Чтение онлайн

– Ну-ка, ну-ка! И как это влияет на общественное мнение?

– Самым поразительным образом. Многие стали интересоваться Россией – просто из интереса, почему ты выбрал её. Мне говорили, что тиражи книг о России выросли. Особенно книг, где имеется объективная и доброжелательная информация. А почему? Потому что ты не мог выбрать плохую страну. Ты очень популярен хотя бы потому, что в отличие от других поп-идолов ты не тянешь одеяло на себя, и это обстоятельство привлекает многих.

– Что ты имеешь в виду?

– Кого ты выставил героями в эпизоде спасения офицеров с броненосца «Орел»?

– Враки! Там всё напутали репортёры.

– Но ты не стал давать опровержения, а наоборот, сделал так, что весь лондонский свет уверился в нашем с девочками героизме. Да ещё Берти сделал героем, впрочем, он и вправду участвовал в том знаменательном бою. А эта великолепная серенада и твой отказ от авторства изумительных песен в пользу неблагодарного болвана Тома Грегсона? А небрежный жест с отдачей авторства скетча «Здесь играем, здесь не играем, а здесь рыбу заворачивали»… Девочки с этой сценкой блистают в компаниях.

– К чему ты ведёшь?

– К тому, что теперь лондонский свет знает правду, но от этого ещё лучше: и ты, как я уже сказала, стал носителем образа щедрого дарителя славы, и мы не потеряли и грана своей репутации бесстрашных воительниц. Твоя схватка с безумным самураем также являет собой образец рыцарской доблести.

– Ты и о ней написала?

– Не я первая. Сначала написали японские газеты, потом все европейские и американские корреспонденты, аккредитованные в Японии. Я всего лишь добавила к описанию вашей битвы необходимые штрихи. Всё-таки я свидетель.

– Любишь ты превосходные степени… Битва… На самом деле – коротенькая стычка. Напомню, что ты именовала перестрелку Джозефа с контрабандистами целым сражением.

– Я художник, я так вижу! – пожала плечами Агата – Не забывай, что я дама высшего общества, и мне свойственна некоторая увлечённость эпитетами.

– Ладно-ладно. Не стану спорить, потому что ты всегда права.

– Это истинная истина и правдивая правда. Что до последствий публикаций, то в Великобритании и Франции имя Александр самое популярное среди аристократических младенцев. А теперь подумай, с каким трудом правительствам Антанты придётся переламывать общественное мнение, что Александр Павич всегда стоит на светлой стороне. Побороть-то поборют, но, как в твоём любимом анекдоте – осадочек останется.

– Ого! Да ты проводишь операцию стратегического размаха!

– Именно так. Надеюсь, ты подключишься к изданию журнала?

– Непременно.

– Вот это правильно. Слушайся меня, я дальновидная. И вообще, займись-ка астрономией, мой милый штурман.

Александр встал, откинул и закрепил потолочную крышку, скрывающую секстант. Опустил прибор, и принялся возиться с настройками: для ориентации во время полярного дня у него всего одно светило, а в районе полюса имеются свои сложности с определением пространственного положения.

– Агата, не желаешь позаниматься вычислениями?

– Ни за что! – беспечно помотала головой жена – У меня на это есть ты. У тебя голова умная, вот и трудись.

Карта, навигационные таблицы, арифмометр, круглая логарифмическая линейка – на штурманском столе имеется всё, что нужно для работы.

– Знаешь, Агата, когда вернёмся, поставлю задачу разработать новый навигационный прибор. В едином устройстве следует объединить датчики углового и линейного ускорения, гирокомпас, альтиметр и датчики для измерения магнитного поля. До реализации этого проекта как до Японии по суше, но когда-то же надо начинать?

– Ах, Алекс, для меня твоя речь звучит как камлание африканского шамана. Знаю, что ты произнёс что-то умное, а смысла не улавливаю. Глупенькая я.

– Не глупенькая, а хитренькая. Ничего, я тебя всё равно научу. – бурча и хмуря брови Александр корпел над вычислениями.

Он много тренировался в этих расчётах, более того: на всякий случай у него заранее был просчитан весь маршрут и составлены таблицы положений, куда ему следовало только вставить текущие данные. Но хотелось добиться «чистого» результата – в конце концов, он не какой-то там Пири, который, как уверяют злые языки, на самом деле, вовсе и не ходил на Северный полюс.

– Ага! Есть! Агата, мы уже подлетаем к полюсу. Достигнем через десять минут. Будешь бросать вымпел?

– Конечно, буду!

Вымпел представляет собой коническую алюминиевую ёмкость с округлым дном, окрашенную в ярко-оранжевый цвет. Внутри ёмкости имеется груз, чтобы в воде или на относительно ровной поверхности она, подобно Ваньке-встаньке, вставала острием вверх. А на вершине конуса укреплён государственный флаг Российской империи. На боку вымпела имеется табличка с текстом на русском, английском и датском языках: «Вымпел сброшен на Северном полюсе с самолёта, во время перелёта из Москвы в Вашингтон. Просьба нашедшему вымпел известить о его находке Консульство Российской империи. В этом случае нашедшему гарантируется выплата в тысячу русских золотых рублей и компенсация транспортных расходов от места находки до Русского Представительства».

Александр занял место за штурвалом, Агата отошла к входному люку и взялась за рычаг слева от двери.

– Командуй!

– Бросаешь на счёт три! Один! Два! ТРИ!

Агата рванула рычаг и в выпуклый дверной иллюминатор увидела, как в нижней части крыла открылись створки и пружинный рычаг вытолкнул из ниши вымпел. Несколько секунд, и над ним расцвел оранжевый купол парашюта.

– Сбросила!

– Через двадцать минут начинаем кругосветное путешествие!

– Забыла спросить, а какова продолжительность нашей кругосветки?

– Чуть менее семисот километров.

– Алекс, ты так легко пошел навстречу моему капризу, но хватит ли нам бензина? Всё-таки лишнее расстояние!

– Не волнуйся, моя хорошая. У нас хватит топлива, всё-таки заправились с хорошим запасом. И вообще, не пора ли тебе отдыхать?

***

В Вашингтон, если у тебя нет проблем с топливом, выгоднее лететь по семьдесят восьмому меридиану. Но Агата Третья неспособна нести бензина в количестве достаточном для полёта от Мурманска до Вашингтона, без дозаправки. А где это возможно? Над дикими, покрытыми льдами островами и морями севера Канады? И кто в этих пустынях придёт на помощь в случае аварии? Уж лучше лететь над Атлантикой, с её оживлённым судоходством. Правильность выбора подствердила дозаправка над Исландией что неожиданно обернулась кошмаром. Когда Агата уже поймала штангой конус, «Альбатрос», идущий чуть выше и впереди, вдруг резко просел и сбросил скорость. Александр с огромным трудом избежал столкновения: хвост перегруженного топливом гидроплана разминулся с носом Агаты Третьей на расстоянии менее метра. Отойдя в сторону, Александр скомандовал Агате:

– Быстренько семафорь на танкер, что у них случилось?

А на «Альбатросе» происходило что-то явно нехорошее: крайний правый винт вдруг резко замер, и из-под капота двигателя повалил густой дым. Почти сразу замер ближний правый двигатель гидроплана, но больше ничего не было заметно. Огнетушитель, надо полагать, сработал штатно, и чёрная полоса за аварийным двигателем пропала. Гидроплан, теряя высоту, стал поворачивать к острову, но ему явно не хватало мощности оставшихся двигателей.

– Чёрт! Что же ребята не сбрасывают топливо? – скрипнул зубами Александр.