Чтение онлайн

— Ох, прошу прощения! — воскликнул незнакомец. В его голосе не было и тени сожаления, только легкая, насмешливая нотка.

Казначей взвизгнул, глядя на огромное красное пятно, расплывающееся на его груди. Гости вокруг ахнули. Поднялась суматоха.

— Мой костюм! Это же венеттский шелк! — причитал Джироламо, пытаясь промокнуть пятно платком, что делало только хуже.

— Какая жалость, — безразлично бросил незнакомец и, не извинившись толком, двинулся дальше.

Разъяренный, униженный, Джироламо, бормоча проклятия, быстрым шагом направился к выходу из зала — очевидно, в свои покои, чтобы переодеться. Моя цель ушла. Мой план был сорван.

Но я не смотрел на казначея. Я смотрел вслед «неуклюжему» гостю. Мой мозг, мой собственный, натренированный годами перк, отсек весь шум. Шум голосов, музыку Михаила, который как раз брал первую ноту. Я видел только детали. Только аномалии.

Аномалия первая: Движение гостя. Оно не было спотыкающимся. Это было идеально рассчитанное, выверенное движение, замаскированное под неловкость.

Аномалия вторая: Выражение его лица. На мгновение, всего на одну долю секунды, на нем промелькнула не досада, а тень триумфа.

Аномалия третья: И самое главное. Пройдя еще пару шагов, он, проходя мимо другой колонны, обменялся едва заметным, почти невидимым взглядом с другим гостем. Обычным, ничем не примечательным игроком в простой магической мантии. Кивок был почти незаметен. Микроскопический наклон головы. Но я не сомневался, что это был кивок.

Мой [Взгляд Аналитика] в этот момент не подсветил ничего.

Я сложил все в единую, картину. Это не было случайностью. Это был прямой саботаж.

Не уверен, знали ли они о моем плане. Или, по крайней мере, о моей цели и действовали на опережение. Идеально, чисто и эффективно. Либо они преследовали какие-то свои, не понятные мне цели.

В этой игре, в этой миссии, была еще одна группа. Они не были NPC. Они были игроками. И они играли против нас.

Я медленно отступил назад, в тень, чувствуя, как по спине пробегает знакомый холодок.

flag: MONITOR_ACTIVE.

Я еле успел заметить боковым зрением переключение статуса.

Еще и это. Мало других игроков, так еще и наблюдение.

Я взглянул на сцену, где еще ничего не подозревающий Михаил продолжал свою балладу.

План провалился. Нет, поправил я себя. План устарел.

У нас появились новые переменные. И они только что показали свое лицо. Игра стала на порядок сложнее.

И интереснее.

Оригинальный план рухнул, но партия еще не была проиграна.

Шахматная доска просто перевернулась, и теперь фигуры стояли в новом, хаотичном порядке. Мой мозг, привыкший к таким встряскам, уже пересчитывал варианты. Казначей был потерян как источник. Значит, нужно было найти другой. Более сложный, менее надежный, но единственный доступный.

Я отправил короткое сообщение в групповой чат:

[Группа] Маркус: План А сорван. Цель нейтрализована. Перехожу к плану Б. Михаил, продолжай представление. Кира, действуй по графику, но будь готова к изменениям.

Моя новая цель — Элиза, главная горничная дома Валетти. Женщина лет пятидесяти, преданная дому, но, по слухам, затаившая обиду на Марко Валетти за то, что тот уволил ее племянника. Информация хрупкая, основанная на сплетнях, но сейчас это было все, что у меня было. Взломать преданность сложнее, чем амбиции, но обида — это мощнейший катализатор.

У нас был еще целый ворох таких запасных вариантов благодаря Легенде, прямо перед началом операции он вывалил их нам скопом. Уже не было времени выяснять где он их откопал в таком количестве, но их еще нужно было разыграть.

Тем временем сам Михаил взял первый аккорд своей «Баллады о Падении Забытого Короля». Мелодия полилась по залу — глубокая, печальная и величественная. Его голос, чистый и сильный, заполнил пространство, рассказывая древнюю историю о чести, предательстве и угасшем величии.

Он был не просто музыкантом. Он был рассказчиком. Я видел, как гости, до этого занятые своими разговорами, замирали, поворачиваясь к сцене. Даже Марко Валетти, хозяин поместья, отвлекся от беседы с каким-то важным сановником и с интересом посмотрел на барда. Охранники у стен расслабились, их взгляды тоже были прикованы к Михаилу. Это был идеальный отвлекающий маневр. Магия искусства, парализующая волю.

Я же, пользуясь этим всеобщим гипнозом, выскользнул из зала в боковой коридор, предназначенный для прислуги. Здесь не было позолоты и шелка. Только голые каменные стены, тусклые светильники и суета. Слуги сновали туда-сюда с подносами и кувшинами. Я нашел ее почти сразу, у бельевой комнаты. Элиза, суровая женщина с поджатыми губами, отчитывала молоденькую служанку за какую-то мелочь.

Я дождался, пока девушка, всхлипывая, убежит, и подошел.

— Тяжелый вечер, госпожа Элиза, — мягко сказал я. — Такая безупречная организация требует невероятных усилий. Господин Валетти должен ценить вас на вес золота.

Она смерила меня усталым, недоверчивым взглядом.

— Господин Валетти ценит только то, что можно пересчитать в золотых кронах, — процедила она, подтверждая слухи о своей обиде.

Навык [Взгляд Аналитика] подсветил заниженную самооценку и тягу к признанию. Что ж, грех не воспользоваться.

— Жаль слышать это, — сочувственно покачал я головой. — Талант и преданность часто остаются незамеченными. Особенно, когда речь идет о близких.

Я видел, как ее лицо на мгновение дрогнуло. Я попал в цель. Она уже готова была что-то ответить, возможно, выплеснуть свое негодование, и это стало бы моим ключом…

Но тут произошло второе «случайное» событие за вечер.

Из-за угла стремительно вышел еще один «слуга». Он был одет в такую же простую ливрею, как и остальные, но двигался с эффективностью солдата, а не прислуги.

— Госпожа Элиза! — его голос был настойчивым, не терпящим возражений. — Срочно! У господина Валетти… э-э-э… проблема с гостевым гардеробом. Требуется ваше немедленное присутствие!

Элиза нахмурилась, но приказ, якобы отданный хозяином, был для нее законом. Бросив на меня короткий, извиняющийся взгляд, она поспешила за «слугой».

Моя вторая возможность была упущена. У меня перед носом. Снова.

Я смотрел им вслед, и холодное, звенящее понимание наполнило меня. Это не было совпадением. Они не просто нейтрализовали мою первую цель. Они предвидели мой следующий шаг. Они знали, кто является моей второй потенциальной целью, и подготовили контрмеру.