Чтение онлайн

— Я все предусмотрел, — немного смягчился рыжебородый, вдыхая душистый аромат молодой девушки. — Тут должна была висеть одна зверюга, и, к слову, так оно и было. Пока не померла тварь.

— Померла? — Греттель немного поежилась, теперь путешествие в данной клетке, казалось ей еще менее заманчивым.

— Да, случилось одно несчастье… Но, впрочем, змей все равно отправится с вами.

— Как с нами?! — взвизгнула испуганная девушка. — Мы что, поедем с мертвой тушей внутри?

Варону тоже было не по себе от подобной перспективы, но вслух он ничего не сказал.

— Ну, питон не такой уж и огромный, — начал было оправдываться тот. — Да и мои люди специально увезли его на время в морозильные камеры, чтобы он при вас, ну, не так сильно вонял.

— Варон! Скажи ему, что это безумие! — Греттель, казалось бы, совсем позабыла о своей милой и кокетливой роли. — Ехать в клетке, да еще и с мертвой змеей!

— С речным питоном, смею поправить вас, юная леди, — усмехнулся Бранн, наблюдая за ее бурной реакцией.

— На арену должны доставить семеро животных, — рассуждал юноша. — Если один зверь вдруг умер в пути, то это не вызовет подозрений. Броненосец прав, я согласен.

— Ну, а я — нет! — продолжала настаивать та, но, завидев суровый взгляд шхуна, тут же замолкла.

— Все готово к отправлению. Могу запускать, — послышался голос Подрига где-то из глубины склада.

— О, время-то уже поджимает, — будто опомнился Бранн, прикусив язык. — Ну, что ж, первый зайдет шхун или уступит место даме?

— Едешь ты или нет, мне абсолютно без разницы, — бросил напоследок Варон, поднимаясь в просторную клетку, Греттель ничего не оставалось делать, как молча проследовать за ним.

— Что ж, отлично. Эй, парни! Тащите сюда эту змеюку! — а после, чуть понизив голос, Броненосец добавил. — Ваша клетка поедет в середине колонны, сначала телепортация, потом каменистая дорога около часа, это вместе с погрузкой. Потом, если по близости не будет свидетелей, Роранд вас выпустит и проведет через черный ход.

— А вы сами на арену не собираетесь? — удивленно спросила Греттель, наблюдая как несколько стражников волочат по полу какой-то длинный серебристый предмет.

— Я? Собираюсь, конечно же, груз без меня принять не могут. Просто я пойду своим ходом и не через отправочный центр, — Бранн задумчиво почесал свою рыжую бороду. — Честно сказать, не люблю я все это вот: запах скотины, шум телег, что ставят на колеса, их тряска. Вы уж простите, но мы с вами лично, скорее всего больше не встретимся. Деньги передадите через Роранда, под мою ответственность, — здоровяк чуть поклонился. — Ну, удачи!

Бранн с пару секунд наблюдал за тем, как их обоих запирают в клетке. Змею, что стражники с трудом затащили внутрь, положили прямо около входа, стараясь свернуть ее длинное склизкое тело кольцами, чтобы эта ползучая тварь занимала собой не так много места. Пасть у речного питона была крепко закрыта, но даже так из нее торчали огромные, почти с ладонь, зубы, которыми она при жизни впивалась в тела своих незадачливых жертв.

— А он точно… Ну, мертвый? — Греттель с трудом сдерживала в животе свой завтрак, стараясь отползти к противоположному краю железной клетки.

Варон ничего не ответил, он все следил за тем, как Броненосец о чем-то шептался со своим здоровяком, тот постоянно кивал и чесал свою огромную голову. Юноше показалось странным, что среди этого общего шума и рычания зверей, те двое, решили вдруг перейти на тихий, едва различимый, шепот.

Находясь вновь запертым в клетке, Варон вспомнил о былых временах, когда Бруст вместе со своей командой, перевозил бойцов, чтобы после делать на них ставки, а по окончанию арены считать выигранные деньги вместе с их пролитой кровью. Но даже если Варон, и другие воины не занимали призовых мест, для Бруста было главное то, чтобы они вернулись в лагерь живыми. Ведь потом, в течение года, можно еще лучше подготовить рабов для участия в последующих боях.

