначения. Больше техники, больше ресурсов, отдельное снабжение. И статус, разумеется.

— И ты теперь, Лёша, сидишь в своем командном «Тайфуне», весь в белом и зеленой шляпе, как бутылка кефира — продолжил рисовать картину Третьяков, откровенно издеваясь над помрачневшим разведчиком. — В самое пекло с автоматом больше не лезешь! Твоя задача — руководить и быть символом. Лишь когда рассеивается дым от взрывов, ты медленно, с достоинством выходишь из брони и на развалинах делаешь героическую позу.

Майор театрально взмахнул сигаретой.

— Девки от восторга текут, мужики-аборигены пускают суровую слезу умиления, дети радостно орут, что хотят стать таким же крутым полководцем, как дядя Лёша. Идеальный эквит, вождь и просто хороший парень!

Корнев слушал эту тираду с лицом, высеченным из камня. Перспектива сидеть в бронированной коробке, пока Гвоздь и Леший будут месить грязь под огнем ушастых, вызывала у него отвращение.

— Вы мне еще штаны с красными лампасами выдайте, — съязвил Корнев, криво улыбаясь под ехидной усмешкой Третьякова. — И шашку золотую, чтобы я с брони ей махал для пущего эффекта.

— Лампасы — это перебор, хотя кто его знает… — задумчиво ответил Асатьев. — Но новую форму без стандартных знаков различия тебе выдадут. Привыкай, капитан. Твоя война только что стала политической. И крови в ней проливают не меньше, чем на передовой. Иди к своим людям, скоро их станет заметно больше…

Дверь в выделенные римской делегации апартаменты захлопнулась с такой силой, что пластиковые панели обшивки жалобно скрипнули. Принцесса Валерия прошла на середину комнаты, скинула с себя нагрудник, бросив его прямо на застеленную казенным бельем кровать, и повернулась к сопровождающему.

Флавий, один из старших агентов Магистра Оффиций, следовавший за ней тенью, замер у порога. Он прекрасно считывал настроение госпожи. Сейчас она напоминала взведенную баллисту.

— Доставай, — коротко приказала Валерия, протягивая руку.

Флавий нахмурился, его рука инстинктивно легла на неприметную сумку, висевшую на поясе.

— Ваше Высочество, это неразумно. Подавление фона во время переговоров, затем этот всплеск в конце… Использование Глаза Императора на таком расстоянии может привести к необратимому выгоранию узлов. Позвольте мне отправиться к ближайшему легиону за границу леса. Я передам сообщение по цепочке эстафет.

— Я сказала — доставай, — голос принцессы упал до зловещего шепота. — У меня нет времени ждать, пока ты будешь скакать по лесам, прячась от патрулей местных дикарей. И я не покину этот лагерь ни на шаг, иначе мы потеряем нить переговоров. «Зеленые» не должны понять, что мы берем паузу из-за слабости. Давай артефакт. Это приказ.

Агент поджал губы, но спорить не посмел. Он расстегнул пряжки сумки и бережно, двумя руками извлек тяжелый диск, выточенный из цельного куска черного обсидиана, по краям которого шла сложная вязь золотых рун. Валерия перехватила диск. Материал обжег ладони потусторонним холодом. Девушка опустилась на пол прямо посреди комнаты, скрестив ноги, и положила артефакт перед собой.

— Обеспечь охрану, — бросила она Флавию. — Никто не должен войти.

Мужчина молча кивнул и встал у двери.

Принцесса закрыла глаза, выравнивая дыхание. Сердце колотилось о ребра. Принцесса потянулась к своему внутреннему источнику, собирая силу по крупицам, выжимая себя досуха. Магия неохотно, сопротивляясь, потекла по венам, обжигая их изнутри. Валерия прижала ладони к золотым рунам.

Черный обсидиан начал светлеть, сначала изнутри, словно наливаясь кровью, а затем его поверхность пошла рябью, превращаясь в мутное, мерцающее зеркало. Боль ударила в виски раскаленными иглами. Валерия стиснула зубы, из носа пошла тонкая струйка крови, испачкав подбородок, но она не разомкнула рук. Пространство сопротивлялось, не желая пропускать магический сигнал, но воля одаренной ломала все преграды.

Поверхность зеркала прояснилась. Сквозь помехи и серый туман проступили очертания рабочего кабинета. За тяжелым столом сидел Тит Валерий Север. Император оторвал взгляд от пергаментов, почувствовав вызов. Его лицо, изрезанное шрамами, мгновенно напряглось, когда он увидел бледное, перемазанное кровью лицо дочери.

— Валерия, — голос отца звучал глухо, словно из-под воды. — Ты используешь прямой канал. Что случилось? Где Красс?

— Красс — идиот, отец, — выдохнула принцесса, стараясь не потерять концентрацию. Каждое слово отдавалось пульсацией в черепе. — Времени мало! «Зеленые» не наемники и не сброд. Мы сидим за столом с авангардом империи, которая по своим ресурсам способна проглотить наши пограничные земли, а легионы не станут серьезной помехой.

Тит Валерий отложил стилос. Он не стал перебивать, умея слушать.

— У них нет магии в нашем понимании, — продолжила Валерия, жадно глотая воздух. — Но эти машины… Оружие «зеленых» бьет дальше и точнее любых заклинаний. А логистика и торговля… Отец, они готовы поставлять сотни талантов специй и стали в месяц. Сотни! Не торгуясь! Для них это мелочь.

— Торговая экспансия, — мрачно констатировал Император. Глаза старого правителя сузились. — Хотят купить нашу знать. Завалить товарами, обесценить нашу монету и поставить в зависимость.

— Именно. Но это не самое страшное.

Валерия подалась вперед, почти касаясь лицом поверхности артефакта.

— Среди них есть тот, кто зажигает Врата.

В кабинете Императора повисла тяжелая тишина. Тит Валерий медленно поднялся из кресла, опираясь руками о стол. Эта новость меняла всю геополитическую карту. Последний маг в Третьем Риме, способный хоть на короткий срок активировать Врата, умер пятнадцать лет назад, а новых до сих пор не нашлось. Из-за этого были утеряны все связи с двумя колониями за океаном.