Чтение онлайн

– - Успокойся, Василий Федорович, этот человек, он даже не будет знать ничего. Его задача будет проста: побыть один вечер с Юлей.

– - Как это побыть?

– - Ты имеешь ввиду под каким предлогом? Это я уже продумала. Все нормально. Сейчас он придет, я буду говорить и ты услышишь. Он, че-ловек, по крайней мере в отношении тебя, как друга, порядочный, и ты это знаешь не хуже ме-ня. Лучшей кандидатуры у меня, извини, Василий Федорович, на сегодняшний день -- нет.

– - Короче, кто это?
– - спросил профессор.

– - Порядков.

– - Порядков?
– - переспросил профессор.

– - Именно он, Петр Алексеевич, профессор психологии, твой лучший товарищ, бывший. Да ты не переживай, Василий Федорович, я все об-ставлю в лучшем виде.

– - Он уже в курсе?

– - Еще нет, но сейчас он будет, -- Юсман взглянула на часы, -- еще целых полчаса ждать моего звонка и может подняться сюда, к нам на кафедру в любой момент по-моему приглашению. Ты согласен?

– - Да, -- согласился Аршиинкин-Мертвяк.
– - У меня, действительно, нет выбора.

Юсман позвонила Порядкову и теперь с минуты на минуту ожидался его приход.

– - Я хотел у тебя спросить, Виктория, пока не появился Петр Алексеевич.

– - О чем?

– - У тебя такое бывало или бывает?

– - Что именно?

– - Когда нервничаешь и делаешь резкое движение, а... оно... происходит и не происходит.

– - Не понимаю, Василий Федорович.

– - Скажем, поднял я руку, точно понимаю, что сделал это движение, а на самом деле рука остается на месте.

– - Боже мой, -- покачала головой по сторонам отчаянно выражая соболезнование, Юсман.
– - Они тебя даже не закрепили как следует. Что ж ты молчал?!
– - возмутилась она.

– - Мы же решали дело, -- вздохнул тяжело профессор.

– - Но это же тоже дело! Или ты думаешь всю оставшуюся жизнь прожить на цыпочках в этом теле. Тебя необходимо срочно закрепить. Ну, ладно, это мы решим тоже.

Хотя, с виду, в своих интонациях, Юсман и вела себя, в какой-то степени, бравадно, но Василий Федорович простительно понимал Викто-рию, потому что находилась она в эйфории, в сильно возбужденном состоянии, не соответствующим реальному положению дел, в эйфории, вызванной страхом, неподдельной угрозой смерти. Таким образом, она, как бы защищалась и поддерживала себя.

Вскоре на кафедру пришел Порядков.

Выбор - Смерть

На следующий день, вечером, Юля находилась дома одна в приподнятом состоянии духа.

Еще с утра, перед тем как уйти по делам, Миша предупредил ее о том, что сегодня в гости должен подъехать профессор психологии Петр Алексеевич Порядков, Юля немного помнила его по отцу.

"Петр Алексеевич" -- сказал Миша, -- "Я, очень возможно, задержусь, пусть он -- обязательно дождется меня. Это очень важно. Мы с Порядковым будем решать проблему пребывания твоего папы в клинике. Может удастся. Только ни о чем не спрашивай его заранее, он все равно не откроется. Я хочу, чтобы мы это решали вместе."

Юля тщательно убралась в квартире, привела в порядок свои волосы и лицо, оделась в соответствии -- для приема гостя: удобное, не стесняющее движения тела, домашнее платье черного цвета, кружевное -- уютно смотрелось на ней.

Вскоре, как и предупреждал Миша, подъехал Петр Алексеевич. И они вдвоем, Юля и Петр Алексеевич пили чай с пирожными, сидя в гостиной в креслах и разговаривали.

– - Мне кажется, что с вашим отцом все бу-дет в порядке, -- сказал профессор, размешивая ложечкой сахар в очередной чашке чая.

– - Вы так думаете?
– - уточнила Юля.

– - Я просто уверен в этом. Обязательно будет порядок.

– - Ну, если сам Порядков говорит, что ожидается порядок, тогда -- нет сомнений, -- попыталась пошутить Юля, хотя ей это было трудно и шутка прозвучала в неловкой, неуклюжей интонации голоса.

– - Да, да!
– - воскликнул профессор, поддерживая конфузию девушки.
– Мое любимое слово -- порядок!

Юля продолжала, не всегда и во всем склад-но, беседовать с Порядковым, ожидая возвращения Миши, а в это же время Юсман и Миша (Василий Федорович) подъехали на автомобиле, принадлежавшем Виктории Леонидовне к зданию Интегральной Фирмы "Обратная Сторона" и припарковались от него далее по переулку метрах в пятидесяти.

– - Ну, что ж... Ты готов?
– - спросила Юсман. Василий Федорович не ответил, он думал о чем-то, всматриваясь в ночную глубину переулка.
– - Что молчишь, профессор? Думаешь, что мне на душе легко?

– - Я не об этом сейчас подумал, -- заговорил Василий Федорович.

– - А о чем?
– - ласково погладив его по волосам, спросила Юсман.

– - Юля беременна, -- коротко сказал профессор.

– - От... тебя?
– - вкрадчиво уточнила Юсман.

– - От меня, -- подтвердил он.

– - Ты уверен?

– - Ты что, с ума сошла, Виктория, от кого же еще!
– - заволновался профессор, -- Юленька. Она... ты должна это знать!

– - Ты меня неправильно понял, Василий Федорович, я хотела сказать: ты действительно уверен, что Юля и в самом деле беременна?

– - Да. Мы вместе, с неделю назад, ходили к врачу, -- успокаиваясь подтвердил профессор.

– - Да-а, -- протяжно сказала Юсман.

– - Что значит "да"?
– - возмутился профессор, -- осуждаешь?!

– - Да перестань ты, Василий Федорович, в самом-то деле, взрываться. Я сказала "да" просто так. Каждой женщине внутренне, по природе, хочется иметь ребенка, но не каждая может... его иметь.

– - Прости. Я наверно тебя обидел, -- извинился профессор.

Уличные фонари задумчиво освещали ярким желтым светом переулок.

– - Ничего...
– - сказала Юсман и помолчавши немного, неожиданно, для мечтательно расслабившегося в это время профессора, активизировалась, -надо делать дело!
– - подвижно и решительно заявила она.
– - Идем, Василий Федорович.

– - Скажи, Виктория, ты довольна своим по-ложением?
– - не обращая внимания на активизацию Юсман, холодно проговорил Аршиинкин-Мертвяк. Оставаясь теперь сидеть неподвижным и даже еще спокойнее в голосе, он будто придержал своим вопросом подвижность Виктории.

– - Ты... имеешь ввиду...
– - призадумалась она, -- мое женское положение?

– - Да.

– - Я всегда к этому стремилась. Мое приобретение -- это всегда была и есть я сама.

– - Счастливая ты.

– - А разве ты не имеешь, то, что хотел?