— Понятное дело, что в четырнадцать лет, никто победителем тебя и не сделает, — рассуждал как-то Бруст изрядно напившись. — Ведь для них, для этих организаторов, да и для меня в том числе — стоит задача этих воинов продать. Понима-аешь? А кто купит такого сопляка?

Варон промолчал, сегодня была его очередь прислуживать Брусту после вечерней ванны. Обязанности были довольно простые: разливать напитки, намазывать хлеб маслом, массировать ноги. Чаще всего Бруст просто засыпал и можно было провести вечер довольно спокойно. Но иногда, как например сегодня, хозяина вдруг пробивало на болтовню, и приходилось терпеть его куда больше времени, чем обычно.

— В финальном бою участвуют лучшие воины. Лучшие, как и по силе, так и в своей, как бы тебе это сказать, в своей способности быть проданным. Слышь, подлей-ка, — он протянул ему в дрожащей руке золотой кубок. — Во время боев все эти богачи, они смотрят, болтают, оставляют такие, своего рода, заявки. Думаешь от чего победителей бывает то трое, а то и все семеро? Зависит от количества этих заявочек. Ик! — Варон налил ему вина и отошел в сторону, один вид этого пьяного осла приводил его в бешенство. — Да, ты определенно станешь одним из таких победителей. Но купят ли тебя, а? Как ты думаешь, кому нужен шхун? — тот промолчал. — Отвечай! — Бруст кинул в него кубок, разлив вино по деревянному полу.

— Я не знаю, сэр, — Варон стер с лица кровь, своим метким броском Бруст рассек ему верхнюю губу.

— А я знаю, знаю, — тот потирал руки, ожидая пока шхун принесет ему новый бокал. — Я бы не разводил вас, если бы это не было выгодно. Растить воина целых десять лет, чтобы потом ничего не получить взамен? Думаешь я дурак?

— Нет, сэр, не дурак, — проговорил Варон, а про себя добавил «ты чертов кретин и кусок конского дерьма».

— Да, не дурак. Как, впрочем, и ты, — Бруст принялся закручивать свои редкие черные усы. — По твоим глазам видно, что ты не глуп. И твои родители тоже не были глупцами, отдавая тебя сюда, — он чуть усмехнулся, и от чего это упоминание о родителях Варона показалось ему вдруг смешным? — Ну так, кто же тебя сможет купить? Да, ты сильный боец, победитель арены, но — ты демон. Тебя не взять в королевскую стражу, или на другую почетную службу. Из тебя выйдет неважный слуга, так как тебе не везде позволено говорить, да и твоя внешность отпугивает. Так что же остается? — он посмотрел на Варона в упор.

— Я не знаю, — ответил тот, не опуская глаз. — Сэр.

Бруст улыбнулся и принялся пить прямо с горла.

— Ты злишься, хочешь убить меня? — он вытер чистым полотенцем свой рот. — Я бы на твоем месте хотел.

Варон молча убирал разлитое вино с пола, он знал, что это какая-то очередная странная проверка от его хозяина, но ответить неправильно означало снова стать мальчиком для битья.

— Но ты знаешь, что моя смерть ни к чему не приведет. Тебя будут пытать, а потом и вовсе убьют. Говоря простыми словами, я — твоя единственная надежда вырваться отсюда, — Бруст ударил себя по груди. — Ты ведь в курсе, ик! Что значит быть шхуном в реальном мире? Это ничто! А вот победа на арене, и мои связи действительно могут принести тебе истинную свободу. Разве ты не этого хочешь? — Варон промолчал, готовясь к новой вспышке ярости своего хозяина, но, как ни странно, ее не последовало.

— Я стал работорговцем не от хорошей жизни, — вздохнул наконец тот, поставив пустую бутылку на стол. — Просто для меня это был единственный шанс. И я это понял тогда, больше тридцати лет назад. А теперь, понимаешь и ты.

Бруст развалился на постели, устало подперев под себя подушки.

— Выигрывает тот, кто должен выиграть, запомни это — напоследок проговорил он и захрапел.

Как бы не ранили шхуна слова его хозяина, но в чем-то этот пьяный кретин был прав. Убийство Бруста не принесет ему ровным счетом ничего. Возможно, когда Варон перережет его глотку и пустит кровь, то на мгновение, всего лишь на мгновение, он почувствует себя самым счастливым человеком на материке. Ну а после его ждет неминуемая смерть. Хочет ли Варон умирать? А жить?