Чтение онлайн

– Допустим, завоюете весь мир, – продолжил ненужную полемику Денисов. – Но человеку всегда хочется чего-то большего. А вам уже хотеть будет нечего. Зачахните от тоски. Ни один диктатор или богач, обладающий неограниченной властью, не был счастлив, дрожа за власть или богатство. Уж лучше счастливый дворник, чем несчастный властелин мира.

Разговор истосковавшемуся по общению с неглупыми людьми Штольцу доставлял явное удовольствие.

– Почему же ничего не будет хотеться? Начну обустраивать планетку, как считаю нужным. Буду строить, развивать науку. Посматривать на покорение других планет. То, что успею в отпущенный мне срок. А может, заряжу учёных и замахнусь на бессмертие. Не на абсолютное, а так, на пару-тройку веков. В общем, планов громадье.

– А не лучше ли, – не унимался Алексей, – кокнуть Гитлера и заниматься вашими мирными планами и наукой в мире, без войны.

– Сожрут! Другие страны сожрут! Тот же Сталин слопает и не подавится. Раз война уже началась, Кремль, в случае удачного для него поворота, попрет до полного уничтожения Германии. Нам останавливаться нельзя, маховик раскручен. Я признаю, что война с Россией – грандиозная ошибка Гитлера. После Англии надо было сначала завоевать Штаты и Африку, а уж потом…, но что сделано, то сделано. С новыми технологиями нам не будет равных. Кстати, Портал мы открыли после начала войны, в конце 1938 года.

Стоп! Денисова будто обухом по голове шибануло. Штольц ничего не знает про нашу родную реальность. Он только знает о другом будущем. Он не в курсе, что там у нас Вторая мировая началась не в 1938-м, а в 1939-м, а на Россию Гитлер напал не в 39-м, а в 41-м, что День нашей победы отмечается 9 мая 45-го, а не 3-го ноября 46-го. Ну и что мы с этого имеем? Думай, голова, думай! А вдруг это мы изменили историю? Вдруг это мы уничтожили чертежи и опасные для человечества труды самого Теслы? Мать твою, вот это замес!!! Трендёж этого ублюдка о своих планах не дает сосредоточиться. Ладно, потом с ребятами всё как следует обмозгуем.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

– Это может уничтожить всю Землю, – пробормотал Никола Тесла, наливая в кружку кофе. Мысли сбивались.

Достойно ли человечество его знаний. С одной стороны, его изобретения, в случае военного применения, могут привести к катастрофе человеческой цивилизации, с другой, ученый не может не изобретать, не исследовать, не открывать новые физические законы. Господь Бог наделил его даром. Тем более, эта связь с космосом… Зачем, зачем он, Никола Тесла, послал энергетический пучок в сибирскую тайгу, в район Подкаменной тунгуски? Чем чаще изобретатель задавал себе этот вопрос, тем больше убеждался, что точного ответа нет. Хотя, он знает, никто не пострадал, но все же… А если вояки смогут использовать его метод? Или взять, например, "лучи смерти", одну из его разработок. Лучи могут сбивать самолеты, топить корабли и танки десятками на расстоянии более сотен километров. Продолжать ли исследования? Если человечество не одумается, останется от него что-нибудь? С другой стороны, он не может не трудиться. Труд всегда связан с природой. И с человеческой, в том числе. С непреодолимой тягой к созиданию. Уже одно желание работать ведет всё ближе и ближе к истине, к тем законам и предписаниям природы, которые суть истина. А в праздности – вечное отчаяние. Праздный человек – это животное, поедающее время. Как там у великого английского мыслителя Томаса Карлейля? "Познай самого себя? Твое бедное я долгие годы мучает тебя, но ты никогда, как кажется, не сумеешь "познать" его. Не считай это своей задачей. Познай же, над чем ты можешь трудиться, и работай, как Геркулес! Ничего лучшего не может быть для тебя"! Действительно, Карлейль прав, для него, Николы Теслы, как и для любого учёного нет для души большей радости и удовольствия, чем увидеть творение своего разума претворенным в жизнь.

– Не знаю! Не знаю! Не знаю! – вновь зашептал Тесла. Это всё красивые абстрактные слова. В действительности же – вопрос: как быть, когда твой труд могут использовать идиоты, или психопаты?

От Гитлера идут приглашения. Этот параноик с наполеоновскими амбициями может дойти до применения его разработок. Сталин и его разведка также не оставят в покое. А что, если… Что, если дать всем понемногу? Поровну. То, есть так, чтобы разрушительной силы оружие было у всех великих держав? Тогда отпадёт смысл нападать друг на друга! Ведь человечество не настолько глупо, что захочет уничтожить само себя. Или всё-таки не сдержится? Всему виной – безграничная человеческая жадность и жажда власти. Его же задача – дать всем людям бесплатную энергию, которая освещала бы города, давала в дома тепло, чтобы люди могли общаться без проводов, находясь в разных уголках планеты. Но эти жадные пауки не хотят, чтобы это было для всех даром, хотят прибрать всё к своим липким лапам. Взять, скажем, того же Эдисона, великого и ужасного, человека, хоть и выдающегося изобретателя, но не гнушающегося грязными методами, чтобы утопить изобретения Теслы и того же Вестингауза. Насколько бы человечество замедлилось в своём развитии, если бы возобладала точка зрения Эдисона – использовать для электрификации страны постоянный ток вместо переменного? А ведь даже ребенку известно, что в любой розетке во всём мире течет сейчас именно переменный ток, преимущество которого доказал он, Тесла, что все электромоторы, генераторы и электроприборы построены на основе его изобретений.

