Чтение онлайн

– Не могли мы сбиться, – уверенно ответил Гек. – Я сверялся по солнцу и, вы же видели, я выбирал ориентиры-деревья строго по прямой оси движения.

–Тогда к нам подкрался пушной северный зверек. Потому что в этом времени твоей деревни нет, – вбил как в крышку гроба свою догадку подошедший Игорь.

– Да? – Глебов был не согласен. – А куда тогда ушли Ведомшинцы?

– Вообще-то Серж прав, – поддержал Глебова Гена. – Они говорили, что в Лось-Андрианово. И на современной карте село есть, так, что всё правильно. Километр-другой и, я уверен, мы выйдем к деревне.

– Убедили, – подумав, согласился Полковник. – Хотя они наверняка не знали о смещении временных пластов.

– Направление вон к той сухой сосне, – указал рукой Гена.

Миновали ее и наметили очередной ориентир.

Метров через сто ребята, шедшие сзади Генки, взявшего с самого начала на себя роль проводника, увидели, как тот с криком "не может быть!" рысью, которой бы позавидовал орловский скакун, ломанулся вперёд.

Догнав истерично хохочущего и хватающего в приступе смеха воздух ртом Гену, ребята недоуменно уставились на него. В чём дело? Что за истерика?

Тот, сидя на корточках и прислонившись спиной к стволу, сквозь всхлипывания прохохотал сквозь слезы:

– Д-е-е-ре-е-в-о!

– Что, дерево? – в нетерпении прорычал Игорь.

– Ой, не могу, ха-ха-ха, тоже самое дерево, наш прошлый ориентир, ха-ха-ха, а прошли метров сто. Помните сухую сосну?

– С чего ты взял? Таких сосен здесь до фига. Хотя…

– Зарубки. Я своей палкой на каждом ориентире кору срываю. Чтоб не заблудиться, если вдруг возвращаться придется. Это моя метка, я делал. Гауптман прав – стометровый буфер в действии.

– Ген, может тебе показалось? Невнятная какая-то метка, царапина лишь.

– Надо проверить. – Глебов довольно резво рванул вперёд. Мужики, боясь убедится в страшной догадке, и в тоже время, в надежде обнаружить обратное кинулись за ним.

Каков же был их ужас, когда через сотню метров они опять увидели то же дерево с Генкиной меткой, тот же ландшафт вокруг, те же обгорелые собратья около их ориентира. Место, к которому они сейчас подбежали, выглядело точно так же, как оставленное за спиной. Вторая попытка проверить невероятное привела их в ещё больший шок. У дерева остался Полковник. Трое удалялись от него строго на север. Денисов, постоянно оглядываясь, держал Игоря в поле зрения. Генка наоборот смотрел только вперед. Сергей шел в середине цепочки и отсчитывал шаги. Когда маленькая фигурка Игоря вдруг в долю секунды испарилась, Алексей вскрикнул:

– Исчез!

И одновременно с ним Серега и Генка, смотрящие вперед, воскликнули:

– Вон он! Впереди появился!

– Хрена себе, – изумленно пробормотал Денисов, – в один момент сзади и тут же в ста метрах впереди. Как говорил один из персонажей фильма "Маска", в моем офисе никто так быстро не работает.

В свою очередь, у Игоря чуть крыша не поехала, когда он, провожая взглядом друзей, увидел, как те исчезли, будто корова языком слизнула. В мгновенье ока обернулся на 180 градусов назад и увидел три пробирающиеся сквозь деревья знакомые фигуры. До них было метров сто. Испарина выступила на лбу, куда-то в низ ухнул желудок. Мать честная! Выходит, Ариец не врал! Но как такое возможно? Хотя, чему тут удивляться, коль с ними запредельное происходит уже четвертые сутки.

– Ровно сто пятьдесят шагов от дерева до дерева, – изрёк Серега. Шаги – меньше метра, значит, действительно стометровый буфер.

Гек в отчаянии, со злостью рубанул палкой по дереву и опять зашёлся в истерическом хохоте. Ну не может этого быть!!!

Игорь так сильно закусил губу, что на ней выступила капелька крови.

– А вот это точно п…дец !!!

– Знаете, что такое интуиция? – спросил неожиданно Лёха и сам ответил:

– Это сочетание опыта и, в некоторой степени, страха …То есть, я по опыту общения с людьми и благодаря увлечению психологией, интуитивно понял, что гауптман не врёт. Отсюда страх, что в итоге мы получим нечто подобное. Предлагаю идти назад в Ведомшу.

