Чтение онлайн

Кира оказалась первой. Она расправила складки камзола и строевым шагом вышла на середину зала.

– Я баронесса Арманди из Крамати, - громко произнесла она.
– Я прошу разрешения взять с собой оружие, чтобы сразиться с драконом и умереть, как подобает воину.

– Нельзя, - тут же послышалось из-за стола Комиссии. Это сказал председатель, тот самый печально известный господин Хаббард.

– Можно, - возразил король.

– Это не разрешено Законом, - закипятился председатель

– Это не запрещено Законом. Значит разрешено.
– Король отвечал скучающим тоном, развалясь на своем троне и всем своим видом давая понять, как его утомили эти бесконечные перебранки с Комиссией.

– Это запрещено!
– уже не так уверено заявил господин Хаббард.

– Где? Процитируйте.

– Часть третья, глава пятая. Девушки должны явиться к месту отправки в нарядных платьях, элегантно причесанные и убранные цветами.

– Не платьях, а одежде, - поправил король.
– Вечно вы перевираете. И где здесь что-то запрещено? Ничего не запрещено. Они могут взять с собой все, что считают нужным. Любимую куклу, таблетки от головной боли, три смены платьев, штурмовое копье, комнатную собачку, мешок дерьма, столовый сервиз - все, что в состоянии унести. Даже если вы считаете вопрос спорным, мое право решать и я разрешаю.
– Он встал и поклонился Кире.
– Позвольте выразить вам мое восхищение, отважная воительница. Ваше мужество будет воспето в балладах и сохранено в истории королевства.

Возможно, он просто из вежливости ее похвалил, но все равно было приятно. Кира повернулась, чтобы вернуться на место, но ее остановил ехидный голос из-за стола Комиссии.

– И куда вы прицепите свой меч, баронесса? К подолу вашего бального платья?

Ах ты сволочь, обиделась Кира. Еще и издеваешься? Она обернулась и посмотрела на герцога в упор, чтобы он хорошо видел ее глаза и не надеялся заметить там страх или отчаяние.

– Нарядная одежда воина - парадные доспехи, - твердо сказала она. Элегантная прическа воина - парадный шлем. А бальное платье больше пойдет вам, ваша светлость, поскольку у меня есть сомнения в том, что вы мужчина.

В зале немедленно смолкли разговоры, и в наступившей тишине было отчетливо слышно, как его величество давится от смеха.

– Браво!
– наконец, крикнул он и несколько раз хлопнул в ладоши. Достойный ответ на дурацкий вопрос, вы не находите, господа?

Придворные послушно, но как-то вяло зааплодировали, с опаской оглядываясь на герцога Браско, и под эти неуверенные аплодисменты Кира вернулась на свое место.

– Круто!
– восхищенно заявила Ольга.
– Ты его поимела, как хотела! Он теперь до конца церемонии будет сидеть, как обосранный!

– Послушай, - не выдержала Кира, - Ты этой изящной словесности уже здесь нахваталась, или с собой привезла?

– А что, - съязвила Ольга.
– Вас это шокирует? Ваши солдаты изъясняются классическими стихами?

– Солдаты есть солдаты, а ты-то где этого набралась? В королевской библиотеке?

– Да нет, - засмеялась Ольга.
– Это я из дому привезла.

– А чем ты занималась дома?

– Изучала языки и литературу. Изящную словесность, в общем, - пояснила Ольга, наблюдая, как на середину зала величественной походкой выходит красавица Эльвира.

– Я Эльвира Люменталь, - с обычным своим отчужденным спокойствием произнесла она.
– Я прошу, чтобы вы, ваше величество, принесли мне свои извинения. Сами знаете, за что, но если не догадываетесь, могу сказать.

Король медленно выпрямился и в наступившей тишине коротко и серьезно спросил:

– Публично?

– Да, здесь и сейчас.

– В какой форме?

– Как вам будет угодно.

– Должен ли я подробно указать, за что именно, невзирая на то, что здесь присутствуют дамы?

– Не обязательно.

– Должен ли я при этом преклонить колено перед вами?

– Нет, ваше величество, я хочу, чтобы вы смотрели мне в глаза.

Присутствующие, затаив дыхание, слушали этот странный обмен вежливыми репликами, которые и король, и его придворная дама произносили одинаково ровным и серьезным тоном, и с трепетом ожидали продолжения. Король с каменной вежливостью на лице спустился по ступеням, подошел к Эльвире вплотную и все тем же ровным серьезным тоном произнес, глядя ей в глаза:

– Госпожа Люменталь, я приношу вам свои извинения за то, как я обошелся с вами год тому назад. Я прошу у вас прощения за мое поведение, недостойное короля. Я прошу вас простить меня за то, что относился к вам без должного уважения, унижал вас, оскорблял и хамил. Я ничего не упустил?

– Благодарю вас, ваше величество, - точно так же ровно ответила Эльвира, и они, одновременно развернувшись, как часовые при смене караула, чинно разошлись по своим местам. Ольга, сунув руки в карманы, зашаркала своими белыми кроссовками на середину зала, спеша занять место Эльвиры.

– Это и все, чего ты хотела?
– удивленно спросила Кира.
– Вы что, так не могли разобраться в своих недоразумениях?

– Я не думала, что это будет... так, - вздохнула Эльвира.
– Я ожидала, что он станет сопротивляться, а я буду настаивать... Что он разозлится, что ему будет стыдно, что он будет чувствовать себя униженным... А он даже не дрогнул. И даже не покраснел. И глаз не отвел. Словом, лишил меня единственного и последнего удовольствия.
– она еще раз вздохнула и печально изрекла: - Козлы они все, мужики...

Тем временем Ольга, представившись, принялась излагать:

– Ваше величество, у меня к вам есть одна просьба, очень, как бы сказать... личного характера. Вы не возражаете, если я выскажу ее вам наедине, чтобы... э-э... ну, вы меня понимаете.

Король обхватил ладонью подбородок и скорбно заломил брови.

– Вы что, сговорились?
– жалобно сказал он и повернулся к придворному магу.
– Мэтр Истран, я вас очень попрошу... В мой кабинет. Ольга, подойди ближе.

– Так нельзя!
– заявил председатель Комиссии.
– Просьба должна быть высказана публично.

– Процитируйте, - небрежно откликнулся король. По-видимому, эта реплика у него уже была отработана до уровня рефлекса. Господин Хаббард засопел, но промолчал. Предполагаемой цитаты явно не существовало, а врать королю было бесполезно - оба злосчастных закона он, разумеется, знал наизусть. Ольга обернулась, очаровательно улыбнулась председателю и показала ему кулак с отставленным средним пальцем. Видимо, это что-то означало, поскольку господин Хаббард задохнулся от возмущения и пошел красными пятнами, однако не сказал ни слова. Эльвира тихо хихикнула и объяснила Кире, что этот жест аналогичен мистралийским двум пальцам или же родному ортанскому кулаку. Это ей как-то Жак рассказывал.