Чтение онлайн

Денисов встал с кровати, подсел к столу и, подперев кулаком щёку, задумчиво изрёк:

– Да, оказывается выбор – самый утомительный вид деятельности. – И уже деловито добавил:

– Хорошо, надо обдумать, как вырубить часовых, да и вообще, неясно, как пробраться через выставленный караул.

Гена подошел к окну, выходящему во двор.

– Ни хрена не видно, темно. Дождь вот-вот начнётся.

– В общем, сделаем так…, – Полковник понизил голос.

***

– Эй, Ганс, Фриц, или как тебя, открой дверь! – заорал Алексей и стукнул несколько раз кулаком в дверь, ведущую в сени. Та оказалась не запертой. Подойдя через сени к двери, ведущей на улицу, толкнул её. Закрыто. Забарабанил и закричал что есть мочи:

– Открывай! В туалет хочу!

Только минут через пять снаружи послышались шаги. Дверь со скрипом открылась. Появившаяся в проеме фигура охранника в плащ-накидке мгновенно отпрянула назад. В темноте угадывался силуэт автомата, прижатого наизготовку к поясу.

"Профессионал", – подумал Алексей, уже готовый было ударить часового, если тот переступит порог. – "Сразу отступил назад, грамотно держит дистанцию".

– Вас из дас? – подал из полумрака голос немец.

– Это, как его, не знаю, как по вашему, короче, в туалет надо. Чего смотришь, по большому надо. – Денисов вышел на крыльцо.

Конечно, Глебов сказал Алексею, как звучит по-немецки просьба сходить в туалет, но Денисов специально тянул время. Если фриц откажет, у него, может быть, есть хоть несколько секунд, чтобы увидеть расстановку часовых. Как назло сгущающийся мрак, усугубляемый тяжелыми грозовыми тучами, не позволял разглядеть ничего кроме силуэта дома напротив и знакомого сарая. Немец не шевелился и не произносил ни звука, но его напряжение передалось Алексею.

– Ну, в общем, ауф де тоилетте гехен. Клозет, клозет!

Автоматчик несколько секунд раздумывал, потом дёрнул оружием, мол, выходи. Первые крупные капли начинавшегося дождя упали на лицо. Солдат запер снаружи дверь и повёл пленника за хату. Туалетная будка находилась сзади дома рядом с компостной ямой, от которой несло чем-то кислым и тухлым. Обходя строение, Алексей успел заметить, что часовых ни у входной двери, ни сзади дома не выставлено.

"Что за чертовщина, – подумал Денисов, сидя на очке. – Либо их нет вовсе, либо спрятались в кустах. Просекли, что я пытаюсь разведать обстановку? А что, если сейчас этого ганса…". – Алексей не успел додумать мысль. Яркие тонкие лучи, брызнувшие через щели дощатого сортира будто множеством скальпелей резанули по глазам. И через долю секунды раздался грохот. Словно над ухом саданула стотпятидесятимиллимитровая гаубица. Начиналось грозовое светопреставление.

"Возможно силы небесные в клозет метили, но промахнулись, – усмехнулся про себя Денисов. – Наверно перепутали , надо было в дом Арийца зафигачить, чтобы даже громоотвод не помог!"

– Ауф! Шнель! Ауф! – загаркал немец.

Пока бежали к дому под хлеставшим сверху ливнем, молния и гром шарахнули еще пару раз. Алексей ожидал этого и смотрел в оба, но так и не заметил часовых.

После того, как выжал промокшую рубашку, рассказал ребятам о том, что увидел, вернее, не успел увидеть.

Обрушившаяся с небес вода, лупившая по окнам, раскаты грома, давили на психику. Бушующая стихия, всполохи молний, врывавшиеся в темную комнату, где находились четверо пленников, отбрасываемые ими тени, придавали обстановке жутковатую сюрреалистическую окраску.

– Если не сейчас, то, может быть, никогда! – Полковник метнулся в другую комнату, окно которой выходило на задворки, и распахнул его. В лицо ударил порыв ветра, тугие холодные струи хлестанули по щекам. Игорь отпрянул и встал справа от рамы, ожидая выстрелов по окну или хотя бы окрика снаружи. Но кроме шума ливня, тяжёлых подвздохов ветра и раскатов грома на улице ничего не было слышно.

Остальные последовали за ним в комнату и присели у подоконника. Буквально за минуту Игорь объяснил свой созревший, похоже, за считанные мгновения план.

– Я пошёл, – хрипло произнёс Полковник. Он тяжело и взволнованно дышал. – Если через минуту не будет выстрелов, если не закричу нихт шизен, идёт следующий. Интервал такой же – минута. Если заору, – всё меня накрыли, тогда оставайтесь на месте.

– А мы услышим тебя из-за дождя и грома, – выразил сомнения брат.

– Услышите, я громко закричу. Или услышите выстрелы. Не буду останавливаться, пусть лучше меня одного, чем всех… – Отваги Игорю было не занимать. – Встречаемся у того заброшенного дома у околицы, что при въезде в деревню. Все помнят?

– Помним, помним.

– К чему такой риск? – пробормотал себе под нос осторожный Денисов.

Полковник выдохнул и сиганул в оконный проём. Ночная мгла поглотила полусогнутую фигуру, метнувшуюся к забору.

Минута тянулась как час. Не услышав снаружи никаких подозрительных звуков, в неизвестность нырнул Алексей.

Еще через шестьдесят секунд в окно прыгнул Гена. Последним хату покинул Сергей.

Через несколько минут у заброшенного дома встретились только трое.

– Где Генка? – Игорь явно нервничал.

– Не знаю, – отозвался Глебов. – Он передо мной пошёл.

– Блин, неужели заблудился? – Теперь к голосу Полковника прибавилась растерянность.

Невозможность что-то предпринять угнетает хуже любой жуткой реальности. Что делать в данной ситуации?

– Я пойду назад! – Игорь настроился решительно.

– Стоять! Я здесь! – голос брата прозвучал за спиной друзей. – Проскочил переулок, честно говоря, запаниковал, но всё же сориентировался.

– Ёлы-палы, нельзя же так пугать людей! – обнимая Генку, воскликнул Игорь.

– Да уж, – подтвердил Серёга. – Где бы вот тебя было искать. Разбрелись бы, потерялись!

– Ладно, ерунда, проехали. Дальше что?

– Нужен транспорт, иначе далеко не уйдем. – Игорь, похоже, придерживался только одному ему понятному плану. – Но дождёмся окончания грозы. Тогда будет легче ориентироваться.

– Согласен насчёт последнего, – кивнул Генка, – но транспорт не нужен. Сейчас его не угнать. К тому же на дороге нас легко вычислят. В лес надо уходить, хотя не видно, где он там.

– Ну вот, мои предупреждения начинают сбываться, – усмехнулся Алексей. Впрочем, Денисов этому вовсе был не рад.

Всё-таки через несколько минут, после серии вспышек молний удалось разглядеть темнеющую полосу леса. Расстояние в километр по раскисшему и засеянному какими-то злаковыми полю показалось марафонской дистанцией. Кроссовки вязли в грязи, нескошенные мокрые колосья хватали за ноги. Беглецы падали с матюгами в чавкающую кашу, вновь вставали и упрямо переставляли ноги. Вымокшая насквозь одежда, руки, лица, – всё было залеплено грязью. Наконец, добравшись до первых деревьев, перевели дух. Уселись прямо на траву. Через минуту-другую после согревшего организмы бега стал ощущаться холод падающей с неба воды. Мурашки отвратно кололись и толпами бороздили тела, зубы отбивали рваный степ.