Чтение онлайн

Решение принято. Я ставлю кружку на каменный выступ балкона и поворачиваюсь к крыше. Забраться наверх должно быть делом пары минут, зато так осмотреть владения будет куда проще.

Я хватаюсь за край крыши и поднимаюсь выше на четвереньках. Новые туфли, найденные в гардеробе, уверенно цепляются за черепицу, пока я подбираюсь к гребню. Добравшись до вершины, я приседаю и плюхаюсь на самую высокую точку.

— Вау, — тихо произношу я, завороженная захватывающей дух красотой открывшегося пейзажа. Такой вид не стыдно было бы напечатать в глянцевом журнале про сады и усадьбы. У задней стены дома лениво шелестят ивы, поблизости сверкает зеркальной гладью живописный пруд, а чуть поодаль находится большая оранжерея, окруженная цветами. Солнечные лучи переливаются на стекле. Боже правый.

Такое чувство, будто шагнула назад во времени, словно кто-то скопировал старинное британское поместье прямиком из романа в духе Джейн Остин и прилепил его сюда, в Нью-Йорк.

Вдали под розовыми лучами солнца поблескивает огромная жестяная крыша. Интересно, есть ли у Фрэнка лошади?

Я вцепляюсь в каменные перила и вытягиваю шею, разглядывая то, что похоже на красно-белый навес, словно над цирком-шапито или на ярмарочной площади, виднеющийся еще дальше.

Прислонив ладонь козырьком к глазам и щурясь от солнца, я едва различаю еще один синий круглый шатер по соседству с большим красно-белым.

Что это такое? Ярмарка?

— Какого черта ты там делаешь? — раздается окрик снизу, от которого я чуть не соскальзываю с крыши.

Желудок подкатывает к горлу, а адреналин заставляет сердце бешено колотиться от внезапной опасности падения.

— Немедленно спускайся, — снова кричит Фрэнк, и я, свесив голову, вижу его шагах в двадцати ниже, из ноздрей его, кажется, вот-вот повалит дым от ярости.

Похоже, мистер Штейн наконец-то обнаружил в себе эмоции. Я внутренне усмехаюсь и покачиваю головой, глядя на него, сжав губы и уперев руки в боки, уверенно сохраняя равновесие.

Он стоит с угрюмой гримасой на лице, в серой футболке и, боже упаси, серых спортивных штанах.

— Осматриваю окрестности, а что же еще, — говорю я, весело помахивая ему рукой. — И тебе доброго утра, мистер Штейн.

— Я сказал, слезай, пока не сломала свою дурацкую шею, — рявкает он.

Ауф. Он просто не слушает, да?

— Нет, не думаю, что я это сделаю. Мне нравится вид, — отвечаю я, высокомерно вскинув подбородок и отворачиваясь от него, скрестив руки на груди.

Я смотрю на солнце, пока в глазах не выступают слезы, — назло ему.

— Гребанная раздражающая особь, — бормочет он, прежде чем грузно зашагать обратно внутрь, словно бульдозер на тропе войны.

Я наклоняюсь чуть сильнее, чтобы проверить, ушел ли он действительно, и морщусь.

Боже, можно было подумать, что после моих вчерашних усилий парень хоть немного расслабится, но он, кажется, закручен туже, чем когда-либо. Но бедняга глубоко заблуждается, если думает, что может помыкать мной.

Я позаботилась о том, чтобы быть на крыше ровно в девять утра и увидеть его реакцию, и, кажется, только что получила ее.

Мои брови взлетают вверх, когда я слышу, как дверь снова открывается и захлопывается, и могучая фигура Фрэнка снова выходит наружу и бросает на меня свирепый взгляд снизу вверх.

В ответ я одариваю его улыбкой, и он хмурится еще суровее. И чего он ожидал? Что я побегу вниз, как послушная сучка?

— Это последнее предупреждение. Я плохо переношу неподчинение, когда отдаю приказ, мисс Креншоу.

Я фыркаю и еще плотнее скрещиваю руки на груди.

— А я не веду переговоры с террористами. По крайней мере, не на рассвете…

Я застываю с глупо разинутым ртом в следующее же мгновение, когда он превращается в размытое пятно. Он слегка сгибает колени и с взрывной скоростью взмывает вверх, хватаясь за край крыши. Мускулы играют под его рубашкой, и я, завороженная, смотрю, как он, словно ниндзя, взлетает на карниз.

— Нет, реально, какого ху…

— Я, блять, сказал тебе слезать, — произносит он, расставив ноги для равновесия.

— Погоди-ка минутку, — говорю я, поднимаясь на ноги. — Ты меня с этой крыши точно не стащишь, — возражаю, замечая, как его пальцы сжимаются, будто в готовности схватить меня.

В его взгляде вспыхивает опасная искра, когда он делает шаг ко мне.

— Ах! Нет-нет, — говорю я, угрожающе тряся указательным пальцем, как это делают родители, ругая детей в парке. — Почему бы тебе не присоединиться ко мне вместо этого? — вырывается у меня, сама не знаю почему, но идея не так уж плоха: раз уж он здесь, может, расскажет, что это у него там за домом.

— Здесь небезопасно, — заявляет он, словно я сама не понимаю, что ходить по крыше на такой высоте — рискованно. Фрэнк делает еще шаг.

— Со мной все в порядке. Я просто хотела разглядеть те постройки вдали. Что это такое?

— Это тебя не касается, — отвечает он и хватает меня за талию.

— Тебе действительно нужно поработать над своими коммуникативными навыками.

Я успеваю мельком заметить нечто, похожее на огромный круглый загон вдалеке, как меня со всего маху перебрасывают через плечо. От удара у меня перехватывает дыхание.

Твердая ладонь обрушивается на мою задницу, и он шлепает меня так, что одной широкой ладонью накрывает обе ягодицы разом. Я пытаюсь оттолкнуться от него.

— Ай! Говнюк, это больно!

Следует еще один шлепок, и из моей груди вырывается настоящий вопль ужаса, когда он спрыгивает с крыши на балкон внизу, легко удерживая меня и смягчая мое падение.

— Отпусти! — кричу я, отчаянно извиваясь, желая оказаться подальше от него на случай, если он вздумает прыгнуть с высоты второго этажа на землю.

Он не издает ни звука, лишь встряхивает плечом и попросту сбрасывает меня, позволяя упасть на пол балкона.

— Уфф. — Я приземляюсь на бедро, и оно пронзительно ноет, но я понимаю, что по факту Фрэнк задел лишь мое самолюбие. — Боже, ну ты и козел, нельзя же прыгать по крышам с людьми, ты этакий веселый зеленый великан, — бормочу я, поднимаясь на ноги и отряхивая пыль с задницы, попутно проверяя себя. К счастью, ушиблено лишь мое достоинство, пока этот придурок стоит надо мной, взирая с видом неодобряюшего родителя.

— Мне бы не пришлось этого делать, если бы ты не взобралась на нее так безрассудно, — говорит он, бросая взгляд на край балкона, а затем вверх, словно гадая, как я вообще туда забралась.

Пфф. Пусть поломает голову. Только то, что я невысокого роста, не значит, что я ничего не могу. Я бросаю последний взгляд на задний двор.

Я просто осмотрюсь попозже, а уж если он вздумает запереть меня в комнате… что ж, я всегда мечтала сбежать откуда-нибудь, связав простыни.

— Как бы я ни ценила твою способность швырять меня, как беспомощную даму, но «нет» значит «нет», Фрэнк. — Я направляюсь к своей кружке с кофе, прекрасно зная, что он уже наверняка остыл, простояв на улице так долго.