Чтение онлайн

Может быть, там вообще кто-то новенький, с кем я ещё раньше не сталкивался? А что… как минимум один кандидат имеется.

Утренний Ярославль был практически пустым, так что ехали мы быстро. Пару раз Петрович пролетел на красный – всё равно никого на дороге.

Когда мы уже подъезжали к дому, неожиданно завыли сирены. Звук шёл сразу с нескольких сторон. Я обернулся и увидел, как из-за поворота вылетает полицейская машина с мигалками, а следом ещё одна, и ещё…

А впереди, перекрывая перекрёсток, уже разворачивался чёрный фургон без опознавательных знаков.

– Командир! – крикнул из кузова Святогор. – Сзади ещё!

Нас окружили. Из машин выскакивали вооружённые бойцы в чёрной броне спецназа и с надписью «Полиция» на груди. Они заняли позиции за автомобилями и взяли нас на прицел.

Что ещё важнее, показались две чёрные машины без номеров, которые встали чуть поодаль от полицейских.

– Канцелярия, – кисло произнёс Святогор, заметив их. – Специальная имперская служба, приглядывающая за аристократами. Полномочий у них гораздо больше, чем у полиции.

Дверь одной из чёрных машин открылась, и из неё вышел мужчина в сером костюме с папкой под мышкой. Он поднял рупор и заговорил ровным, хорошо поставленным голосом:

– Внимание! Антон Игоревич Северский, глава рода Северских! Вы обвиняетесь в превышении дозволенных мер самообороны на открытой частной территории, а также в публичном умерщвлении Слуг дворянского рода Чебкасовых без предварительного объявления войны роды! Указанные деяния совершены на землях, принадлежащих его светлости герцогу Алваресу-Потехину, что делает его светлость также одной из потерпевших сторон! Призываю вас добровольно покинуть транспортное средство и сдаться властям! В случае мирной сдачи никто не пострадает!

Рука Святогора, лежавшая на рукояти топора, крепко её сжала.

– Это из-за меня, – глухо проговорил он. – Те ублюдки на рынке…

– Они были Слугами рода? – быстро спросил я.

– Откуда мне знать? – дёрнулся Свят. – Вели себя как обычные бандиты. И Слугами уж точно не представлялись.

Нахмурившись, я вспомнил слова брагинских мерзавцев на рынке – они кричали что-то про «виконт Кольцов прикроет». А теперь выходит, что другие брагинские – те, которых я прикончил – вообще служили Чебкасовым…

Там что… Почти вся банда из аристократов и их гвардейцев?

Ну да чёрт с ними. Сейчас важнее всего выпутаться из этой заварушки с наименьшими потерями.

Итак, Руны в квартире Петровича, похоже, никого не задели – отсюда уже чувствую, что внутрь никто не сунулся. Видимо, поняли, что в квартире пусто.

– Если что, легенда у нас одна-единственная, – обратился я к своим. – На рынке я действовал самостоятельно. Свят был в отключке, Петрович и Игоша – дома.

– Считаю до трёх! – снова загремел рупор. – При отказе подчиниться будет произведён штурм транспортного средства! Раз!..

– … Не делайте глупостей, пока меня не будет, – быстро продолжил я. – Держитесь вместе, не разделяйтесь. Я вернусь.

– Два!..

Я наклонился ближе к Петровичу и прошептал:

– Оборудование из проклятого дома – к бабе Гале. И всё другое, что ценное. Номер таксиста у компьютерного стола лежит, рядом с медведем Свята. За Руха не переживайте, если ему что-то будет надо от вас – он даст знать.

Старик коротко кивнул.

Я закрыл глаза и потянулся к Рунам на корпусе «Егеря». Оставлять их опасно: если кто-то из служащих будет особо усердно лезть в машину, Руны его просто убьют. А дополнительных обвинений мне сейчас уж точно не нужно.

Я втянул энергию обратно в себя, деактивируя защиту.

– Три!..

– Я выхожу! – крикнул я, распахнув дверь. – Один! Остальные к инциденту на рынке не причастны!

Я медленно вышел из машины, держа руки на виду. Сразу несколько стволов уставились мне в грудь.

– На колени! Руки за голову! – велел мне один из полицейских.

Я остался стоять расслабленно.

Два других, подбежав ко мне, грубо завели руки за спину и защёлкнули наручники.

– Остальные! – скомандовал начальник спецназа. – Покинуть транспортное средство! Медленно, без резких движений!

Петрович вылез первым, за ним Святогор и Игоша. Их тут же оттеснили в сторону и начали обыскивать. Невидимый Рух залез на крышу машины и наблюдал за происходящим – после того, как буйство энергии в нём улеглось, он явно улучшил свою невидимость. Теперь, потратив больше Силы, он может вообще скрыть все следы своего присутствия.

Но я, разумеется, всегда буду его чувствовать.

– Оружие на землю! – крикнул спецназовец.

Святогор нехотя положил топор на асфальт перед собой. Один из бойцов потянулся к нему.

– Это моё личное оружие, – холодно сказал Святогор.

– Изымается до выяснения обстоятельств.

– На каком основании? – Святогор шагнул вперёд, и двое бойцов тут же вскинули автоматы. – Я личный дворянин Империи! Награждён за службу на Хабаровском рубеже! На меня ордера нет!

Тот самый человек в сером костюме с рупором подошёл ближе и заглянул в свою папку.

– Горцев Святослав Иванович? – уточнил он.

– Он самый.

Канцелярист пролистал несколько страниц, удивлённо вскинул бровь, словно его данные не бились с тем, что он видел воочию. Потом поморщился и произнёс:

– Принимается. Верните ему оружие.

Боец, позарившийся на топор Святогора, нехотя отступил. Командир моей гвардии медленно поднял топор, крутанул его в руке и убрал в подвес на бедре.

– Изымается! – крикнул другой боец, указав на «Слонобой» Петровича и полез его вырывать.

– Моё ружьё! – невозмутимо ответил старик. – Зарегистрировано, разрешение имеется.

Он полез во внутренний карман, вытащил сложенную бумагу и протянул бойцу. Тот нехотя прочитал её и посмотрел на человека в сером, который в ответ одобрительно кивнул, а затем взглянул на «Егерь».

– Транспортное средство конфискуется до окончания расследования. По его поводу никаких возражений не принимается.

Вот оно что…

Я смотрел, как бойцы оцепляют «Егеря», и думал о сегодняшнем звонке – ведь посланник герцога грозился, что я пожалею. Не прошло и пары часов… Очень похоже на вмешательство герцога Алвареса-Потехина, хотя это ещё не точно.

Меня повели к чёрной машине Канцелярии. Напоследок я обернулся и встретился взглядом с Петровичем. Старик едва заметно кивнул, давая понять, что всё понял.