Песочные часы вселенной. Начало.
Шрифт:
Я появился здесь раньше Мартина. И мне повезло, что я быстро его нашел. Он, действительно, тогда ничего не помнил и не знал о своем истинном задании. Мартин должен был убедить тебя в том, что он сделает все возможное для того, чтобы помешать твоим планам. Чем ближе был момент запуска этой программы, тем в большей готовности были эти камни. Мне нужно было попасть в лабораторию ученых. А остальное – это технические вопросы и знать их тебе не нужно.
Что касается твоих агентов. Я должен был объяснить им свое отсутствие, объяснить - почему меня с ними нет. Я сказал им, что решил помогать Небесному Воину. Зная, что ты отдашь им приказ помешать нам, я просто попросил их сделать свой выбор. Они его сделали. Их гибель огорчила меня. Если Ани погубило безрассудство, то Юнону погубил страх. Рина погибла из-за своего невежества. Действительно, не стоит иметь дело с тем, о ком ничего не знаешь. Таира проявила слабость, ей не хватило сил бороться с вами. Но у нее хватило мужества уйти самой. Вот, собственно, и все.
– А, почему ты все это мне рассказал? – спросила Гинния.
– Из уважения, - ответил Воин.
– Бедный юноша, - сказала Гинния, глядя на лежащего Мартина. – Он поправится? – спросила она Воина.
– Да, с ним все будет хорошо. Сейчас он просто спит, - ответил Воин.
– Я чувствую, что прожила свою жизнь совершенно напрасно. К чему все это? Воин, если бы ты знал мою историю. Как бы мне хотелось, чтобы ничего этого не было, - обреченно говорила Гинния.
– Я знаю твою историю и понимаю твое желание, - сказал Воин.
– Знаешь и понимаешь? – переспросила Гинния.
– Да, и знаю, и понимаю. Очень тяжело жить под чужой маской и играть чужую роль.
– Я сказала неправду. Ты не единственный, кого я очень сильно ненавидела. Есть человек, которого я ненавижу еще сильнее, - сказала Гинния и указала рукой на дверь.
Повелитель дочитал последние слова, и рыдания перехватили его дыхание. Он плакал, не стесняясь, как ребенок, вытирая слезы. Время снова начало свой ход. Повелитель немного успокоился, закрыл книгу и посмотрел на огненный коридор ровно горящих свечей. Его руки лежали на книжном переплете, и он, наконец-то, удивился тому, что здесь никого нет. Нет Хранителей Книги, которых он ожидал увидеть. Никто не торопил его и не мешал читать. Повелитель почувствовал непонятное волнение. Он посмотрел на книгу в старом потертом красном переплете и снова ее открыл. Страницы книги были чисты. Повелитель лихорадочно перелистывал страницы, но не увидел ни единой записи. В книге не осталось ни одного слова. Тогда он закрыл книгу и встал из-за стола. Непонятно откуда, в комнате поднялся сильный ветер и задул все свечи. Возник полумрак. И только два огня еще продолжали гореть в лампах, которые он когда-то зажег с Гиннией.
Он подошел к двери, открыл ее и вышел из комнаты.
Повелитель с недоумением смотрел на зал часовни, который теперь выглядел совершенно иначе, чем менее получаса назад. Лежащие на полу тела, руины потолка – все это потрясло Повелителя.
– Гинния, что здесь случилось? Что произошло? Я ничего не слышал. Ты цела? – спрашивал Повелитель, подходя к Гиннии и беря ее за руку.
– Надеюсь, мы не потревожили тебя, - сказала Гинния, отнимая свою руку из рук Повелителя.
– Я думаю, что вам есть, о чем поговорить, Гинния. Мы не будем вам мешать, - сказал Воин. – Вам тоже лучше убраться отсюда, - сказал он, обращаясь к слугам Гиннии.
Гинния не успела ничего ему ответить. Все исчезли из зала. Она осталась с Повелителем одна. Гинния оглядела совершенно пустой зал и спросила Повелителя:
– Ты, действительно, ничего не слышал?
