Чтение онлайн

–Я забыл сделать комплимент твоему платью, не так ли, моя игрушка?
– сказал Маркус. –Как невнимательно с моей стороны.
– он провел руками по всей длине моего платья, затем дернул его, заставив меня задержать дыхание. –Восхитительно...
– он грубо задрал платье выше поясницы, обнажив мою задницу. –Да, - он почти застонал. –Какое ты представляешь зрелище, моя маленькая штучка. Абсолютно аппетитно.
– Он обхватил ладонями мои ягодицы и раздвинул их для своего обозрения, заставляя меня сглотнуть.

–Маркус.

Я поднял глаза на мамин голос и увидел, как она схватила бутылочку смазки с маленького столика рядом с диваном. Но когда она выпрямилась и бросила бутылку Маркусу, что-то еще на столе привлекло мое внимание.

Стальная пилочка для ногтей.

Мое дыхание участилось, когда я уставился на неё – небрежно лежащую рядом с парой презервативов, которые мама приготовила для Маркуса.

Это было там – прямо передо мной. Бессловесный маяк. Путь.

Возможность.

И в тот момент я понял, что это мой единственный шанс.

Мой гребаный лунный выстрел.

Маркус пошевелился позади меня, и шелест ткани показал, что он спускает штаны.

Однако я не мог оторвать взгляда от пилочки для ногтей. Это было единственное, что я мог видеть; единственное, что я хотел увидеть.

Я не чувствовал страха, когда она была так близко к моей руке. Я не испытывал угрызений совести, у меня даже не было желания что-то пересматривать.

Что-то тяжелое прижалось к моей спине, и секунду спустя я почувствовал горячее, несвежее дыхание Маркуса у своего уха, когда он прошептал:

–Ты готова, моя маленькая игрушка?

Впервые за последние два года я наконец почувствовал себя таким, каким был.

Я был так чертовски готов.

17. Прошлое

2008 год

Громкий шорох пластиковой обертки наполнил воздух, когда Марко надевал презерватив. Затем он открыл бутылочку смазки, которую дала ему мама, и еще больше намазал мои ягодицы.

Я стиснул зубы, когда он капнул тонкой струйкой ледяной смазки на мою дырочку, и закрыл глаза, когда он обвел по ней головкой своего полутвердого члена.

Подождать – мне пришлось подождать, пока я что-нибудь не сделаю. Мне нужно было застать Маркуса врасплох, потому что если бы он не был достаточно отвлечен, то существовал большой шанс, что он уложил бы меня прежде, чем я смог бы нанести какой-либо надлежащий урон.

И вот, мне пришлось немного потерпеть – ровно столько, чтобы остаться верным тому, что я имел в виду.

Маркус даже не стал дожидаться, пока я отвечу утвердительно на его вопрос, прежде чем подготовить меня к себе. Опять же, я не был удивлен. Такие люди, как он, на самом деле не спрашивали разрешения; они просто брали все, что хотели.

–Готова или нет, но я вхожу, моя игрушка, - объявил Маркус, прямо перед тем, как одним толчком ввести свой член в меня.

Мое тело дернулось вперед, и я сжал челюсть вместе с кулаками, когда его действие вызвало жгучую боль в моей дырочке.

–Боже мой, ты такая чертовски тугая, - прошипел Маркус, затем вышел, прежде чем снова войти в меня. –И ты так хорошо берешь мой член, моя игрушка.
– Он начал двигаться в грубом ритме, и с каждым толчком боль усиливалась, как и резь в моих глазах.

Черт, это больно. Это было чертовски больно.

Я взглянул на маму и обнаружил, что она наблюдает за движениями Маркуса с приоткрытыми губами и расширенными зрачками.

Она была возбуждена, эта отвратительная женщина.

Маркус схватил меня за талию и начал вколачиваться в меня, заставляя мое тело дернуться вперед.

Боль усилилась – не только там, где он трахал меня, но и в моей голове от полученной им пощечины.

Но все же я позволил ему причинить мне боль; я позволил маме отвлекаться. И, используя его толчки в своих интересах, я продолжал придвигать свое тело все ближе и ближе к боковому столику. Каждый раз, когда он входил в меня, я выдвигал руки вперед, и когда я, наконец, был достаточно близко, я схватился за подлокотник дивана и повернул свое тело вбок. Совсем немного.

–Сильнее, хозяин, - удалось мне сказать, к большому удивлению моей мамы. –Дай мне все, что у тебя есть.

–А ты думаешь, что я не такой?
– Маркус хмыкнул, затем удвоил усилия, ускорив шаг.

Хорошо.

Но это также означало, что я должен был двигаться быстрее, потому что, провоцируя его подобным образом, я сократил время, которое потребовалось бы ему, чтобы кончить.

Я снова взглянул на маму и обнаружил, что она запустила руку под платье, чтобы потрогать себя.

Я сглотнул и отвел взгляд, и когда Маркус снова вошел в меня, я потянулся вперед и схватил пилочку для ногтей, которая была всего в нескольких дюймах от меня.

Мое сердце бешено колотилось, а ладонь, в которой я держал пилочку для ногтей, начала потеть.

Мне, блядь, пришлось переползать.

Я сжал металлический предмет в тисках и, прежде чем успел передумать в своих порывах, развернулся верхней частью тела и вонзил пилочку для ногтей в левую щеку Маркуса.

Конечно, она вошла не до конца, и в результате мне пришлось ее извлечь, но, тем не менее, мне удалось проколоть его кожу.

Ощущение разрывающейся плоти под моим натиском заставило дрожь пробежать по моим костям, заставив улыбку расползтись по моему лицу.

Маркус закричал – пронзительный вопль, который яростно зазвенел у меня в ушах, – и вышел из меня, прежде чем поспешно отойти от меня. Он прикрыл дрожащей рукой кровоточащую щеку и уставился на меня в полном шоке.

–Что за хуйня?
– прошептал он, затем заорал: –Что за хуйня?!

–Тебе это нравится, хозяин?
– сказал я ему – так спокойно, как только мог, - затем сделал шаг в его направлении.

Он чуть не упал, убегая от меня, и когда я подмигнул ему, он распахнул главную дверь и практически выбежал – голый ниже пояса, с безвольно свисающим между ног членом.

–Дорран!
– раздался мамин голос у меня за спиной, за секунду до того, как она схватила меня за руку и развернула лицом к себе.

Она кипела, дрожала, и, осмелюсь сказать, последняя реакция, казалось, была вызвана страхом. Ее глаза, расширенные всего несколько секунд назад, потеряли свой цвет и были широкими, как гребаные блюдца. Ее лицо побледнело, а на лице застыл полный ужас.