Чтение онлайн

Она была для него ничем иным, как старой привычкой, занозой в боку, которая никуда не делась. Возможно, он тоже наконец понял это. Дуна была знакомой, безопасной. Мелина была новенькой, свеженькой, кладезем нераскрытых секретов, которые понравились бы любому пылкому мужчине. Их видели вместе по всему лагерю, пышногрудая рыжеволосая женщина сияла от радости. И это было как удар ножом в сердце Дуны.

Вина лежала на ней, и только на ней. Сделай она другой выбор, возможно, результат тоже был бы другим. Она была более чем осведомлена о разрушительных последствиях, которые могли вызвать ее игры, но именно из-за этого чувства, которое сейчас бушевало в ней, она прибегла к ним в первую очередь.

Желчь подступила к ее горлу, сердце билось так, словно готово было выскочить из груди. Стыд и бесполезность просочились внутрь, разрушая ее душу, как едкая болезнь. Ее легкие горели, как будто простое вдыхание воздуха причиняло им боль.

Она была глупой. Такой глупой.

Ей никогда не следовало возвращаться.

— Ото, — обратилась Дуна к своему другу детства с фальшивой улыбкой на лице, — почему бы тебе не вернуться в лагерь. Я собираюсь прогуляться, прошло некоторое время с тех пор, как я видела снег в последний раз.

Беспокойство отразилось на лице красивого мужчины, когда он опустил клинок. — Что-то не так?

Улыбка на ее лице стала искренней. — Мне так повезло, что ты у меня есть, ты знаешь это? Спасибо тебе, что всегда был так добр ко мне. Я никогда не забуду всего, что ты сделал. Никогда.

— Дуна, что происходит? — он подошел к ней. — Ты в порядке? Ты бледная. Тебе приснился еще один из тех кошмаров?

Если бы только. — Нет, я в порядке. Я просто устала, вот и все. Я не отниму много времени, обещаю.

Неумолимый Ото сказал: — Хорошо, но, по крайней мере, проводи меня обратно. Мне бы не помешала компания.

Кивнув в знак согласия, они вдвоем пошли в ногу, непринужденно болтая. Легкий слой снега покрыл землю, когда появился первый ряд палаток, как будто покров невинности мог смыть жестокость этого места.

Утреннюю тишину разорвал смех. Дуна подняла глаза и болезненно замерла. Вот они, генерал и Мелина, стоят на открытом месте, лучезарно улыбаясь друг другу, а хлопья снега кружатся вокруг, заключая их в их собственный маленький мирок.

Дуна наблюдала за ними, пара не обращала внимания на ее полный печали взгляд. Они выглядели такими счастливыми, такими целостными.

Я его не заслуживаю. Я только причиняю ему боль своим присутствием.

И именно это поразительное осознание вырвало последнюю нить надежды из сердца Дуны и отправило ее в полет в пустоту.

Прости меня. Я никогда не хотела причинить тебе боль.

Ото и она продолжили свою прогулку, вскоре показалась капитанская казарма, и после некоторых бесплодных уговоров они попрощались.

Она не осознавала, что происходит вокруг, подступающие слезы застилали ей зрение. Слезы, которые отчаянно хотелось пролить. Но не здесь. Не в этом месте, где она была нежеланной и никому не нужной. Где ее сердце лежало раздавленным в снегу. Где призраки некогда великой любви не отпускали ее.

Ноги несли ее вперед, как будто у них был собственный разум, как будто они точно знали, где она должна быть.

Перед ней появилось знакомое озеро, его воды подернулись рябью под снежными облаками.

Улыбка тронула ее губы, когда пальцы Дуны намотали серебряное ожерелье ее бабушки. Ожерелье, с которого все началось.

Ключ от ее дома.

Ее прошлое.

Себя.

Ей нужно было место, где она могла бы побыть одна, место, где она могла бы дать волю слезам. Когда Дуна вошла в озеро и нырнула под ледяную гладь, перед ней появилось знакомое лицо, радостно улыбающееся. — Похоже, ты наконец-то нашла это место, раз и навсегда.

ГЛАВА

47

Генерал прошелся по казарме, беспокойство и трепет не позволяли ему праздно сидеть за своим столом. Он просматривал какие-то земельные карты, когда его охватил первый приступ страха.

Его сердце сошло с ума, пульсируя и колотясь как никогда раньше, вызывая сильную боль, пронзившую все его тело. Он знал, что это было связано с Дуной, но он испытывал похожие ощущения с тех пор, как она вернулась. Поэтому он проигнорировал пронзавшую его невыносимую агонию, заставив свой разум сосредоточиться на текущей задаче.

Только когда это полностью прекратилось, он поднял голову.

Что-то было не так.

Потирая грудь прямо над меткой Дуны, он, наконец, набрался смелости, чтобы найти ее.

Прошло две недели с тех пор, как он был в ее палатке. С тех пор, как он почувствовал ее тепло и нежные объятия. Но, как трус, которым он и был, он оставил ее, пока она мирно спала, прокрадываясь, как вор в ночи.

Монстр в нем не позволял ему существовать, жаждая тьмы и разрушения его почерневшей души. Опустошение, которое принесет его месть за боль, которую она ему причинила, если только он освободит ее.

Его наполнил стыд за то, как он справился со всей ситуацией после того, как она рассказала ему маленькую правду, плача в его объятиях. Он был зол, взбешен из-за того, как она играла с ним. За то, что заставила его поверить, что она двигалась дальше.

Если бы она только знала, что вид ее с другим мужчиной пробил брешь в его душе, возможно, это помешало бы ей выбрать такую презренную игру.

Каталу нужно было время побыть наедине с самим собой, подумать и восстановить силы, найти выход из ярости, которая никак не проходила.

Вина смотрела на него в ответ. Мелина пришла к нему снова, всего день спустя. Словно посланной самой вселенной, он вцепился в нее, отчаянно нуждаясь в каком-то подобии нормальности, которой ему ужасно не хватало с тех пор, как вернулась Дуна.

Он больше не хотел причинять боль. Он просто хотел забыть и обрести покой, раз и навсегда.

Итак, он приветствовал компанию рыжей с распростертыми объятиями. Она была простой, безопасной, глотком свежего воздуха, той, на которой не было шрамов прошлого. Ее присутствие было легким, как сама женщина, никогда не жалующаяся, никогда не требующая большего. Даже когда Катал отказывал ей снова и снова, будучи не в состоянии переварить мысль о прикосновении к другой женщине, которая не была его парой, она просто принимала это с улыбкой на лице.