Чтение онлайн

– Стоял? То есть сейчас уже всё нормально?
– растерянно отозвалась я и сама не узнала собственный голос. Он прозвучал так, словно у меня были сорваны голосовые связки.

– Нет, не нормально. Просто ты сама сейчас на ледышку похожа, - прозвучал недовольный ответ, а потом меня укрыли чем-то похожим на шкуру.
– Дракону своему помогла, отсрочив гибель, но и себя саму при этом едва не угробила.

– Себя саму?
– повторила непонимающе и, прикрыв глаза, попыталась проанализировать собственное состояние. Именно попыталась, потому что внутри меня оказалось до странного пусто и тихо.

Осознание того, что я не слышу ни свою кошку, ни драконицу, вызвало волну такого панического ужаса, что я буквально подскочила на месте, испуганно зовя обеих по очереди.

"Не кричи!" - раздался в моем сознании неожиданно спокойный, но какой-то слабый голос крылатой половины.

Что вызвало в моей душе очередную волну, но на сей раз уже облегчения. Я длинно, протяжно выдохнула и приняла из рук шамана, не на шутку встревоженного моим поведением, очередную кружку чего-то неизвестного. Выпила ее содержимое, почти не заметив ни горечи напитка, ни того, что он был обжигающе горячим, и вновь потянулась мыслями к своей драконице:

"Хорошая моя, вы с Индирой в порядке? Почему тебя я слышу, а её нет?

"Потому, что наша киса дуться на тебя изволит. И знаешь, её трудно винить в этом, после того как мы все дружно побывали между жизнью и смертью. У нас всех, скажу я тебе, были реальные шансы уйти за грань следом за Эреллом. И то, что мы не просто выжили, но и смогли вытянуть его, настоящее чудо!

"Как?!" – только и смогла вымолвить я, до глубины души потрясенная словами крылатой сущности.

"Не знаю! Но я больше никогда, слышишь, никогда не соглашусь на повторное проведение подобного ритуала!" – рыкнула она в ответ так, что у меня в голове зазвенело.

И словно эхо от ее рыка раздался другой. Он был очень тихим, недовольным, но таким знакомым, что я не смогла удержаться от улыбки. Обе мои хищницы были живы, я была жива, и даже Эреллу больше не грозила смерть. Теперь бы снова лечь и поспать пару часиков после всего пережитого, вот только...

"Покой нам может только снится", - закончила за меня начатую мысль драконица.
– Вместо оного тебе сегодня танцевать придется.

"А ты откуда знаешь?» – искренне удивилась я, кутаясь в выданную ранее шаманом шкуру. Напряжение окончательно ушло из моего тела и на смену ему пришёл болезненный озноб.

"Так шаман уже минут пять пытается донести до тебя эту информацию, а ты сидишь, таращишься на него полубезумным взглядом и больше никак на слова не реагируешь. Давай, возвращайся уже в реальный мир!"

"Что, правда?" - вырвалось у меня недоверчивое, а взгляд сам собой нашёл лицо упомянутого мужчины. И именно к нему оказались адресованы следующие слова:

– Я не могу сегодня танцевать! У меня для этого нет ни сил, ни настроения. Какие уж тут танцы?

– Боюсь, девочка, у тебя нет выбора, - сочувствующе покачал головой хозяин шатра. – Ты ведь дала нашему Богу слово, так?

– Да. Но почему именно сегодня?

– Потому, что сегодня особая ночь. Она принадлежит покровителю нашего народа.

– Как это? – я непонимающе воззрилась на старика, стоящего возле очага, над которым в котелке, распространяя терпкий травянистый запах, булькало какое-то варево.

– А так, - усмехнулся тот, беря деревянную ложку и принимаясь аккуратно помешивать готовящееся на огне "блюдо". – Раз в году наступает ночь, когда взрослые зарифы возносят своему покровителю дары, а юные девушки, достигшие брачного возраста, облачаются в наряды невест и танцуют для него. У нас, зарифов, женщина одевается в подобные одежды дважды в своей жизни: когда заявляет о себе, как о новом взрослом члене нашего общества, и в тот день, когда, собственно, выходит замуж.

– А почему девушки представляются вашему божеству именно таким образом? – невольно заинтересовалась я.

– Традиция. У нас бытует поверье, что любая невинная дева, впервые исполняющая танец для нашего покровителя, может стать его избранницей. Для того и нужен наряд невесты.

– Ясно. А почему в качестве представления берётся именно танец? Почему не песня или исполнение какого-нибудь стиха?

– Потому, девочка, – отозвался с усмешкой шаман кочевого племени пустыни, - что именно танец дает возможность мужчине понять женщину. В нём женская суть раскрывается полностью. И наши мужчины, ориентируясь по танцу девушек, выбирают себе жен.

– Кхм. Весьма любопытный способ поиска будущей спутницы жизни, - дипломатично заметила я, подавив возникшее в душе возмущение тем, что местных представителей сильной половины человечества волнует только то, как потенциальные невесты умеют двигаться. В то время как ум и внутренний мир не волнуют совершенно. Хорошо девица пляшет - беру. Плохо - такая жена не нужна.

– Но для тебя, как для дракона и жительницы иного общества, он кажется странным, да?
– прозвучало проницательное со стороны моего собеседника.

– Вы правы. Но я понимаю, что у каждого народа свои обычаи. И то, что они идут в разрез с моими собственными представлениями о справедливости и правильности, ещё не повод их критиковать.

– Приятно слышать мудрые речи из уст столь молодой девушки. Но тебя ведь не только сам процесс выбора нашими мужчинами будущих жен заинтересовал?

– Не только. И мне очень хочется узнать, откуда у зарифов пошло поверье, что любая из юных дев может стать избранницей покровителя вашего народа? Что, уже были прецеденты? У него практикуется гарем?

– Нет, - усмехнулся в ответ на мои слова старый ведун, - о таком я не слышал. Но случаи, когда у девушки получалось вызвать интерес нашего божества танцем или своей яркой красотой, все же бывали.

– То есть? Вы хотите сказать, что он оказывал знаки внимания понравившейся особе? – недоверчиво осведомилась я. – Как-то выделял её среди остальных?

– Да. Все девушки, которым так или иначе удалось привлечь внимание нашего покровителя, получили дары.

– Дары? В смысле, какие-то ценные предметы, или у девушек появлялись особые способности?

– Когда как. Однако независимо от того, что получала благословленная божеством девушка, среди своего народа она неизменно приобретала особый статус, позволяющий ей куда больше свободы действий, нежели любой другой женщине. И с одной такой ты вскоре познакомишься, когда тебя будут готовить к церемонии.

Этим своим заявлением шаман зарифов снова меня удивил. Да так сильно, что я не сразу нашлась с ответом. А пока искала его, тот продолжил говорить:

Ты, девочка, будешь танцевать свой танец, сразу после представления нашему покровителю юных дев, но до того, как будут танцевать остальные женщины.