Пестрая бабочка 3. Пауза
Шрифт:
– Да не хочу я вламываться, - пожала я плечами, закуривая, - охрана - это не кучка наркоманов. Да и после прошлого раза в том трактире они должны перестраховываться по полной... раз уж никто тогда не вернулся...
– Прошлого раза?!
– подскочил на месте мистрэ Клиф.
– Да-а...- отмахнулась я от его переживаний.
– На нас напали по дороге сюда, в трактире. А потом еще засада была, н-не бери в голову.
Мы снова замолчали, разглядывая пляшущую возле фонаря ночную бабочку.
– Зачем конкретно ты хочешь влезть в подземелья?
– вяло поинтересовался мистрэ, потерявший всякий запал.
– Ты был прав. Я похимичила с образцами табака с траммо, и ты был прав.
– Это - причина чумы?
– Ага. Содержит неизвестный нам некротик. Сколько человек может на нем сидеть? Ну, так, в общих чертах?
Порыв ветра, мигнувший фитиль, глубокие почти старческие складки в уголках губ такого молодого Салли.
– Город большой. Пусть сотня заведений - от респектабельных до притонов, пусть по сотне человек в сутки, кто вдыхает эту отраву, десять тысяч. По самым скромным оценкам.
– Десять тысяч порций зелья, - продолжила я мысль, - пусть ну даже по пять грамм, итого, минимум - пятьдесят килограмм в день. Где-то кто-то должен все это делать. Создавать, разливать, упаковывать. Нужно большое помещение, куда случайный посторонний не попадет.
Салли поджал губы и покивал, соглашаясь с моими выводами.
– Вообще, под городом целая сеть старых тоннелей, никто не знает, что там может быть.
– Для алхимической лаборатории нужны не только стены и крыша, - покачала я головой,- это еще свет, температура, влажность, горелки спиртовые, куча капризного оборудования. А еще круг вызова, поддерживающий портал в Бездну, потому как без ее влияния эту дрянь просто не сварить. И не забывай об охране, кстати.
– В смысле?
– Заставь группу людей охранять нечто непонятное в подземельях, слухи пойдут. Кто-то что-то ляпнул по пьяни, вот тебе и городская легенда готовая. Нет, чуши, конечно, напридумывают, но это был бы дым. А раз дыма нет, то и наличие огня очень сомнительно.
– А дворец так и так охраняют... Разумно...
– мистик устало потер лицо руками, похоже, больше всего ему хотелось отделаться от меня и лечь спать.
– Ага, - кивнула я, - или ту же тюрьму. Да не переживай, не потащила бы я тебя туда, мне просто нужен проводник. Этот гоблин, будь он не ладен.
Порыв ночного прохладного ветра принес с собой запах гари, впрочем, наверное, это от фонаря.
– Салли, слушай, а остальные мистики из твоего храма, они же по всему городу ходят, да? Беспрепятственно и не вызывая подозрений, так?
– Да, - настороженности в его голосе прибавилось, - а почему ты...
– Смотри, мы знаем, что зелье поставляет Сам, знаем, что его достаточно много. Пусть пару дней твои ребята побродят по городу и последят за ним, а? Узнаем точно, где склад.
Мистик долго смотрел на меня, казалось, что-то прикидывая про себя, и наконец, покачал головой.
– Вот только я понятия не имею, кто такой этот Сам. А так да, отличный план.
– Так в чем проблема?
– приподняла я бровь.
– Он по вечерам в "Шмеле", юродствует со сцены, хоть сейчас могу показать. И к чему этот сарказм?
– Кристина, здесь храм. Дом Богини, а не отдел конторы!
– Салли! Ты сам хотел разобраться с этой ситуацией, попросил помощи, вот я и предлагаю тебе помощь! Но и тебе самому придется кое-что сделать. Так это работает. Отправь пару своих в "Шмеля". Там будет высокий, тощий клоун с лицом, раскрашенным под череп, пусть посмотрят, каким он выйдет после представления. У тебя есть, кстати, кто-нибудь, кто умеет рисовать? Конкретно - лица?
Взгляд против взгляда, кураж против осторожности, неразборчивость против щепетильности. Ну, и кто кого?
– Есть, - сдался мистрэ со вздохом, - но я бы не хотел подвергать опасности своих людей.
– Да и не надо! Слушай - пошли сейчас того, кто может хорошо рисовать в "Шмеля", а потом покажем всем и пару дней последим за этим Самом, а? Маршрут с грузом траммо, места курилен, с кем он дело имеет, а? Такое подспорье будет, когда эти притоны разгонять будут.
И неожиданно Салли согласился. Вероятно, заразившись, наконец, моим тем самым нездоровым энтузиазмом. Хорошо, что он не догадывался, что оптимизм - результат выпитых перед вылазкой зелий. Но чего мистрэ не знал, то и не могло ему повредить.
Могу я поделать что-то с крылатым? Нет. А с притонами этими, глядишь, и смогу. Так к чему терять время?
– Почему только Маахве не разберется с этим?..
– поинтересовалась я у вселенной в целом, когда импровизированные художники-криминалисты были отряжены на задание, а мы с Салли снова сидели на скамье в парке.
– Я не знаю. А почему боги не вмешивались в прошлые случаи эпидемии? Может, это испытание?
А может, им просто наплевать. Боги такие боги.
"А может, - задумчиво проговорил Лусус, - как раз не наплевать? Может, это какие-то отголоски разборок Хэль и Короля Мертвых, а? Тоже, кстати, не без нашего участия эта каша заварилась".
– Хочешь, я избавлю тебя от тяги к табаку?
– предложил Салли неожиданно, неодобрительно глядя на догорающую сигариллу в моих пальцах.
– Нет, спасибо. Мне так думается лучше.
– Я могу сделать, чтоб тебе лучше думалось от того, что ты будешь крутить в пальцах монету.
Я покосилась на него и покачала головой.
– Эй, давай без экспериментов на людях! Терпеть не могу, когда кто-то копается в моей голове.
– Да какой ты человек?
– усмехнулся он.
– Посмотрись в зеркало.
– А тем более на мне, - я замерла и уставилась в пространство перед собой, - эксперименты на людях...
Шестеренки в моих мозгах завертелись с огромной скоростью. Но Салли стал относиться к моим идеям крайне настороженно.
– Я не знаю, что ты сейчас задумала, но мне это уже не нравится.
– Слушай!
– возбужденно схватила я его за рукав.
– У вас ставят эксперименты на людях?
– Да ты что!
– всплеснул руками мистик, невольно вскочив на ноги.
Он потер руками лицо и принялся нервно расхаживать перед скамьей.
– А новое лекарство? Которое уже я смешала? Надо же проверить, что оно работает, так ведь?
– Ты уже дала его гвардейцу.
– Но никто этого не знает, кроме тебя!
– И?
– И! Для эксперимента нужен подопытный!
– Ты меня пугаешь...
– А кто для этого подойдет больше, чем и так приговоренный к смерти убийца?
– Но он же гоблин...
– неуверенно проговорил Салли.
Неуверенность, это хорошо. Надо было додавливать парня.
– Слушай. Ты хочешь спасти свой город от этой дряни или нет?