– Сдаваться? – в голосе Игоря сквозило презрительное недоумение, отчаяние, нежелание поверить во весь этот бред и безысходность.

– Не сдаваться, а наниматься на работу к Арийцу, – Алексей, видя состояние друга, попытался насколько возможно смягчить тон.

– Ага, и подписывать трудовое соглашение, получать зарплату, социальный пакет, а потом, глядишь, и пенсию, – включился в разговор Генка. – А ещё нас впереди ждут награды за особые заслуги – железные кресты и доппайки.

– Нет, полагаю, Лёлик имеет в виду всего лишь временное, тактическое отступление. Правильно, Лёх?

– Вот! Учитесь у Сергея Юрьевича понимать момент. А ещё советую вспомнить Михайла Илларионовича. Всё правильно. Мы делаем вид, что соглашаемся. Возможно, это даёт нам шанс возврата домой, или, по крайней мере, как-то выкрутится из полной задницы. Другого-то всё равно не дано.

– Надо было так сразу поступить, а не мудохаться по пампасам, – махнул рукой Глебов. – Лёлик был прав.

– Нет, ну Игорек у нас крутой. Заветам Рэмбо верны, товарищи? – беззлобно усмехнулся Денисов.

– Напомню, господа, что большинство проголосовало за побег. – Не сдавался Полковник. – Если бы было наоборот…

– Не большинство, а всего двое, – возразил Алексей. – Серега воздержался. Это я, баран, согласился.

– Хватит собачиться, – прервал спорщиков Писатель. – Это не конструктивно. Пошли, посмотрим, что нам предложит the немецко-фашистская гадина.

– Дабы не заблудиться и не быть окончательно съеденными кровососами. – Опухший Денисов отчаянно отмахивался от комаров.

Близнецы нехотя согласились.

– Кстати, знаете, почему я баран? – спросил Алексей. – Есть такая притча. В одном горном селе, в школе на уроке арифметики учитель задал задачку: в долине, на лугу рядом с ущельем паслись десять баранов. На дне ущелья текла река. Один баран захотел пить, прыгнул с обрыва и разбился. Спрашивается: сколько осталось баранов на лугу. Все дети ответили: девять. И только сын пастуха сказал: ни одного!

– Почему ни одного? – спросил учитель. – Ты не знаешь арифметики!

– Может, я и не знаю арифметики, – ответил мальчик, – зато я слишком хорошо знаю баранов!

Назад шли гораздо медленнее. Усталость привязала к ногам гири. Отдыхали чаще. Хотелось есть, но больше мучила жажда. Ягоды были слабой заменой воды.

Почувствовав, что ребята совсем приуныли, Денисов попытался занять друзей разговорами и рассказал такую историю.

Когда Алексей занимался восточными единоборствами, у них в группе были психологические тренинги и ролевые ситуативные игры. Одна из самых сложных называлась "Подводная лодка". Группе из нескольких человек давалась вводная: субмарина терпит бедствие и медленно тонет. На поверхности спасательный катер ожидает тех, кто выплывет с помощью дыхательных аппаратов. В подлодке пятнадцать человек, из них пять женщин. Среди мужиков есть здоровые, смелые, духовно сильные, но есть слабые, хилые или просто нытики. Дыхательных аппаратов – десять штук. Выходит, пятеро должны погибнуть. Вопрос: как распределить акваланги? Каждому по очереди предоставлялась возможность расставить участников в очередь, под дулом воображаемого пистолета. Ну, чтобы не было бунта, паники и выяснения отношений. Ведь времени в обрез, – лодка тонет и скоро может быть поздно спасаться вообще.

Конечно, многие из участников, воспитанные в христианских традициях милосердия и сострадания загомонили, что, мол, должны спастись женщины и слабые люди. И тогда сэнсэй начал всех расплющивать и раскатывать в блины. Первое, что он спросил: для мира, для жизни, для возможности изменить её к лучшему будет предпочтительней, чтобы выжили хиляки, нытики, размазывающие сопли при трудностях, разрушители и т.д. или сильные, творцы, смелые и отважные люди?

Группа, конечно, выпала в осадок от такой постановки вопроса. Загомонили: что же теперь не помогать слабым? Может, их теперь в гетто загоним или как в древней Спарте со скалы в море побросаем?