Чтение онлайн

И граф Сен-Поль, кого совет для этих дел избрал,

15 Сказал, что на своем веку чужого он не брал[127],

Что лен во Франции ему отец в наследство дал;

На той земле весь род его извечно процветал,

И тот свою унизит честь, кто у вдовы[128] отнял

Надел и достоянье.

Лесса 35

Монфор дает согласие на владение завоеванными крестоносцами землями

На том собрании большом, где сбылись Церкви чаянья,

Один богатый был барон, отважный до отчаянья,

В служенье Господу Христу он отличался тщаньем

И добродетелей иных являлся воплощеньем.

5 Сей рыцарь был умен, правдив, красив на удивленье,

За морем в Заре[129] воевал, другие вел сраженья.

Имел немало он земель в своем распоряженье

И частью Англии владел от самого рожденья.

Монфором звался тот барон[130], снискавший уваженье;

10 Его-то и просили все, явив свое смиренье,

Святому делу послужить и взять на попеченье

Тот край, каким еретики владели без уменья...[131]

Аббат сказал: «Сеньор! Сей край, вам данный во владенье

Святым наместником Петра[132] по Божьему веленью,

15 Берите смело, ибо я имею убежденье,

Что ваше, граф, не только мне приятно назначенье,

Но сможет Церковь поддержать все ваши начинанья».

«Я так и сделаю, аббат, — сказал граф на прощанье, —

Но вот условие мое: почтенное собранье

20 Пусть поклянется на мощах и даст мне обещанье

Встать на защиту, коли враг в душе лелеет мщенье».

И все присягу принесли, скрепив сие решенье;

И граф владенья получил в срок и без промедленья,

Господь его спаси.

Лесса 36

Когда Монфору в грозный час достались земли все[133],

И Каркассонн, и прочий край во всей его красе,

То не обрадовался граф, но загрустил совсем.

В дорогу рыцари Креста пустились по росе,

5 Исчезли стяги их вдали, умолкли голоса,

Ведь тропы узкие в горах, везде растут леса...

А ну как их в густом лесу подстрелят, как гусей?

Не много с графом в грозный час осталось знати всей![134]

В Париж вернулось большинство, проси иль не проси.

10 Остался с ним один Симон, по слухам, из Сесси[135],

Робер-нормандец, чья земля возле морской косы,

Де Контр, что веру укреплял... Меня ж в устоях сих

Пусть укрепят святой Дени[136] и Бог на небеси!

Сеньор Робер де Форсевиль и славный де Креси[137],

15 Достойный Ги[138], чей меч остер и жалит как оса,

Бомон, возлюбленный Христом, творящим чудеса,

И много рыцарей, чей пыл я здесь не описал.

Еще отважный д’Анделис и доблестный Эссар,

Рауль д’Аржи и сам Шодрон, сеньор Юк де Ласи...

20 Когда бы с ними наравне я ратный труд вкусил

Иль шел по краю, где они сражались что есть сил,

То мог бы большего достичь, когда за книгу сел,

Сим знаньем умудрен!

Лесса 37

Гибель Раймона Рожера, виконта Безьерского и Каркассоннского

Когда остался граф Монфор по имени Симон

В том завоеванном краю и занял Каркассонн,

К себе вассалов он призвал, как истый сюзерен.

Был лучше всех Гильом де Контр, баронам всем барон.

5 Монфор его в Битерруа послал хранить донжон[139],

Чтоб враг не поднял головы, грозя со всех сторон.

И будь Гильому отданы Кастилия, Леон

И Португалия сама, где свары испокон,

То ими, Бог не даст соврать, владел бы лучше он,

10 Чем те, кому бы колпаки носить вместо корон[140].

В Лиму Ламбера де Креси отправил граф Симон

И дал баронам остальным иные земли в лен,

Доверив край оберегать от козней и измен.

Сам граф, имевший сердце льва, был ношей отягчен,

15 Держать виконта из Безье под стражей обречен.

Виконт же умер невзначай[141], но граф тут ни при чем.

Хотя невежды и лжецы, которым чужд закон,

Твердят, что ночью был убит предательски виконт[142],

Однако не хотел бы граф, попавши в сей капкан,

20 Чтоб ядом сплетен записных, вводящих мир в обман,

Отравлен был бы ратный дух и вера христиан.

И граф, конечно, прав.

Лесса 38

Крестоносцы в завоеванном краю

Итак, сеньоры, граф Симон, чей ум от века здрав,

Доверье Церкви Пресвятой отнюдь не зря снискав