Чтение онлайн

— Прогресс, — кивнула Юки в четверг на стрельбище, осматривая его мишень. — Двадцать выстрелов, пятнадцать в девятку, три в восьмёрку, два в десятку. Для первой недели — хорошо.

— Спасибо, сэр.

— Но расслабляться рано. — Снежная барсиха посмотрела на него своими ледяными глазами. — К концу программы ты должен попадать в десятку девять раз из десяти. Будешь практиковаться каждый день.

— Слушаюсь, сэр.

Юки кивнула и перешла к следующему курсанту.

Макс перезарядил пистолет и выстрелил снова. На этот раз — в десятку. Небольшая победа. Но победа.

Суббота был особенным днём.

Во-первых, подъём был не в пять, а в шесть. Целый час дополнительного сна — роскошь.

Во-вторых, после завтрака объявили свободное время до обеда. Три часа, когда можно делать что хочешь: спать, читать, гулять, стирать одежду (которая уже воняла).

В-третьих, в десять утра к лагерю приезжал грузовик из города. Кто хотел уехать — мог уехать.

Курсанты собрались на плацу. Раджани стояла у грузовика, держа планшет:

— Кто хочет покинуть программу — подходите. Никаких вопросов. Никакого осуждения. Просто садитесь и уезжаете.

Повисла тишина.

Потом из строя вышел один — молодой енот, который всю неделю хромал после травмы на полосе.

— Я… я не могу, сэр, — сказал он тихо. — Нога не заживает. Мне больно.

Раджани кивнула:

— Понятно. Фамилия?

— Проныра, сэр.

Она отметила в планшете:

— Хорошо. Садись в грузовик. Доктор Мэйлин даст тебе справку для врача в городе. Выздоравливай.

Енот кивнул, взял рюкзак и забрался в кузов.

Ещё двое вышли из строя. Барсук и лисица. Оба сказали одно и то же:

— Это не для меня, сэр. Прошу отчислить.

Раджани не спорила. Просто отметила их в списке:

— Свободны.

Они сели в грузовик.

Больше никто не вышел.

Раджани оглядела оставшихся — сорок девять курсантов:

— Остальные остаются?

— Да, сэр! — хором ответили.

— Хорошо. Вы молодцы. Неделя позади. Впереди ещё семь. Будет тяжелее. Но вы справитесь. — Она махнула рукой. — Свободны до обеда. Отдыхайте.

Грузовик уехал, увозя троих. Курсанты разошлись кто куда.

Макс пошёл к реке. Хотел побыть один, подумать, просто посидеть в тишине.

Дошёл до берега, сел на камень, смотрел на воду.

Неделя позади.

Одна из восьми.

Он выжил.

— Макс?

Он обернулся. Ария стояла в нескольких метрах, неуверенно. Они сидели молча, глядя на реку. Вода журчала. Ветер шелестел листьями. Вдалеке слышались голоса других курсантов, но далеко.

— Как ты? — спросила Ария наконец.

— Болею везде. Хочу спать. — Макс улыбнулся слабо. — В остальном — отлично.

Она фыркнула:

— Я тоже.

— Семь недель ещё.

— Знаю. Я считаю дни.

— Я тоже.

Потом Ария встала:

— Мне пора. Вики ждёт. Мы идём стирать вещи.

— Хорошо. — Макс тоже встал. — Увидимся… когда-нибудь.

— На ужине. — Она улыбнулась. — Как всегда.

Она ушла. Макс остался стоять на берегу, глядя ей вслед.

Семь недель.

Сорок девять дней.

Но он выдержит.

Вечером, в воскресенье (день отдыха — никаких тренировок, только лёгкая зарядка и свободное время), Макс лежал на койке и перечитывал записи по тактике.

Борис храпел внизу. Сталкер читал книгу. Рокки точил нож (зачем ему нож в бараке — загадка).

Дверь открылась. Вошла Раджани.

Все вскочили.

— Сидеть, — махнула она лапой. — Не строиться. Просто зашла проверить.

Она прошлась по бараку, заглядывая в тумбочки, проверяя чистоту.

Остановилась у койки Макса:

— Соколов. Как неделя?

— Тяжёлая, сэр. Но справился.

— Вижу. — Она взяла его блокнот, полистала записи по тактике. — Прилежный. Это хорошо. — Вернула блокнот. — Но знания без практики бесполезны. Завтра начинаются тактические игры. Покажешь, чему научился.

— Постараюсь, сэр.

Раджани кивнула и направилась к выходу. У двери обернулась:

— И ещё, Соколов. Твой результат на полосе улучшился на двадцать секунд за неделю. Продолжай в том же духе. К концу программы хочу видеть тебя в первой половине.

— Слушаюсь, сэр!

Она ушла.

Борис выдохнул:

— Она тебя хвалила! Раджани хвалила!

— Не хвалила. Просто… отметила прогресс, — возразил Макс.

— Для неё это высшая похвала, — сказал Сталкер. — Обычно она только ругает. Ты молодец, Соколов.

Понедельник второй недели начался не с кросса.

— Сегодня без бега! — объявила Раджани на утреннем построении, и по строю пронёсся вздох облегчения такой силы, что листья на ближайших деревьях шелохнулись.

— Слава всем богам! — не выдержал Борис. — Всем богам всех религий! Даже тем, в которых я не…

Раджани медленно повернула голову в его сторону.

Медведь заткнулся так резко, что Макс услышал, как клацнули его зубы.

— Вместо этого — стрельбище. Весь день. — Тигрица усмехнулась, и в этой усмешке не было ничего доброго. — Лейтенант Юки проверит, чему вы научились за неделю. А кто не научился…

Она сделала паузу, давая воображению курсантов поработать.

— …будет бегать завтра. Вдвое больше. С полной выкладкой. В гору.

Борис издал звук, похожий на сдувающийся воздушный шарик.

— Вопросы? — спросила Раджани.

Вопросов не было. Вопросы умерли, не родившись.

— Отлично. Выдвигаемся.

Стрельбище располагалось в километре от лагеря, в небольшой долине между холмами. Дорога туда шла через лес — узкая тропинка, петляющая между соснами. Пахло хвоей, утренней росой и чьим-то страхом. Возможно, это был страх Макса.

Он шёл в середине колонны, между Борисом и Сталкером. Медведь всё ещё бормотал что-то про «хотя бы не бег», а волк молчал, но молчал как-то неодобрительно.

— Ты чего такой мрачный? — спросил Макс.

— Стрельбище, — коротко ответил Сталкер.

— И что?

— Юки.

— А что с ней?

Сталкер посмотрел на него как на идиота:

— Увидишь.

Они вышли на открытое пространство. Долина была широкой, с трёх сторон окружённой холмами — естественный тир. Мишени стояли на расстояниях от двадцати до ста метров: круглые, с концентрическими кругами, некоторые в форме силуэтов.