– Ничего. Я, вообще, не понимаю, как за то время, что я читал две страницы, могло столько всего произойти. Здесь кто-то лежал? Что с ними произошло?
– Одна умерла, а другой просто спал. Что интересного о себе прочел?
– спросила она.
– Не спрашивай меня. Мне не хотелось бы говорить об этом, - отмахнулся он.
– Покажи мне книгу, - вдруг, попросила она.
– Пошли, посмотришь, только в ней, почему-то все записи пропали.
– Все равно, - сказала она и вошла в комнату. – Смотри, лампы, те самые. Неужели в них горит все тот же огонь? Твой красный и мой желтый.
Гинния прошла мимо ламп, подошла к столу и увидела книгу. Она открыла ее и на первой странице прочитала вслух слова: «Там, где все начинается, там все и закончится».
– Что? Ты увидела запись? – удивился Повелитель и подошел к книге, но Гинния уже закрыла ее.
– Как ты думаешь, что это значит? – спросила она Повелителя.
За их спинами раздался шум, Гинния резко обернулась, но, вздохнув, с облегчением, сказала:
– Это ты.
– Я. А ты кого здесь ожидала увидеть?
Повелитель тоже оглянулся и спросил:
– А это кто?
В комнату вошли двое - Совесть Гиннии и никому не знакомый человечек, такого же маленького роста, как и Совесть. Похоже, что человечек проделал долгий путь. Его одежда была в пыли, плащ забрызган грязью, свою шляпу он нес в руке. Этот человечек был очень опечален. Бледное лицо, обрамленное длинными темными волосами, похоже, никогда не улыбалось. Он с грустью посмотрел на Повелителя и сказал:
– Я - твоя Совесть.
– Ты, что, никогда не видел своей Совести?
– удивленно спросила Гинния у Повелителя.
– Никогда, - ответил он, разглядывая человечка.
Между тем две совести подошли к горящим чашам и сняли их с поставок. Как они смогли это сделать при своем росте, оба Повелителя так и не поняли.
– Что вы делаете?
– спросила Гинния, чувствуя, что ее сердце начинает неровно биться.
– Там, где все начинается, там все и закончится, - одновременно произнесли две совести.
Ния и Кин посмотрели друг на друга, они все поняли.
– Прости меня, Ния, - сказал Кин.
– И ты меня прости, - сказала ему Ния.
Это единственное, что они успели сказать друг другу. Совести приблизили одну чашу к другой. Пламя чаш потянулось друг к другу. В следующую секунду между чашами вспыхнуло новое пламя, и сознание покинуло повелителей.
Четыре девушки стояли на Задумчивой горе и смотрели вниз, на свой город Минолд.
– Когда я смотрю на наш город, мне кажется, что ничего в мире не может произойти такого, что может изменить эту мирную жизнь и наши планы. Ани станет лекарем, у Таиры родится чудесный малыш, Юнона выйдет замуж за надежного и доброго каменщика, а я буду рисовать свои картины, - сказала Рина.
– Но что-нибудь обязательно произойдет. И нас ждут многие перемены, - не согласилась с ней Ани.
– А я поняла, о чем говорит Рина, - сказала Таира, - она имела в виду не то, что нас ожидают различные события, а то, что наша жизнь, словно прямая дорога, от которой не может быть неожиданных поворотов.
Никто ей не ответил, все сидели и молчали, глядя на веселящийся вдали город. Но вскоре внимание Таиры привлекли две фигуры. Юноша и девушка шли по направлению к часовне, они смеялись, обнимались и целовались, казалось, одновременно. Их темные и светлые волосы переплетались от теплого летнего ветра. Юноша был высоким и стройным с длинными черными волосами, девушка, напротив, была не высокого роста со светлыми волосами. На эту пару оглядывались прохожие, но они ни на кого не обращали никакого внимания.