Учёный последнее время частенько впадал в депрессию. Он считал, что многие его изобретения общество не принимает всерьёз и считает серба сумасшедшим мечтателем. Наверное, он слишком рано родился.

– Господи, подскажи! Ты, я знаю, наделил меня даром к изобретательству, открываешь мне знания. Так помоги не совершить непоправимую ошибку.

Учёный уставился невидящими глазами в пространство.

И потом, этот странный человек, подсевший в ресторане. Показал какой-то прибор. В одной маленькой коробочке миниатюрный фотоаппарат с моментальной проявкой изображения на экране, кино, музыка, печатная машинка, вычислитель, который они называют калькулятором. Говорит, ещё и телефон без проводов есть, только работает в будущем времени. Такого сейчас в мире не существует. Говорит, он из этого самого будущего. "Я что с ума схожу? – подумал Никола. – Опять начались видения, как в детстве, когда я не различал, где явь, а где сон? Что мне делать, Господи? Дай же хоть какой-нибудь знак…"

И тут в дверь позвонили…

***

– Ничего себе номерок! – Генка с бокалом виски с содовой и кубиками льда, сверкающими в приглушенном свете торшера, откинулся на спинку мягкого кожаного дивана и водрузил ноги в дорогих американских штиблетах на низкий журнальный столик. – Ой, как я это богатство очень люблю и уважаю. Как царём, значит, заделаюсь, первым делом – пианину! Пиры закатывать буду!

– Да, "Уолдорф-Астория" в тридцатые-сороковые годы был одним из самых дорогих и роскошных отелей Нью-Йорка, – отозвался Сергей. – Многие ухватившие фортуну за хвост потомки пассажиров "Мэйфлауэра", считали тогда, что жить здесь весьма престижно. Тут тусуются не только финансовые воротилы, но и богема типа художников, музыкантов, артистов. Короче, всяк, кто успешен, желает похвастаться, что снимал номер в "Уолдорф-Астории".

– Наш Никола, судя по всему, в быту вовсе не аскет, хотя не живет здесь уже, а только обедает изредка. – Игорь встал с кресла с таким же бокалом виски в руке, как у брата и подошёл к окну. С одиннадцатого этажа открывалась великолепная панорама сверкающего вечерними огнями Большого яблока, города, с которым уже тогда многие американцы и эмигранты связывали главные надежды на осуществление американской мечты.

– Ну, и как мы подберёмся к гению? – вступил в разговор Денисов. – Тесла не подпускает к себе чужаков.

– Самый верный способ – поймать около дома на Ист-Хьюстон, номер 48, где он снимает квартиру или на обычном прогулочном маршруте, – Игорь отошел от окна и плюхнулся рядом с Генкой на диван. – Мы выяснили, что Тесла неизменно приходит к собору Святого Патрика на 50-й улице или в Браянт-Парк близ Пятой авеню. Там он кормит голубей.

– Да, но его, как мы убедились, пасут какие-то спецслужбы. Думаю, прежде всего, американские.

– И немецкие.

– Сдается мне, и советские.

– Гуляет преимущественно в пасмурную погоду или вечером после заката солнца. Недаром в то, тфу ты, в это время, про него ходят слухи, что он потомок графа Дракулы и боится солнечного света, – Гена потянулся за бутылкой и плеснул в стакан еще на палец скотча. – Чушь, конечно.

– Конечно, – Глебов встал с кресла, переместился на персидский ковер и начал мерять его шагами. – Если помните, он родился в семье православного священника. А что касается солнечного света, так это правда, – Тесла его избегает. Скорее всего, потому что постоянно попадает под воздействие мощных электромагнитных полей. Думаю, поэтому его нервы стали крайне чувствительны. От яркого света болят глаза, автомобильные гудки, звуки трамвая и даже тихие шорохи – для него раскаты грома. Зато видит хорошо в темноте.

– Я не смотрю мультфильмы, не читаю сказки, зато я нюхаю и слышу хорошо! – не удержался Генка.

– Какая же ты скотина циничная, брателло, – беззлобно сказал Полковник. – Да Серёж, я помню. Все мы читали информацию о Тесле в распечатке. Спасибо Штольцу – обеспечил. Целых триста страниц. Расстарался. Тут тебе и подробное описание биографии, привычек, и список с описанием изобретений.

– Кстати, хоть убей, не понимаю, почему Ариец, этот претендент на мировое господство, не отправил нас или других агентов сразу в двадцать первый век, чтобы мы перетащили к нему все самые современные и разнообразные разработки оружия? – спросил уже не первый раз Гена.